Гриндер (ЛП) - Уиски Саманта - Страница 20

Глава 9

Гейдж

Я вытянул ноги перед собой, пока на проекционном экране перед нами прокручивалась игровая лента. До нашей встречи с «Онтарио» оставалось всего несколько дней, и тренер изводил нас этими вещами.

— Знаешь, было бы веселее у тебя дома с парой кружек пива, — прошептал Уоррен рядом со мной.

— Поддерживаю это предложение. А после продолжить можно в другом месте, — вмешался Рори.

— Никак не могу, — сказал я, проверяя время на своем телефоне. Была уже половина пятого. Мои девочки оторвали бы мне голову, если бы я опоздал. Мои девочки. Боже, мне нравилось, как это звучит, нравилось ощущение того, что мы единое целое, семья. Большинство девушек взбесились бы, если бы мы были на полпути к моей спальне, и Летти все испортила. Вместо этого Бейли сразу же перешла к заботе о моем ребенке, и, черт возьми, если это не заставляло мои внутренности до смешного сжиматься при одной мысли об этом.

— У тебя горячее свидание? — спросил Рори.

— Если ты имеешь в виду моего трехлетнего ребенка как горячую пару, — ответил я.

— На сегодня все, джентльмены, — сказал Тренер, выключая телевизор.

— Говоря о трехлетних детях, во сколько у нее вечеринка в субботу? — поинтересовался Уоррен.

— В час дня, и, если вы, придурки, опоздаете, я позволю ей одеть вас в платья принцесс и выбудете щеголять в них всю вечеринку. — Я смерил их взглядом. — Спросите меня, шучу ли я.

— В час дня. Понял, — Рори отсалютовал мне

— Макферсон, можно тебя на пару слов? — позвал тренер.

Твою мать, Бейли меня убьет.

— Конечно, — ответил я. — Увидимся позже, тупицы, — сказал я ребятам и направился туда, где тренер стоял в дверях своего кабинета. — Что случилось?

— Какой у тебя настрой на субботу? — спросил он.

Мой желудок перевернулся.

— Если ты спрашиваешь о моем плече, то я в порядке. Все было хорошо. Все и дальше будет хорошо.

— Дело не в плече.

Он собирался посадить меня на скамейку запасных? Позволить новичку начать? Черт возьми, нет, я играл изо всех сил.

— Слушай, если ты думаешь снять меня со стартера…

Он покачал головой и сжал мое плечо.

— Дело не в этом, сынок. Ты вернулся сильным, может быть, даже сильнее, чем был до несчастного случая. Меня беспокоит Эдкинс.

— Я могу с ним справиться.

— Знаю, что ты можешь, но мы оба знаем, что он агрессивный сукин сын, и… ну, я был здесь, когда Хелен ушла. Я знаю, что это сделало с тобой… и с маленькой Скарлетт. Мне просто нужно знать, что твоя голова занята игрой, а не всем остальным. Никто не стал бы винить тебя, если бы это было не так.

Я не могу злиться. Тренер был одним из немногих людей, которым я позволил увидеться со мной после ухода Хелен. Он был свидетелем моего ухудшения из первых рук.

— Со мной все будет в порядке. Обещаю. Время неподходящее для дня рождения Летти, но не похоже, что Хелен собирается что-то предпринимать. Она даже не разговаривала с Летти с тех пор, как ушла год назад. Я держу это в тайне, и точка.

Он с минуту смотрел мне в глаза, что-то ища, а затем кивнул.

— Тогда ладно. Я увижу тебя в субботу? Чем она увлекается сейчас?

— «Звуки музыки», — ответил я.

— Ха, — глаза тренера расширились. — Не уверен, что ей можно подарить вместо этого..

— Да, иногда мне хочется, чтобы она просто увлеклась мороженым, как любая другая маленькая девочка, но Летти не такая, как все остальные маленькие девочки.

Он похлопал меня по спине.

— Нет, это не так. Кстати говоря, тебе лучше отправиться домой.

— Да, сэр, я уверен, что меня уже ждут.

Я нарушил скоростной режим, когда ехал домой, и добрался туда на десять минут быстрее, чем обычно. Солнце еще не село, а это означало, что меня можно было простить за то, что я еще час назад должен был, быть дома. Я припарковался в гараже и выбежал через кухонную дверь еще до того, как дверь гаража полностью закрылась.

— Я дома! — крикнул я.

— Папочка!

Летти выбежала из гостиной, одетая в самый милый маленький австрийский наряд, который я когда-либо видел, в комплекте с пышными рукавами и каким-то узорным платьем. Ее волосы были заплетены в корону из косичек, а глаза горели тем волнением, которое может принести только Хэллоуин.

— Посмотри, какая ты красивая! — сказал я, подхватывая ее на руки. — Какое красивое платье.

— Это дирндль (прим.: современный костюм, стилизованный под традиционный наряд населения немецкоговорящих альпийских регионов)! Бейли сделала его для меня!

— Ну, оно почти такое же красивое, как ты, — пообещал я.

— Ты опоздал, — сказала она, ее взгляд был очень строгими.

— Я знаю, Грета, — сказал я так же серьезно.

— Я Гретль (прим.: героиня из мюзикла «Звуки музыки»)! — поправила она, сморщив нос от смеха.

— Ты опоздал! — произнесла Бейли из коридора.

— О-о, — прошептал я заговорщически. — Мне лучше уйти, пока Бейли не разозлилась.

— Так будет лучше! Нам нужно скорее уходить!

Ее маленькие ручки были на бедрах, и она посмотрела на меня точно так же, как Бейли, когда чувствовала себя упрямой. Я не мог удержаться от смеха.

— Хорошо, хорошо. — Я поцеловал ее в нос и пошел по коридору.

— Вот, — сказала Бейли, протягивая мне пакет с одеждой. — И поторопись!

— Подожди, — сказал я, увидев ее длинное черное платье с полосатым фартуком, которое Мария носила в «Звуках музыки». — А как насчет других платьев, которые она носит? Те, струящиеся, сексуальные?

Она выгнула бровь, глядя на меня. Да, именно оттуда Летти это и почерпнула.

— Это знаковое событие. А теперь иди!

Я помчался наверх и как можно быстрее натянул костюм, когда раздался звонок в дверь. Черт. Сладости и угощения уже закончились, а это означало, что Летти была примерно в пяти минутах от того, чтобы ворваться и потребовать своей очереди. Это был первый год, когда она была действительно достаточно взрослой, чтобы понять безумие Хэллоуина, и она была полностью поглощена этим. Я не мог дождаться, чтобы увидеть, каким веселым будет Рождество с ней в этом году — украшать елку, строить пряничные домики, печь с Бейли…

Я остановил себя, когда застегивал пуговицы на зеленом блейзере с эмблемой, которая выглядела как точная копия Капитана фон Траппа. Я не просто представлял сегодняшний вечер с Бейли, или завтрашний, или этот уик-энд. Я представлял себе Рождество. Представлял, как с ней и Летти происходят важные жизненные события.

Все это не было совпадением, что с моего лица не сходила улыбка, когда я ехал домой с работы, зная, что обе мои девочки были здесь и ждали. Дерьмо. Я должен был быть в ужасе, должен был сомневаться, должен был подвергать сомнению все, к чему нас это вело.

Вместо этого я был просто благодарен за ту легкость, с которой все, казалось, встало на свои места. Да, я хотел Бейли. Но это была не просто потребность трахнуть ее — что было моим обычным побуждением, когда я думаю о любой женщине. Я хотел, чтобы она была со мной, когда у Летти была лихорадка, хотел, чтобы она была на трибунах, когда я забивал, хотел сидеть и смотреть, как она рисует с моей дочерью. Я хотел, чтобы все, что я вытеснил из своей головы, было хотя бы вариантом, когда Хелен ушла.

Я хотел всего этого, а секс был просто бонусом.

Я не сомневался, что это будет невероятно горячий бонус. Черт, мы были в огне в ту минуту, когда соприкоснулись, как два провода под напряжением, которые просто ждали искры, но это было не просто влечение, которое я испытывал к ней — неважно, насколько невероятно сексуальной она была — это была также дружба, которую мы разделяли, взаимное уважение, которое заставило меня остановиться, прежде чем я принял какие-либо опрометчивые решения, когда дело касалось нас. Черт, это было похоже на командную работу, семью и… безупречность.

Дерьмо. Я уже был с ней во всем, кроме статуса и секса. Бейли была той, к кому я возвращался домой. Той, которой я рассказывал о своем дне. Той, с кем я укладывал свою дочь в постель, смеясь и, целуя ее маленькое личико. Не то чтобы я встречалась с кем-то еще — если бы я вообще мог сделать это для кого-то еще. Прямо сейчас все, чего я хотел, было сосредоточено в этой миниатюрной брюнетке, которая сводила меня с ума одной своей улыбкой. Возможно, мы и не навешивали ярлык на то, кем мы были, но это не меняло того, что мы уже были в отношениях…какими бы сложными они не казались.