Раздолбай - Лим Юлия - Страница 24

– Валерия Николаевна, вы пришли. – Светлана с улыбкой подходит к учительнице физкультуры. – Вас точно не смущает выбранная тема?

– Абсолютно. Более того, я знаю, о чем буду говорить. И вы молодец, Светлана Александровна, что помогаете нам говорить с детьми.

– Классный час начинается, – Зара выглядывает в коридор и зовет одноклассников.

Ребята лениво рассаживаются по местам. В этот раз визит Лисова уже никого не удивляет. Они с Яной сидят за последней партой и о чем-то болтают, держась за руки под столешницей. Светлана делает вид, что не замечает, с трудом скрывая улыбку.

– Итак, сегодняшняя тема – «Игнорирование очевидного». – Она выводит слова на доске. – Кто-нибудь хочет высказаться?

Ученики с недоумением переглядываются. Даже умница Зара молчит, хотя всегда в числе первых поднимает руку. Слишком размытая формулировка? Возможно, но если бы она написала «расстройство пищевого поведения», то подставила бы Нелю под удар. К деликатным темам нужно подходить с осторожностью. Раз оступишься, и тебя разорвет, как на мине.

– И что это за тема такая? – наконец высказывается кто-то недовольно. – Ничего же непонятно!

– Вспомните случаи из жизни, когда вас что-то сильно беспокоило, но никто этого не замечал, – начинает Светлана. – Например, вы получили плохую оценку и это вас расстроило, но кто-то, возможно, ваши родственники или родители обесценивали проблему высказываниями в духе: «Не переживай, все равно для поступления оценки не нужны».

– О да, знакомая тема, – соглашается половина класса. Ребята кивают и поддакивают друг другу.

– Или, например, вы очень хотели получить что-то в подарок, но вас не слушали или не услышали и на ваше недовольство говорят: «Дареному коню в зубы не смотрят».

– Да постоянно!

По классу проходит гул из недовольства вперемешку с саркастичными смешками.

– То, что для вас важно, имеет значение, – вступает в разговор Валерия Николаевна. – Даже если вы сломали ноготь и плачете из-за этого. Возможно, проблема куда глубже, но именно ноготь довел вас до той черты, когда слезы больше нельзя сдерживать. Все наши установки идут из семей. Именно у родителей, бабушек, дедушек, братьев и сестер мы перенимаем привычки и взгляды на жизнь перед тем, как сформируем собственные. Но бывает и так, что наши мировоззрение и мысли обесценивают. С этим вы можете столкнуться не только дома, но и в школе, и среди друзей…

Лица учеников хмурые, подавленные и грустные. Даже болтуны Лисов и Соболева молчат.

– И что делать в такой ситуации? – Самара подпирает голову кулаком. – Все всех обесценивают. Дальше-то что?

– Не быть равнодушными, – отвечает Светлана.

Ремизова всегда ведет себя надменно. Сколько она ни наблюдала за ней, ни разу не заметила искренности по отношению к другим. Единственная любовь Самары – это волейбол. Только в спортзале у нее горят глаза, а также тогда, когда она крутит ушибленные мячом запястья перед парнями и с гордостью рассказывает им об очередной победе.

– Легко сказать, – Ремизова передергивает плечами. – Лучше приведите реальный пример, на который стоит ориентироваться, а то ваши «дареные кони» и советы «не переживать» бесят.

Светлана переглядывается с Валерией Николаевной и кивает. Та переходит в наступление:

– Когда я училась в вузе, мне постоянно не хватало еды. Приходилось голодать, лишая себя ужина или завтрака, чтобы потом было что поесть. Напряженное обучение отвлекало, и постепенно я научила себя есть дважды в день. Для меня это стало нормой. Однажды кто-то из парней сказал, что на мне хорошо сидят джинсы. После комплимента я начала есть раз в день, заполняя пустой желудок на завтрак и ужин водой. Шло время, я потеряла аппетит, постоянно уставала и пропускала пары, чтобы не вставать с кровати. У меня стали выпадать волосы, сильный ветер едва не сшибал с ног. Если бы в какой-то момент меня не поддержали друзья и не помогли вернуть себе здоровье, я бы погибла.

В классе висит напряженная тишина. Первым на Нелю смотрит Демьян. Один за другим ученики поворачивают головы в ее сторону. Она же спит за партой, вытянув руки. Одежда, скрывающая ноги, руки и шею, свисает на ней бесформенным балахоном.

– Она же все прослушала, – громко шепчет Яна. – Светлана Александровна, может, разбудить ее?

– Не надо. Этот классный час был для вас. – Светлана понижает голос: – Неля нуждается в вашей поддержке и помощи. Пожалуйста, не оставляйте ее одну. Дайте ей почувствовать, что вы не просто люди, которых она вынуждена видеть каждый будний день. Покажите свою человечность.

– И как нам это сделать? Вдруг мы ей навредим? – грубовато интересуется Демьян.

– Не оставляйте ее одну. Занимайте разговорами. Помогите отвлечься от мыслей о семье. Мы, учителя, не всегда можем полностью понять вашу ситуацию, но вы – поддержка и опора друг для друга. Не закрывайте глаза на беду другого человека. Это поможет вам в будущем, – напутствует Светлана. – Не игнорируйте чужую проблему, потому что однажды вам самим может понадобиться помощь.

В кабинете Светлана остается одна. Ученики, попрощавшись, уходят, а она никак не наберется сил, чтобы встать. Хорошо хоть коллегу поблагодарить за участие не забыла, как и за то, что та рассказала личную историю. Делиться сокровенным, особенно с учениками, тяжело: одни не поймут, а другие при каждом удобном случае будут тыкать сказанными тобой же фактами.

– Трудный день, Светлана Александровна?

Она вскакивает со стула и замирает в нелепой позе.

– Сидите-сидите. Со старшеклассниками всегда так, – Людмила Михайловна садится за первую парту с усталой, но одобряющей улыбкой. – Они полны энергии, в отличие от нас, стариков.

– Почему вы так говорите? – Светлана начинает прибираться на рабочем столе, не зная, куда пристроить беспокойные руки. – В вас тоже полно энергии.

– Это видимость, – отмахивается директор. – Я уже давно существую по инерции.

Выложив стопку тетрадей, Светлана сцепляет руки в замок и переводит взгляд на Людмилу Михайловну. На языке ни единого слова для поддержания беседы. Сегодняшний день такой долгий… кажется, он никогда не кончится.

– Коллеги нашли видео с вами на Ютьюбе, прислали в чат. Должна сказать, что у вас хорошая хватка.

– Что? – Светлана растерянно моргает. – Какое видео?..

– То, где вы лопнули пакет о доску, чтобы Лисов и Храмов перестали ругаться. Ну и чтобы привлечь внимание остальных.

Щеки стремительно краснеют. Вместо того чтобы промолчать, как велит здравый смысл, Светлана тихо спрашивает:

– Вы меня уволите?

– Нет, конечно, – посмеивается директор. – За что мне вас увольнять? Вы ничего плохого не сделали. А то, что видео с вами в сети, это, можно сказать, обряд посвящения в учителя среди школьников. В комментариях пишут, что вы крутая.

– Стыдно как, – Светлана прикрывает глаза руками. – Спасибо, Людмила Михайловна. Боюсь, у меня пока не хватает опыта и терпения, чтобы правильно успокаивать ребят.

– Никто не приходит в школу идеальным учителем. Всему нужно учиться. Опыт появляется со временем и остается с вами, а вот время не останавливается. Цените любой опыт, будь то плохой день или короткая беседа с учениками. Дети многое запоминают, и вы должны быть достойны их, чтобы они вам открылись.

– Надеюсь, у меня получится, – Светлана выдыхает. От наплыва мыслей у нее кружится голова. А может, от авитаминоза.

– Конечно, получится. – Директор встает и, улыбнувшись, добавляет: – Вы сейчас ближе к ученикам, чем их родители. Присмотритесь, как ребята себя ведут, о чем беседуют, с кем общаются. Все лежит на поверхности, нужно только разглядеть эту поверхность. А теперь идите домой и отдохните. Первый шаг вы уже сделали. Дойдите до сотни, а там и не заметите, как наступит тысяча.

17. Рома

Рома присматривается к Неле. Раньше он не обращал на нее внимания. Обычная одноклассница, ничем не отличающаяся от большинства девчонок. Да и сейчас, если бы не слова учительницы и не внимание остальных к Ухтабовой, он бы ничего не заметил.