Солёная Ириска (СИ) - Май Марика - Страница 18

Подобно заряду праздничного салюта я взлетаю в небо, замираю там и осыпаюсь звездным дождем.

Когда опускаюсь на землю, чувствую, как мужская плоть покидает меня, и по животу разливается теплая жидкость.

Вернуться в реальность получается не сразу. Нирвана очень медленно отступает. Пространство вокруг не спеша наполняется красками, звуками, запахами. Сережа легко поглаживает мои плечи и руки, живот и бедра.

— Если тебя это беспокоит, я проверялся недавно, — шепчет он мне на ухо. — И без резинки себе не позволяю…Никогда.

Я слегка киваю. Мысли расфокусированы, слышу, понимаю, но не реагирую. Спохватившись через пару минут, запоздало говорю:

— Я тоже.

— Что тоже? — переспрашивает Сережа. Его, кажется, забавляет мой расслабленный вид.

— Тоже проверялась и тоже не позволяю, — шепчу я смущенно и зарываюсь носом ему под мышку.

Он смеется и выдыхает мне в волосы:

— Ириска моя!

Меня аж подбрасывает на кровати.

— Как ты сказал?

— Ты пахнешь сладко. Как ириска. Иришка — Ириска…

— Это имя моя племянница придумала. Только она меня так зовет.

— И я буду. Можно? — и тут же накрывает мой рот поцелуем, так что возразить все равно нет никакой возможности.

Сережа уходит в душ, а я блаженно потягиваюсь в кровати, улыбаюсь. Я провела ночь, в смысле утро, с классным мужчиной, и мне понравилось. Очень.

Стараюсь не думать о том, что привело нас в одну постель. Как ни жестоко это звучит, у каждого своя судьба, а жизнь продолжается. Благодаря моему странному дежавю, мы оба живы. И это очень необычное ощущение — получить бонус в виде дополнительного времени на этом свете.

Мысль об экстренной контрацепции как приходит, так и уходит. Не хочется смущать гормональный фон таблетками. У меня и без этого организм работает не как часы. Месячные только вчера закончились, а цикл у меня длинный. Да что уж там, многие пары годами так предохраняются и считают прерванный половой акт надежным средством.

Сережа возвращается из душа.

— Я похозяйничаю, ты не против? — указывает он рукой в сторону кухни.

Мне тоже нужно вставать. Когда, выйдя из ванной, я захожу на кухню, оказываюсь приятно удивлена: мужчина жарит яичницу, а стол уже накрыт.

После завтрака Сережа предлагает прогуляться.

Мы выходим из дома, идем за ручку. Непривычное ощущение. Теплая крепкая рука сжимает мою ладонь, и меня наполняют спокойствие и уверенность. Ужас вчерашнего вечера кажется отдаленным потускневшим воспоминанием. На улице тепло и солнечно, и мы решаем отправиться в парк. Он минутах в пятнадцати ходьбы. Там тень, высокие клены шуршат листвой, дышится легко, как за городом. Мы идем по аллеям, сворачиваем на грунтовые тропинки к маленьким фонтанчикам. Посидев на скамейке с мороженым, снова прогуливаемся. Разговор перескакивает с одной темы на другую. О чем говорить — совсем неважно. С ним — о чем угодно, мне просто приятно слушать его голос. Его тембр вызывает во мне какую-то вибрацию, волнение. Интонация заставляет вслушиваться в сложную для восприятия, далекую от сферы моих интересов и познаний информацию. Что-то об обслуживании автомобиля, о запчастях. Зачем он мне это рассказывает? Ведь понимает, что я не в теме. Заметил, что я в его власти, под гипнотическим воздействием его голоса? Может быть, он умеет колдовать, и превратит меня из лягушки со скользкой кожей и холодным сердцем в прекрасную принцессу?

Из парка мы входим через добрых полтора часа, и я начинаю испытывать некоторые неприятные ощущения. Какого черта я надела новые босоножки? Знала ведь, что прогулка будет длинной.

Сережа замечает, что я прихрамываю, выясняет, в чем дело, и говорит, что нужно купить лейкопластырь.

Мы заходим в удачно попавшуюся на пути аптеку. Сережа просит у провизора бактерицидный пластырь и …презервативы. Я краснею, причем, не только от того, что стою рядом, и использование этих изделий, очевидно, будет происходить при моем непосредственном участии, но и от того, что мой мужчина делает заказ без тени смущения.

Игорь, бывший муж, самостоятельно занимался этим вопросом. После развода я сама пару раз в жизни покупала презервативы на всякий случай, для подстраховки, но делала это втихаря в супермаркете на кассе самообслуживания. Я опускаю глаза в пол, как девственная монашка. Ощущение такое, как будто мою интимную тайну огласили на главной городской площади.

Почему рядом с этим парнем все грани жизни становятся острее?

Выйдя из аптеки, Сережа усаживает меня на скамейку и ловко заклеивает пострадавшую ногу.

Бредем по улице не спеша, и также неторопливо беседуем.

В какой-то момент я осознаю, что Сережа не спрашивает о моих планах на день. Уверенно шагает ко мне домой. А что произойдет там?.. От ожидания того, что будет дальше, мурашки галопом разбегаются по телу, моя ладонь подрагивает в его руке. Он рассказывает длинную историю об университетском приятеле, а я теряю нить повествования. Все внутри замирает от сладкого предчувствия.

Едва за нами закрывается входная дверь квартиры, Сережа набрасывается на меня, как голодный хищник. Нежный и ласковый дикий зверь.

Глава 18

А он предусмотрительный! Купил не одну пачку презервативов…

Воскресным утром после легкого завтрака варю кофе, а Сережка подкрадывается ко мне сзади, обхватывает за плечи.

Я верещу:

— Не могу больше, у меня все болит…

Он раскатисто смеется.

— Вообще-то я ничего такого не замышлял. Наоборот, хотел предложить выбраться из дома. Мне нужно по одному делу, прокатишься со мной?

— Куда?

— Там увидишь. Только у меня условие — не перечь мне, пожалуйста.

— Поди туда — не знаю куда, сделай то — не знаю что, — возмущаюсь я.

— Нет, как раз делать тебе ничего не нужно. Просто не ершись и немного меня подожди.

Не нравятся мне такие условия. Но вопросов больше не задаю и «не ершусь».

Спускаемся, садимся в припаркованный во дворе автомобиль. Минут через двадцать езды, сегодня Сережа ведет машину неторопливо, даже расслабленно, мы подъезжаем к больничным корпусам. Я ерзаю на сиденье:

— Может объяснишь мне куда и зачем тебе нужно?

Сережа утвердительно кивает, но сначала паркует машину на стоянке и выключает зажигание.

— Хочу сдать кровь.

— На анализ? — удивляюсь я.

— Нет, донорскую. В понедельник это пол рабочего дня займет. А сегодня, я узнавал, станция переливания крови вне графика открылась. Погуляешь тут? Час максимум, я думаю.

Вот я тупая! После теракта столько пострадавших, и так нужна донорская кровь!

— Я с тобой!

— Нет! И я просил мне не возражать.

— Но я тоже хочу…

— Нет, я сказал!

Сережка разворачивается ко мне всем корпусом, сгребает мои руки в свои и говорит уже мягче:

— Не надо. Вот скажи, сколько ты весишь?

— Сорок восемь килограммов, — я не задумываясь выпаливаю минимальное число, которое весы показывали мне за последние лет пять.

— Вот видишь! А вес донора должен быть не меньше пятидесяти килограммов.

— Да я не подумав ляпнула, — иду на попятную. — Во мне наверняка больше пятидесяти.

— Ну давай еще весы попросим, — недовольно говорит Сережа. — Конечно больше с такими колодками на ногах, — кивает на мои босоножки на толстой платформе.

— Я же просил тебя не перечить, — продолжает он. — Мужчинам даже полезно сдавать кровь, а у женщин она и так обновляется каждый месяц.

Я открываю рот, чтобы продолжить диалог, но Сергей меня опережает.

— Пожалуйста, не заставляй меня жалеть, что я приехал сюда с тобой.

Он считает, что разговор окончен, выходит из машины, обходит ее и открывает мне дверцу.

Но я не могу так просто сдаться, пытаюсь зацепиться хоть за что-нибудь.

— А это ничего, что ты…что мы сексом занимались?

Он несколько секунд размышляет.

— Я думаю, умеренная физическая нагрузка донорству не мешает. Но я, конечно, сообщу врачам — когда и сколько раз, — заявляет Сережа.