"Фантастика 2025-32". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Зубенко Александр - Страница 480

В небе пронёсся вертолёт, но с высоты, видимо, не было заметно, ни дороги, ни спасательной команды.

Вызвать пилотов по рации полярники теперь не могли, боясь обнаружить себя и привлечь к себе парализующие лучи охранной системы.

Спустя несколько минут, группа из восьми человек направилась к железным дверям, видневшимся вдали.

Все приготовились к худшему.

Часовые стрелки показывали ровно 16 часов 10 минут.

№ 6.

Льдины и торосы разных величин и природных строений торчали повсюду, то наваливаясь друг на друга, то сбиваясь в общую кучу, обрываясь и образовывая бездонные трещины, которые приходилось обходить, как и в прошлый раз, удаляясь от магистрали под прямым углом. Шли уже около получаса, и за это время обменялись едва ли парами фраз, думая каждый о своём и держа дорогу в поле зрения.

Первым всё же нарушил молчание Трифон:

—Зачем мы с собой эти носилки таскаем? И лопаты? Ясно же теперь как день, что откапывать уже никого не придётся. Наши друзья там – за дверями.

Он зло сплюнул в снег.

—С нами какие-то сукины дети забавляются, а мы тут мёрзнем и падаем от усталости.

Полярники только что подошли к дверям на расстояние пятидесяти метров. Вблизи эта грандиозная конструкция казалась ещё громаднее – запусти туда два локомотива, и места ещё останется для грузового самолёта. По ширине и высоте створы дверей предполагали именно такое расстояние.

—Всё! – предупредил Трифон, отдуваясь и бросая на снег одну пару носилок. – Перекур, мужики, назло всем. Больше не прячемся. У меня даже идея возникла: выйдем к дверям и подойдём вплотную, оживлённо беседуя и смеясь. Как вам такая затея?

—А что? – поддержал его бригадир. – Я «за»! Кто бы там ни был, они уже всё равно знают о нас. Хотя бы даже вчера. Ясно ведь, что мы должны были вернуться.

—Рации не работают. Проверьте свои часы, —Трифон и сам взглянул на циферблат.

—У меня стоят.

—И у меня.

—Мои тоже… —послышалось со всех сторон.

Трифон утвердительно кивнул, бросив взгляд на бригадира.

—Чего и следовало ожидать. Время 17: 05. У всех так?

Последовали утвердительные ответы.

Трифон закурил, абсолютно теперь не боясь быть обнаруженным.

—Мы, как вы могли заметить, опять не смогли передать на «Мирный» свои координаты. Я предполагаю, друзья мои, что нас из этой зоны уже не выпустят. Из этого следует, что мы слишком много увидели и узнали. Что ж… сами знали, куда отправляемся. Выхода нет – будь что будет – идём напролом. Лопаты и носилки оставляем здесь под красным флажком, на случай непредвиденных обстоятельств. Нам терять уже нечего. Нас обнаружили и над нами издеваются. Может, таким образом, мы, наконец, попадём внутрь —так или иначе, мы ведь именно этого и хотели, не правда ли?

Оставив в укромном месте часть спасательного снаряжения, и пометив его флажком, восемь отважных полярников смело вышли к дверям и остановились в нескольких метрах от них, задрав головы вверх.

—Василий, —обратился он к бригадиру. – Давай-ка сфотографируем всё это «безобразие», как сказал бы наш Гришка. – Трифон зачарованно смотрел на исполинские двери, уходящие вверх на двадцатиметровую высоту.

—Вот это размеры! – озвучил кто-то свою мысль не без доли восхищения. – Они что тут, авианосцы прячут?

В душе каждого спасателя напряжение сейчас достигло максимального предела. Каждый понимал, что что-то должно произойти, сейчас, именно в эту минуту, иначе, зачем они так открыто подошли к главному (а может, и второстепенному) входу в колоссальный ангар?

Раз уж «играть в открытую», то будьте любезны…

—Что будем делать дальше? – спросил бригадир, пытаясь унять волнительную дрожь. Парень был не из слабых, но и его можно было понять: не каждый день встретишь в Антарктиде неопознанный объект, да ещё и таких масштабов.

—Ну, не стучать же… —попытался пошутить Трифон, сам едва сдерживая волнение.

Вдалеке пролетели вертолёты.

—Странное чувство у меня, —сменил юмор раздражением начальник спасательной команды. – Словно кто-то наблюдает за нами.

Передний фасад горы представлял собой огромную ледяную массу полукилометровой высоты, пиком своим уходящим в небо. Вся эта ледяная глыба была как бы цельным монолитом уж больно правильной формы. Перед воротами, там, где сейчас стояли полярники, проглядывалась подъездная площадка, снабжённая наклонным пандусом и предназначенная, очевидно, для грузового транспорта. По обеим сторонам створок дверей возвышались бордюры пятиметровой высоты, сделанные из того же неизвестного материала, что и сама магистраль – будто из зеркала. Ни знаков, ни указателей, ни символов.

—Хоть бы звонок какой-нибудь был, —пошутил кто-то за спиной Трифона.

—А мне жутковато как-то, —ответил, переминавшийся с ноги на ногу сосед. – Не по себе. Всё время чувствую чей-то взгляд в спину.

—Не ты один…

Трифон сделал несколько шагов и осторожно дотронулся до металлического покрытия дверей. Даже сквозь рукавицы он почувствовал холодную безжизненность металла и, убрав уже было руку, вдруг прислушался, поднеся палец к сомкнутым губам.

…Двери едва заметно вибрировали.

Если бы он не приложил руку к железу, он бы этого не заметил. Мягкая вибрация проходила сквозь рукавицу через всю руку и разливалась дальше по всему телу. Ощущение напоминало включенную в руке электробритву, или дрель, работающую на малых оборотах.

—Тихо! – цыкнул он. – Дверь вибрирует: очевидно, там работает какой-то механизм. Слышите?

Гул начал нарастать, и уже через несколько секунд его услышали все остальные. Один за другим вдалеке пролетели два вертолёта, но никто не обратил на них никакого внимания. Настал тот самый миг разрешения всех их загадок, которые преследовали их с момента обнаружения зеркальной дороги. Сейчас или никогда – так сказал бы любознательный Гриша, будь он тут вместе с полярниками.

Восемь человек в растерянности стояли у металлических дверей и с напряжением прислушивались к звукам загадочного механизма, доносившегося изнутри.

Время на остановившихся циферблатах часов показывало отметку 17:05.

Зачарованные зрелищем и доносившимся изнутри звукам, никто из полярников так и не заметил, как стрелки всех наручных часов, моментально, в один момент сделали мгновенный синхронный оборот и, переместившись по часовой стрелке вперёд, застыли на новой отметке: 18:05, совершив, таким образом, прыжок в будущее ровно на один час.

…Их ожидал очередной «сюрприз».

№ 7.

Тем временем, пока спасательная команда размышляла, что им делать дальше, Григорий в своей радиорубке с помощью Анюты в который раз с недоумением проверял запись на магнитофоне.

Кассета крутилась, но безжизненно молчала. Анюта принесла ужин, приготовленный Вероникой, поскольку оба решили ночевать сегодня здесь, боясь пропустить, когда спасатели выйдут на связь. Плитка в узле связи имелась, и в любой момент ужин можно было разогреть. Забавно было другое: Гриша так и не успел, как следует познакомиться с вновь прибывшими коллегами, а времени на долгую беседу о детстве-отрочестве-юности —так вообще катастрофически не хватало. Вероника осталась в жилом блоке и готовила ужин остальным членам станции, вкупе с экипажами вертолётов. Из посёлка приходили и уходили полярники, справляясь о ходе спасательной экспедиции, но ответить Грише им было пока нечего. О том, что Трифон вновь не вышел в эфир и о том, что оборвалась передача, даже не записавшаяся на плёнку, знали только Вероника, Анюта и сам Григорий. Договорились молчать до утра, а там уже по обстоятельствам. Самым тяжёлым для радиста было убедить «Академик Фёдоров», что операция продолжается и ничего непредвиденного не происходит. С ледокола постоянно звонили в радиоузел и требовали от Григория полного отчёта. Таким образом, если убрать некоторые непонятные моменты со сломанным магнитофоном, ни сам Гриша, ни на ледоколе, ни девушки, определённым образом не знали, что на самом деле происходит во льдах с десятью полярниками, вышедших утром по старым следам к ледяной горе.