"Фантастика 2025-32". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Зубенко Александр - Страница 530

Разгоревшуюся дискуссию, грозящую перейти в ссору, пресек командир.

– Все, товарищи бояре, замяли, – слегка повысил голос Демин. – Давайте-ка делом заниматься. Алексей Михайлович, у тебя вроде бы встреча с купечеством намечена?

– Так точно, – по-военному отозвался историк. – Нам тут кое-что по амуниции нужно решить.

– Значит, будешь эти вопросы решать, порешай еще и об одежде для наших гаврошей. Как я понимаю, их будем использовать как лыжников. Драные, небось? Стало быть, понадобятся им … Что им может понадобиться, а?

Командир перевел взгляд на Воднева, а тот, уже не удивлявшийся командирской прозорливости, повел плечами:

– Куртки какие-нибудь – ну, типа коротких полушубков – чтобы задницу прикрывали, штаны покрепче. Валенки бы еще. А не то я смотрел – в лаптях парни ходят.

– М-да, на лыжах в лаптях не очень, – согласился командир и кивнул историку. – Сделаешь, Алексей Михайлыч?

– Не уверен, что у купцов готовая одежда есть, – задумчиво сказал историк. – Не было еще массового пошива. А дети – те вообще за отцами донашивали. Ну, перешивали, конечно. Валенки – те должны быть. Их обычно по индпошиву не делали – смысла нет. Катавалы на разные размеры катали, а потом купцы оптом закупали и продавали. Правда, – вздохнул доктор наук, – было это в девятнадцатом веке.

– Ну, пусть хотя бы валенки, пар так десять-двенадцать, – покладисто кивнул Воднев. – Со штанами да шубейками что-нибудь придумаем. Лишнее обрежем, дыры залатаем.

– Вот и ладно, – сказал майор. – Алексей Михайлович, ты можешь идти, а ты, товарищ старший лейтенант, коли идею подал, то тебе ее и воплощать.

– Разрешите выполнять? – поднялся Воднев. – Наверное, уже собрались, есть хотят…

– Да, насчет еды, – строго посмотрел командир на Игоря. – Сегодня – ладно, пусть всухомятку. С завтрашнего утра всех пацанов – тьфу ты… парней в смысле, поставить на довольствие. Чтобы все, как положено – щи да каша. И смотри, чтобы они все сами съедали, а домой не таскали.

– Н-ну, тут уж как пойдет… – пожал Игорь плечами. – Не усмотреть.

– А ты усмотри, – усмехнулся Демин. – Понятное дело: будут стараться мамкам да малым братишкам еду утащить, а ты не давай. Нам весь Козельск не прокормить, а бойцы сытые должны быть. Понял, товарищ старший лейтенант?

– Понял, товарищ майор, – грустно кивнул Воднев. – Чего уж тут непонятного?

– Вот и ладно, – резюмировал Демин. – С завтрашнего дня приступай к тренировкам. Пока бондарь твой лыжи делает, займись боевой подготовкой. Пусть пацаны… да, пацаны найдут какие-нибудь доски. Ну, сам сообразишь. Все. Вперед, за медалями…

Когда-то, давным-давно (до военного института и службы в спецподразделениях) Игорь Воднев любил ходить на лыжах. Как прекрасно, если стоит солнечная, безветренная погода, а легкий морозец (ну, не больше минус двадцати по Цельсию!) только помогает лыжнику. И совсем хорошо, если ты идешь не по накатанной лыжне и не по сугробам, а по целине!

Плохо другое. За последние девять лет, с тех пор как плечи Игорька украсились погонами (курсантскими, а потом и офицерскими) ходьба на лыжах из удовольствия превратилась в работу. В военном институте приходилось бегать за честь факультета, за честь института. За честь – где тут кайф? Бежишь по морозу, некогда сопли вытереть.

Глава 15

– Воднев, ты из поморов? Вперед, на лыжи!

– Лыжня! Лыжню!

Сплошные сопли на лыжне, а потом неудовольствие полковника Неходько, ежели, скажем, прибываешь вторым, а не первым. А уж если не оказался в «тройке», то считай, остаешься без увольнительных на месяц! Уже этого бы хватило на неприязнь к лыжному спорту. Ну, а потом, когда по странному стечению обстоятельств он оказался вообще не там, к чему его готовила Родина, лыжи опять-таки не стали развлечением выходного дня.

Заметим, что Родина дала Игорю прекрасную специальность – «Комплексное обеспечение информационной безопасности и автоматизированных систем» и квалификацию «Специалиста по защите информации». Работа по нашему времени важная и нужная. И денежная!

Многие из сокурсников уже устроились на теплые места в банках или администрациях (кое-кто пробился в замы мэров и губернаторов, а один уже протирает штаны в министерстве сельского хозяйства), а на лыжах бегали исключительно для того, чтобы не зарастать дурным жиром.

«Теплым» местам своих бывших сокурсников Воднев не завидовал. Видел он их – офицеров, ставших, по сути, офисными клерками. Планктоном офисным, отсиживающим на работе «от сих до сих» и с тоской провожавших воскресенье, потому что в понедельник нужно ковылять на постылую работу. А Воднев не понимал: как можно тратить время на работу, которая не нравится? В конце концов, работа занимает треть нашей жизни и гнобить эту самую треть он не собирался. Не случайно же среди любимых книг наследника старообрядцев был роман братьев Стругацких о понедельнике, который начинается в субботу.

Игорь завидовал другому. Тому, что они могут себе позволить кататься на лыжах для удовольствия, а не по службе. Не так, чтобы очень быстро бегать (а порой и убегать), а так, чтобы мороз и хруст…. Вот и сейчас старший лейтенант двигался, чувствуя за собой дыхание своих малолетних подчиненных, спешивших повоевать. Какое тут удовольствие? Сплошная служба. Но – любимая служба!

Лыжи, изготовленные Гаврилой-мастером из досок, предназначенных для сколачивания кадок и ушатов, отличались от тех, к которым привык Игорь. Но Воднев ожидал худшего. Думал будет нечто неподъемное, а эти, хотя и весили добрых полпуда (слава богу, что не каждая лыжа, а пара), но позволяли двигаться по снегу с приличной скоростью. Не двадцать пять-двадцать семь кэмэ в час, как он когда-то бегал, но десять-пятнадцать – точно! От всадника на твердом месте не убежишь, однако на пересеченной местности или в лесу – запросто. Впрочем, как приказывал майор (а Воднев был полностью согласен с командиром), в столкновение с противником входить было нельзя.

Из дюжины мальчишек, набранных Онисимом, в строю, то есть на лыжах, осталось девять. Троих пришлось «списать». Один из парней так и не смог научиться ходить на лыжах, заваливался на ровном месте. Второй оказался слабосильным. Отставал безбожно. Случись это в реальном бою – сам от погони не уйдет, да еще других за собой потащит. Наверное, полгодика тренировок да нормальная еда сделали бы из парня бойца, но не было сейчас этого полугода… У третьего же, после того как его поставили на довольствие дружинника, от обильной еды случились проблемы с желудком. Проще говоря – парнишку прохватил такой жестокий понос, что он почти сутки не вылезал из нужника. Потом, правда, пришел в норму, но был до того слаб, что брать его на тренировки, а уж тем более на задание, не было смысла.

Наверное, должен был Игорь присматривать, чтобы изголодавшиеся мальчишки не набрасывались на еду, кормить их постепенно. Но опять-таки то самое «но»… Не было у Игоря ни времени – да что там душой кривить! – и желания присматривать за «гаврошами». Он не учитель и не врач-педиатр. На войне как в самом скверном варианте эволюции – выживает сильнейший.

Положа руку на сердце, Воднев думал, что из двенадцати придется «списывать» половину. Ну, не верил он, что за три дня можно научиться бегать на лыжах. Оказывается – очень даже можно. Парни, разумеется, не выдержали бы темпа и скорости, которую мог бы развить Игорь, но все же, все же… Помнится, были в спецгруппах офицеры, которые и этого не могли. Не было, что ли, в училище физкультуры? Или курсовые офицеры стыдливо отводили глаза, глядя на своих подопечных. Вот тут снова задумаешься о предках…

Маршрут, по которому двигалось отделение лыжников (должно же быть название у регулярного подразделения?) был определен заранее. «Птичку-невеличку», сиречь беспилотник, целый день гоняли по максимуму, пытаясь составить схему прилегавших к Козельску мест. Гоняли-гоняли, но толковой карты не получилось.