"Фантастика 2025-32". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Зубенко Александр - Страница 728

— Сгоняй, спроси!

Я услышал быстрые шаги, как Solistic Sol вышел из комнаты, а Табенко продолжил:

— Не глупи, ты на мушке.

Правда, никакого оружия мне на обозрение не пододвинул, чтобы я его смог увидеть.

Ну, хех, поверим на слово!

Я равнодушно пожал плечами:

— Да, вроде, не собирался.

Табенко крикнул:

— Я что сказал!? Отвечай только на вопросы! — И уже спокойным голосом продолжил. — Как ты хотел помочь детдому?

— У меня есть два поселения в Подмосковье. Одно уже полностью готово к жизни, второе, так сказать, в процессе. Часть детей, или даже, всех можно переселить туда. Там и безопаснее, и есть все условия — электричество, вода, еда.

— То есть, ты не местный?

— В смысле не местный? Не, я родился тут, в М…

Мужик меня перебил:

— То есть, ты не где-то поблизости обитаешь? Живёшь ты сейчас в этом районе?

— Нет. Я же говорил, в Подмосковье.

— Ага… — Табенко хмыкнул. — Ты мне хочешь сказать, что ты сейчас сюда из Подмосковья приехал?

— Да.

— И радио в машине слышал?

— Верно.

— А, как часто ты сюда ездишь?

Я пожал плечами:

— Ну, в последнее время, часто. А, что?

В этот момент, в комнату кто-то забежал и приблизился к нам.

Я услышал голос Solistic'а Sol'а:

— Да, Марья говорит, что Тридогнайт только недавно упомянул о нас. Сказал по радио, что люди могут вести сюда детей, но предостерёг, что, если вдруг что, отпор мы сможем дать любому!

Табенко проворчал:

— Ага, любому… Если бы не пропажа Седого с его людьми, пришлось бы тихариться и дальше. Ладно, хочешь прикол?

— Ну?

— Вот этот вот — залётный, уверяет, что у него в Подмосковье два посёлка. Безопасных. С электричеством, светом и едой.

Solistic Sol хмыкнул:

— Да, прямо, рай земной!

— А то. Но самое смешное даже не это.

— А что?

— Он говорит, что из этого своего рая постоянно сюда на машине катается. А радио в машине по дороге слушает.

Solistic Sol аж как-то взоржал:

— Что, реально!? Так и сказал?

Табенко хохотнул:

— Ага. — И тут же приблизил лицо в мою строну. Так, что я увидел его очертания в свете фонаря. — Ну что, залётный? А теперь, давай говори правду. Зачем ты тут трёшься на самом деле? Сказки про существующий сейчас рай на земле, и про поездки из области в Москву на постоянной основе можешь оставить при себе. Есть люди, которые добираются до сюда или, наоборот, выезжают. Вот только, в живых мало кто остаётся. И машины глохнут, и манекены очень уж злые стали в последнее время. А уж, ездить туда-сюда на постоянной основе — это, вообще, из области ненаучной фантастики. Так что, давай, говори!

Вот теперь, увидел и пистолет, который Табенко придвинул ближе ко мне, и я смог его разглядеть в свете фонаря — рядом с его лицом. — И в этот раз, что-нибудь убедительное…

Блин. Совсем я оторвался от реальности — со своими способностями и с нашим… «раем». Забыл, что вокруг происходит, и как люди выживают.

Я скосил взгляд на ровно горящее пламя свечи.

Они, блин, небось, и этим свечкам рады. Ни о каком отоплении в этом помещении речи, вообще, не идёт. Они в игровых шмотках, тем и греются. А так, вон, на столе виден иней.

Я вздохнул.

Ладно. В любом случае, пора заканчивать этот фарс.

Вернув взгляд точно на фонарь, я покачал головой:

— Ребят. Я тут сижу перед вами с наручниками за спиной исключительно из вежливости. Зайти к вам мог, не стуча в дверь, и ваша пукалка мне не страшна…, - я кивнул в сторону пистолета, — как и вы.

— Я, реально, езжу сюда сейчас каждый день и буду ездить в ближайшее время столько же. А то, и чаще. И да, рай земной — он тут, недалеко. — Я мотнул головой в сторону. — В Подмосковье. И именно туда я хочу забрать детей. А может, и вас заберу, если повежливее будете…

После непродолжительной тишины, раздался голос Табенко:

— А я, вот, что-то тебе не верю.

Я покачал головой:

— Ну так, можно проверить. Кто-то из вас пусть съездит со мной до посёлка и своими глазами поглядит.

— Ехать сейчас за город — это изощрённая форма самоубийства.

— Это если ехать туда без меня. Кстати… — Я активировал на пару мгновений «кидок», и, как только, наручники соскочили с моих запястьев на пол, я поднял руки перед собой. — Как видишь, я не врал — наручники для меня не проблема.

— Наручники — подумаешь… Это может быть просто фокус или…

Да что он такой упёртый-то.

Я с силой протёр ладонью лицо, и продолжил:

— По-твоему я похож на самоубийцу — раз, хочу поехать с тобой за город? Ещё и такой затейливый самоубийца… Не хочу один погибать, хочу с кем-нибудь на пару. И не просто с кем-нибудь… а именно, с тобой! Так, что ли?

После нескольких секунд раздумий, Табенко ответил:

— Нет, на самоубийцу ты не похож… А ещё, ты стал прозрачным, когда снимал наручники… Таких приёмов я раньше не видел.

О! Неужели мои действия всё-таки возымели какой-то эффект?

— Давай, ближе к делу. Я готов потратить своё время, которого у меня и так немного, чтобы съездить с тобой до посёлка. Ты там своими глазами всё увидишь и убедишься в моих словах. Если ты готов — погнали. Если нет, то я пошёл отсюда.

Луч фонаря погас, оставив меня почти слепым. Почти — потому что из-за света свечи, я мог хоть очертания различить.

Табенко усмехнулся:

— Интересно, как же ты собрался отсюда уйти?

— Так же, как и наручники снял. Ну, решай!

После непродолжительного молчания, Табенко сказал:

— Так и быть. Уговорил… — Даже в почти полной темноте я увидел, как он кривовато улыбнулся одними губами. — Пока живой, хоть глазком на рай посмотреть хочу. Но, учитывай, я сяду на заднее сиденье и буду держать тебя на мушке всё время пути.

Тут влез Solistic Sol:

— Это опасно.

— Да, знаю. Но что-то мне подсказывает, что парень, всё-таки, не врёт. Во всяком случае, не во всём. А, может, мне просто верить хочется…,- Табенко вздохнул, — Сам знаешь, у нас дети едят раз в день и мёрзнут, как бы мы не пытались их обогревать. А, в райском посёлке — еда, вода, свет… жизнь, значит! Съезжу, убежусь сам. А если не вернусь… ты знаешь, что делать. Без меня не пропадёте. — Табенко в очередной раз немного помолчал и повернул голову ко мне. — Купился я на твои слова. Но смотри, если…

Закончить ему я не дал:

— Никаких если! Всё будет, как я и сказал.

В Карлсоне я сел, понятное дело, за руль, а Табенко разместился, как и хотел, сзади. Но не за мной, а за пассажирским креслом.

Поехали мы в полном молчании. Да и не до разговоров было. Я смотрел по сторонам, всматриваясь одновременно в окружающую обстановку и в окна домов, ища где-нибудь свет.

Но нет, все они зияли чернотой внутри. Впрочем, даже если и есть в домах люди, и у них есть свет, то по-любому все с занавешенными шторами, чтобы не палиться.

Только об этом подумал, как увидел одно окно, сквозь которое мелкой щёлочкой пробивался слабенький свет.

Так, сейчас не время, но надо обязательно запомнить дом, и точное расположение окна.

Хм… А место-то знакомое.

Вон там, в пятидесяти метрах за поворотом, на нас попытались напасть товарищи с дубинами, попутав с людьми Седого.

Может, это они и есть?

Ладно, как разберёмся с детьми, обязательно туда загляну. А сейчас, главное доехать до дома без проблем, и таки явить этому упёртому мужику «рай земной»…

Ну, в нынешних условиях, понятное дело…

Глава 8

Когда мы уже прилично времени катили по трассе, вдруг, с заднего сиденья раздался резкий вскрик Табенко:

— Твою мать!

Я повернул голову назад. Мужик, с дикими глазами, целился пистолетом куда-то слева и вниз от себя.

Сбавил скорость и повернул голову, чтобы было видно куда он там целится.

Твою мать! Да это ж Шарик! А я про него и забыть успел…