"Фантастика 2025-32". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Зубенко Александр - Страница 969

— Конфетку хочешь? — невозмутимо предложил Гатс.

Калия невольно прыснула, не сумев подавить смешок.

— Давай.

Она знала, что это Спар надоумил Гатса угощать её конфетами. То, что парни её «поделили» сначала взбесило Калию, когда она подслушала некоторые их разговоры, а потом, после обсуждения с Джихой, отпустило. Как та сказала: парни могут думать что угодно, но женщины сами решают, с кем им быть.

Гатс протянул конфету, Калия благодарно кивнула. Обратно они возвращались вместе. Спартанец сидел у костра, но встретил её внимательным взглядом и кивнул. Вот дурень дурнем, а увидел, что та ушла и, Калия была уверена, в любой момент пришел бы на помощь.

От этого простого кивка на душе Калии стало тепло. Это было необычно, иметь друзей, но приятно.

Глава 13. План, или Как Спартанец по корням скакал

У нашей готовности к агрессии были последствия.

Слишком местные перевозбудились. Я не сразу врубился, чего они, а потом Тич пояснил.

— Мы слишком крутые. Группировки боятся, что у них появился новый конкурент, вот и готовятся.

Откуда ни возьмись к крепости в следующие два часа пригнали почти две сотни человек. Они и из пещер выходили, и сверху спускались. С оружием нормальным, не как предыдущие придурки. Я уж думал, серьезный замес начнётся, но к нам направилась делегация. С ними Тич вышел пообщаться. Пояснение, что он сын Генри Хадсона и ученик Такена, возымели действие, и вопросы к нам отпали.

Не то чтобы народ разошёлся, но поуспокоился.

Ночью на нас никто не напал. Утром тоже. Как и днем, и вечером, и следующей ночью. Периодически на кого-то из наших накатывали мутные ощущения, но быстро проходили.

Лично я следующий день провёл, выполняя задания от камня. Он у меня почти наполовину усвоен, и придётся как-то в походе выкручиваться. Ладно обычные упражнения, там ничего такого. Но вот день проходить с повязкой на глазах или с затычками в ушах — такое возможно только во время продолжительного отдыха. Потому я и пользовался тем, что сутки мы проведем впустую.

На самом деле мне для минимальной нормы достаточно и двенадцати часов. Осложнялось это тем, что сон в зачёт не шёл, нужно вести обычную жизнь, в идеале тренироваться и сражаться. Тренировочные спарринги тоже подходят. Двенадцать часов раз в неделю, на слух и зрение. Если больше, то это уходило про запас. Я могу отработать так сутки и две недели, а потом ничего не делать. Или по часу-два каждый день выделять, тоже вариант. В общем, придётся как-то выкручиваться. Хорошо ещё, что я не один такой. Другим тоже тренироваться надо, потому к этому относятся спокойно. Да и то, что у нас задание до седьмого яруса добраться, а значит, все получат такую возможность, тоже роль играет.

К вечеру к нам спустились две отставшие группы. По пути их ничего не задержало, кроме отсутствия подходящих караванов. Спустились тоже без проблем. Помутило по дороге, но ничего такого. Самое смешное — они не рискнули катиться и топали весь путь по лестнице. Пришли злые и уставшие.

На общем совете решили двинуться дальше завтра с утра, если никому из прибывших за ночь не поплохеет.

Не поплохело. Собрались да двинулись в путь. Запасы у нас ещё на несколько дней оставались. Пополним там дальше, на третьем ярусе, через родственников Тича. Они спускались два раза в день. Как объяснил парень, спуск делается до одной точки. Не сразу по всем ярусам, а до одного. Куда направится пузырь, зависело от заказов. Как набирается пул, так и отправляются в путешествие. Но не чаще двух раз в сутки. Как я понял, с заказами у них проблем не было. Ну да и неважно.

Настолько удобного спуска, каким у нас на второй ярус, при переходе на третий не было. Всего было доступно три известных прохода. Не рукотворных, а природных. Ближайший к нам находился в получасе от базы. Собственно, потому именно этот спуск мы и выбирали. Чтобы потом не пришлось час-другой переться вдоль Колодца.

Я не просто так оговорился о доступных проходах. Были ещё недоступные, принадлежащие отдельным группировкам, но делали их не для спуска, а для добычи. Нам это неинтересно.

Если попытаться описать этот переход, то получится спираль с широкими переходами. По сути, одна большая пещера. Какие-то энтузиасты облагородили спуск, продолбили ступени и даже поручни кое-где сделали. Но было это давно. Всё успело прийти в запустение. Поручни во многих местах отвалились, ступени осыпались. По слухам, эти проходы пытались взять под контроль и назначить плату за право воспользоваться, но как-то не сложилось. Никто не хотел вкладываться, чтобы облагородить спуски, уж не знаю почему. А платить за право пройти по обычной пещере тоже никому не хотелось. На почве чего часто случались стычки. Всех деталей я не знаю, но, как факт, никто плату с нас не потребовал. Мы просто зашли в темноту прохода и стали пробираться вниз.

Где-то на середине спуска, когда мы все в край задолбались и устроили большой привал, Тич вышел вперед и заявил:

— Народ, разговор есть.

— Так говори, — бросил ему Шупа.

Он плюхнулся прямо на камень. Не голой задницей, конечно, а на поджопник. Небольшой кусок резины, который как раз для этого предназначался, чтобы не морозиться. Остальные тоже его примеру последовали, сосредоточившись.

Остановились мы в толстой части каменной кишки. Здесь мох рос, который светился, поэтому тратиться на свет было не обязательно. Что большое подспорье. Это в первом спуске ступени были пусть и разного размера, но эта разница колебалась от десяти до двадцати сантиметров. Здесь же случались перепады в пару метров. С таких слезать надо, страхуя друг друга, а не просто спускаться. На ощупь не пройдешь. Ну, или пройдешь, собрав все шишки.

— У меня есть наводка, чем нам заняться, — поделился Тич.

— Что за наводка? — спросил у него Гон, прикладывая к фляге.

У меня были догадки, что за наводка. До сих пор похмелье с дрожью вспоминаю после этой «наводки».

— Отец? — спросила Калия.

В полумраке сложно различить, кто где находится. Я вот не знал, что Калия недалеко от Тича села. Только по голосу определил, где расположилась.

— Да, — ответил парень. — Ты в курсе, а остальные не знают, что моя семья, помимо перевозок, ещё и торгует информацией. Информация эта непубличная, только для тех, кому есть доверие, поэтому попрошу не распространяться. Схема следующая. Иногда команды находят места, которые сами потянуть не могут. Или могут, но там столько добычи, что одним и года не хватит утащить. В этом случае они могут поделиться наводкой. Не бесплатно, разумеется. Моей семье отходит двадцать процентов от добычи, половину из которых он отдаёт тем, кто дал наводку.

— Погоди… — оживился Шупа. — Это получается, если мы найдем десяток камней, надо будет отдавать два?

— Именно.

— А если девять обычных камней и один редкий?

— Тогда три малых камня.

— И что, твоя семья верит на слово? — усомнился парень.

— Как и сказал, отец работает только с теми, кому доверяет, — ответил Тич тоном человека, который поясняет неразумному ребенку прописные истины.

— Стоп-стоп, — замахал руками Шупа. — Без обид, но нам тысячу раз на лекциях говорили, что здесь никому доверять нельзя.

— Именно так, — согласился Тич.

— Но…

— Шупа, — устало перебил его Тич. — Ты думаешь, добычу так легко скрыть? Товар надо где-то сбыть. Где? У торгашей на базах. У тех самых, которые переправляют груз через мою семью. Можно, конечно, что-то самим затащить наверх, но дальше что? Снова идти к торгашам, которые работают наверху. И да, отец с ними тоже работает. В общем, поверь, есть способы узнать, кто, кому, чего и сколько продал. А выводы сделать несложно. Ты сейчас захочешь спросить про камни, и я тебе отвечу. Есть умельцы, которые и новые камни определят. Заметят их на расстоянии. Отцу достаточно малейшего подозрения, чтобы больше наводок не давать. Разумеется, были те, кто кидал и обманывал. Ну так с ними больше не работают, сами дураки.