"Фантастика 2025-44". Компиляция. Книги 1-26 - Арсентьев Александр Сергеевич - Страница 392

С другой стороны, если я сейчас буду за него держаться, я не смогу дать отпор этим чертовым близнецам. Прикрыться этим аферистом, как щитом, не получится — их двое, и в этом случае они обязательно зайдут с двух сторон одновременно. А если они нанесут мне какой-нибудь грамотный удар — а в том, что это произойдет, я не сомневался, ведь они были такими же спортсменами, как и мы — то я по-любому выпущу этого делягу, чисто рефлекторно. И тогда получится, что я и эту сволочь упустил, и отпора братьям не дал. Н-да, вот это у меня выбор. Как говорится, оба варианта хуже.

Краем глаза я заметил, что через образовавшиеся с чьей-то помощью дыры в строительном заборе на асфальт в некоторых местах высыпался всякий строительный мусор. Я придвинулся к забору чуть ближе, делая вид, что я просто отступаю назад от нашествия близнецов. И поменял положение руки, которой я удерживал маргинала за воротник, так же крепко схватив его за рукав. Маргинал дернулся, но вырваться ему я не дал.

— Порыпайся еще мне тут, — злобно прошипел я ему в ухо. — Пожалеешь, что на свет родился, это я тебе обещаю!

Молниеносно, чтобы никто из этой троицы не успел сообразить, что происходит, я присел и схватил валявшийся на асфальте кусок арматуры. Ощупывая его в руке, как бы примеряясь, как и куда лучше ударить, я предупредил близнецов:

— Мужики, не советую приближаться.

Однако мое предупреждение их нисколько не остановило. Оба близнеца только лишь едва заметно усмехнулись и продолжили свое наступление.

Я быстро посмотрел по сторонам — Сени с Левой по-прежнему нигде не было заметно. Черт бы побрал их неторопливость! Придется выруливать самому. Ситуация между тем становилась критической. Если мне сейчас не сработать и не вырубить хотя бы одного из них, они могут забить меня прямо на этой остановке. И никто, что характерно, им не помешает: прохожие на улице вообще не поймут, что происходит и не ринутся в малопонятную кучу малу, а от тех, кто стоит сейчас рядом с нами на остановке и ждет автобуса, тем более никакой помощи ждать не приходится. Дураки они, что ли, лезть в драку спортсменов, да к тому же еще и с арматурой.

Крепкий близнец подошел почти вплотную ко мне. Ну что же, или сейчас, или придется несладко! Сейчас, братец, я тебе твой портрет немножечко подпорчу. Не выпуская руку маргинала, я быстро размахнулся и ударил близнеца арматуриной. Правда, спортивная реакция его не подвела, и в самый последний момент он успел повернуться ко мне спиной. В результате чего мой удар пришелся ему прямехонько по хребту. Но ничего, крепкий удар по позвоночнику тоже иногда творит чудеса — не хуже, чем по дурной башке. Правда, я старался рассчитывать свои силы — все же поставленной боксерской рукой в такой ситуации недолго и навсегда успокоить — но, тем не менее, нужный мне эффект был достигнут.

Крепыш, взвыв от боли, начал изгибаться в самой немыслимой позе, которую только может принять человек, стоящий на ногах.

Но оставался еще второй близнец. Судя по всему, участвовать в таких уличных разборках им приходилось далеко не в первый раз. Потому что этот второй братец, видя, что произошло с первым, не впал в панику и даже не бросился к ближайшему родственнику, чтобы как-то ему помочь. Вместо этого он продолжал хладнокровно, как будто ничего и не случилось, двигаться на меня.

— Слышь, ты чего размахался, — приговаривал он. — Думаешь, ты один тут такой?

— А мне плевать, — отозвался я. — Один или не один, а когда меня пытаются обувать на деньги, мне это не нравится.

— А мне не нравится, когда моего брата по спине бьют, — сказал близнец. — Так что советую тебе забыть про бабки и тикать отсюда, пока еще цел.

Как же, «тикать». Разбежался! Я хорошенько прицелился, размахнулся и почти уже нанес такой же сильный удар, как в последний момент этот деятель увернулся, и моя арматурина вместо его хребтины рассекла воздух. Потеряв равновесие, я чуть было не рухнул на асфальт. С трудом, но мне удалось удержаться на ногах, но руку маргинала я все-таки упустил.

Подняв голову, я увидел, как увернувшийся от моего удара близнец довольно сжимает в руке приличных размеров булыжник. Выражение его наглой морды не оставляло сомнений в том, куда именно он намерен его запустить в ближайшие секунды. А учитывая его навыки, он вполне мог и не промахнуться. Одновременно с этим наш единый в трех лицах маргинал-журналист-аферюга, довольно быстро очухавшийся и оценивший ситуацию, начал отходить — пока осторожно, боком, следя, чтобы я не пустился за ним следом. Но этого я бы точно не сделал, потому что это значило стопроцентно принять булыжник себе в затылок. Тем более что в этот момент к обладателю этого булыжника присоединился и его озлобленный братец, оклемавшийся после удара моей арматуриной.

— Ну все, козел, больно будет! — оба близнеца попёрли на меня.

Сеня с Левой, как нарочно, где-то запропастились (на скачки они вернулись, что ли? Игроки хреновы! Что они там собрались делать-то без денег?), афериста вместе со своими деньгами я упустил, а два здоровенных бугая поперли на меня.

Глава 4

— Э, пацаны! Вы чего! А ну тормози! — внезапно услышал я.

Да неужели? Я точно не ослышался? Голоса Левы и Сени раздались именно тогда, когда я уже потерял всякую надежду на их пришествие. Да, так и есть — мои друзья уже вовсю подбегали к остановке, на которой я уже успел распрощаться со своей спортивной карьерой и, возможно, даже здоровьем.

— Вы с ума сошли, что ли? — продолжали кричать пацаны, уже оказавшись рядом с нами. — Вы что, своих бьете? Да мы такие же боксеры, как и вы!

Вряд ли близнецы заморачивались по поводу каких-то морально-нравственных соображений, но, по крайней мере, теперь они видели, что численный перевес уже не на их стороне. Поэтому кидаться на меня не стали и замерли в некоторой нерешительности. Нет, они, конечно же, не испугались, просто в такой ситуации хочешь — не хочешь, а приходится вести себя немного поскромнее. Тем более что Лева и Сеня были даже визуально гораздо крупнее близнецов, которые находились на прикидку в средней и полусредней весовых категориях.

— Ну что, заработали свои бабки? — не преминул я высказать горе-наемникам. — Я же вам говорил, что он вам лапшу вешает!

— Не, не, ну вы чего, это, — невпопад заговорили близнецы, начиная медленно пятиться назад. — Вы это, пацаны, чего же, втроем на двоих, что ли? Это вообще-то нечестно!

— Ну то есть вдвоем на одного — это было нормально, я правильно вас понял? — уточнил я, глядя им попеременно прямо в глаза. — А когда перевес против вас — так сразу нечестно стало, да?

Тот из близнецов, что был поменьше, продолжал сжимать в руке свой булыжник.

— Ты смотри, сейчас приблизишься — я эту каменюку в ход пущу! — угрожающим тоном проговорил он в мою сторону. — И боксировать тогда только во сне буде…

Долго угрожать ему не пришлось. Я подшагнул к нему, провоцируя на удар. Близнец не соврал двинул в меня кулаком, в которой был зажат камень. Но я поднырнул под руку, и вместо удара, оказавшись со спины, взял армейца на удушающий. душить не собирался, но надёжно зафиксировал этого любителя камнепада в неподвижном состоянии. Сеня оперативно сбил с ног второго.

— Вы чего, не слышите, что ли, что вам говорят? — заорал Лева. — Какого хрена вы на своих тут еще накатываете?

— Да нам по барабану, — повторил тот близнец, которого уронил Сеня, и теперь он пытался подняться с асфальта. — Нам бабки обещали за то, что мы вот этого вот этого заломали!

— И что вы еще можете за бабки сделать? — презрительно спросил я, ослабляя свою хватку и осторожно выпуская брата говорившего близнеца. — Друзей и родственников подставить, наверное, да?

— Ну это смотря какие бабки, — проговорил тот, потирая шею.

— Вот вы уроды, конечно, — покачал головой Лева. — Вообще никаких человеческих представлений нет.

— А мы не в цирке, чтоб представления давать, — огрызнулся первый близнец, наконец-то поднимаясь с земли и отряхиваясь от пыли. — Жизнь, дружок, жестокая штука — если не ты, тогда тебя. Третьего варианта не дано.