"Фантастика 2025-44". Компиляция. Книги 1-26 - Арсентьев Александр Сергеевич - Страница 500

Я наконец вернулся к верстаку и поставил ящик. Рабочее место наставника располагалось через два ряда об меня. От моего взгляда не ушло, что на его верстаке лежит точно такой, как у меня, ящичек. Ага! Неужели там у Семена Палыча инструмент, который мне должны были выдать? Мол, ученик на то и ученик, чтобы руку набивать на барахле.

Только тут поправочку надо сразу сделать — мне практиковаться не нужно, за четыре десятка лет руку набил так, что многие операции делаю не глядя.

Наставника не было, на перекур вышел. Поэтому я подошел к его верстаку и махнул ящики. Себе отволок новый инструмент, а наставнику загрузил барахло из инструменталки. Вот теперь у меня были нулячие инструменты. Другое дело.

Я вытащил из ящика свое добро и первым делом переоделся, спрятавшись за металлическим щитом шлифовщицы. Та сделала вид, что смотрит на чертеж, но и я особо не стеснялся — не в раздевалку же идти, ключи у сторожа брать, опять расписываться…

Ждать я никого не собирался и решил начать оборудование рабочего места. Так, что нам нужно… да все нужно. Верстак новый, поставили совсем недавно, и пока что он пуст и чист, как холодильник после новогодних праздников. Кроме столешницы да двух ящиков, по три полки каждый, открытых нараспашку, здесь и нет ничего.

Первым делом я поставил штуцеры на шланг. Подключил его к воздуховоду. Теперь можно пользоваться пневмодрелью и пистолетом для обдува стружки. Последним, кстати, надо будет обзавестись. Судя по другим верстакам, пистолеты здесь, в основном, самодельные. Ничего, сделаем себе такой. А вот пневмодрель у меня уже есть — и не старая, а новенькая. И подключил я её для того, чтобы иметь возможность проковырять отверстия в столешнице. На них с помощью крепежных болтов поставлю тиски.

— Товарищ, сверла не найдется? — обратился я к соседу.

Все это время с соседнего верстака за мной наблюдал здоровый такой парнишка лет двадцати пяти, занят он был размёткой партии дюралевых деталей под фрезеровку. У него я и решил попросить сверло.

Слесарь отложил штангенрейсмас и открыл свою дверцу ящика, явив нажитое за время работы добро. Полки буквально ломились от инструмента — как кухня у повара какого-нибудь царя. Поглазеть на сокровищницу он мне не дал, быстро вытащил деревянную подставку, ощетинившуюся сверлами разного диаметра, и закрыл дверцу ящика.

— Выбирай, — с гордостью сказал он, подвигая ко мне деревянную подставку.

Выбор был действительно большой. От «волосинок»-единичек до сверл двенадцатого диаметра, причем с шагом по миллиметру.

Патрон пневмодрели зажимал сверла до девятки, но я заметил, что сверла в подставке проточены с одной стороны до нужного диаметра.

— Если тебе под болты, двенадцатую бери, — посоветовал он. — Меня, кстати, Дима зовут. Четвертый разряд, пару лет уже здесь работаю. Если какая помощь нужна или по инструменту что — обращайся. Только с возвратом канеш.

Я поблагодарил парня за отзывчивость, взял двенашку, а через несколько минут уже просверлил три отверстия под болты в верстаке. Установил намертво тиски, проверил их работоспособность и про себя отметил, что надо бы обзавестись мягкими губками. Поверхность у тисков была ступенчатая, такими если мягкий металл начнёшь зажимать, вмятины останутся. Взяв у Димы пистолет, я сдул стружку, отошел на пару шагов от верстака и поскреб макушку. По-хорошему тут не только мягкими губками обзавестись надо, а ещё притащить разметочную плиту, получить микрометр, штангенрейсмас, сверла и многое-многое другое. Ну ничего, Москва тоже не сразу устроилась. Мне в свое время, чтобы набить нужным инструментом ящик и обзавестись плюшками, понадобилось несколько лет. Сейчас-то, может, и побыстрее дело пойдет. В том, что я останусь на заводе, я почему-то не сомневался. Чувствовал себя здесь в своей родной стихии. Я принялся разбирать ящик и доставать остальной инструмент.

— Ни фига! — изумился появившийся с затянувшегося перекура наставник.

Он был явно удивлен, что я сумел не только присобачить тиски на верстак, а еще и шланг к воздуховоду присоединить.

— Хе, я думал, мы ща с тобой возиться будем до обеда, пока пятое, пока десятое. Быстро схватываешь, товарищ ученик!

Я коротко плечами пожал. Наставник все же проверил крепления тисков, посмотрел, не стравливает ли где воздух, и, не найдя косяков, хмыкнул себе в усы. А потом разглядел новый инструмент и подвис, явно не понимая, откуда у меня он взялся. Потом все-таки сообразил, зыркнул на свой верстак, перевел взгляд обратно.

Пошевелил усами, но сказать ничего не успел.

— Мне теть Люба сказала, что вы за меня в журнале подмахнули и инструмент получили, спасибо, кстати, — я улыбнулся. — И кстати, я не проговорился, что вы ее бабой называете…

— Э-э… — замялся наставник.

Было видно, что он не знает, что теперь сказать. В итоге завел шарманку про то, что маловато ещё у меня опыта, чтобы работать с новым инструментом.

— Я-то думал как, у меня инструмент чутка полежит, пока ты не натаскаешься…

Но и эту нехитрую, шитую белыми нитками отговорку он договорить не успел.

— Ну что, передовики! — к моему верстаку подошел мастер, прерывая наши обсуждения.

Он держал техпроцесс, и, как у официанта на подносе, на нем лежали детали. Их он вручил моему наставнику. Следом достал из-под мышки стопку макулатуры и положил рядом.

— Смотрю, вы тут быстро управились, а говорил — до обеда возни, — мастер с одобрением посмотрел на моё рабочее место. — Но ученичество — дело хорошее, а план никто не отменял. Разверни до конца смены.

— Пятьдесят шестые! Сергей Алексеич, ну ты… Тю… Ты ж знаешь, что это песня, у нас на них инструмента нет, — Семен Палыч безошибочно определил детали, даже не взглянув на технологию. — Мне пока УСП соберет…

— Что-нибудь придумаешь, — мастер не стал слушать, ободряюще похлопал Палыча по плечу. — Чтобы в ГОСКе до конца смены лежали.

Наставник что-то побурчал себе под нос и пошел за свой верстак, забрав детали вместе с технологией.

— Так, теперь ты, — мастер постучал пальцем по стопке макулатуры на верстаке. — Проштудируй от корки до корки, после обеда проверю, и чтобы как от зубов отлетало.

Я взглянул на макулатуру — это были методические пособия по слесарке и технике безопасности. Полистал пару страниц.

— Как отстреляешься, шуруй в раздевалку, переодевайся — и пойдешь в учебку. Где находится, знаешь?

— Разберусь, Сергей Алексеевич. Когда в цех шел, корпус видел, так что в трех соснах не заблужусь.

Понятно, что ничего я не видел, потому что никуда не шел, но вот в прошлой жизни я мимо учебки лет двадцать туда-сюда ходил, пока завод не закрылся.

— Добро. Обратно можешь не возвращаться, так что лучше сразу забери у табельщицы пропуск и айда в общагу.

— Идет, — про себя я сделал пометку, что живу я все-таки в общаге.

— Вопросы? — он подождал, но лишь пару секунд. — Ну, раз нет вопросов…

Мастер уже собрался уходить, последние слова были простой формальностью, но я его все же остановил.

— А если… я все это уже читал?

— Когда? — удивился Сергей Алексеевич.

— Так в учебке как раз, — я не успел придумать ответ и уцепился за учебку.

— Э-э… по ушам мне ездишь?

— Так можете любой вопрос задать, если не отвечу — ну, значит, перечитывать придется, — я коротко плечами пожал.

— Хм, ладно, — он встал поровнее, как статуя в музее. — А ну-ка назови требования охраны труда в аварийных ситуациях? — мастер прищурился, видимо, считая, что всё это я придумал и на первом же вопросе посыплюсь, как карточный домик.

— Пожалуйста… В каких только? — уточнил я.

— При пожаре что делать? — конкретизировал тот.

Я выдал базу.

— Производственный процесс останавливаем и действуем по плану ликвидации аварий, в частности: отрубаем электричество, сообщаем руководителю, вызываем пожарных. Ну и принимаем меры к тушению пожара, так сказать, имеющимися средствами.

Я поболтал в воздухе руками, мол — действуем.