"Фантастика 2025-44". Компиляция. Книги 1-26 - Арсентьев Александр Сергеевич - Страница 536

— Говорит, в тумбочку положил, и они исчезли, — Митя пожал плечами. — Нет бы с собой ювелиру понести, а он… дурак, короче! Так, прикинь, побежал же жаловаться, мол, обокрали среди бела дня. Хорошо хоть ювелира не сдал — вообще не стал говорить, с чего это он золото на завод припёр. В итоге, че думаешь, сегодня до обеда на завод должен участковый прийти. Обыск будет проводить, или как там у них это называется.

— Ну так, не зевай, на то и ярмарка. Не думаю, что участковый поможет.

— Почему? — задумался Митяй.

— Если ты уже про всё слышал, а ты вообще с другой территории, то воришка — в курсе тем более.

— Ну ты же не знал, Егор, — резонно заметил Митя.

Я не стал ему говорить, что не знал я только потому, что в жизни не интересовался пересудами. Полно таких людей, которые подробности чужой жизни в муку перетирают, и потом обсуждают и их. Митька всегда относился к числу таких собирателей сплетен. Не знаю, может, в другой раз меня бы заинтересовала тема пропавшего золота, и я бы поддержал разговор, но сейчас меня интересовало другое.

Мы вышли из общаги, где прямо у входа стоял «пирожок». Его водитель, завидев нас, вылез из кабины, поздоровался с Митей и с подозрением посмотрел на меня. Но после заверения, что здесь все свои, открыл дверцы кузова. Мужик оказался родственником Мити, седьмая вода на киселе, и работал развозчиком хлеба. На деревянных подставках внутри «пирожка» стояли ещё горячие булки, которым только предстояло попасть на прилавки. А помимо хлеба в кузове лежало и кое-что другое — ящик водки, много мяса, картошка и вообще всё то, на что мы с ребятами скидывались для отдыха.

— Давай забирай, опаздываю, — поторопил мужик. — В магазине ждут.

Мы с Митькой выгрузили добро к подъезду и отпустили водителя восвояси.

— Так, я с теть Клавой уже договорился, до завтрашнего утра в холодильнике на первом этаже всё придержу, так что понесли туда…

— Мить, — остановил я его, когда друг уже потянулся к ящику водкой.

— Оу?

— Разговор есть.

— Валяй, — он выпрямился и выжидающе посмотрел на меня.

— Я переспал с твоей бывшей…

Глава 20

На секунду мне показалось, что этих слов он ждал. Что ж, тем лучше. Не упуская времени, я, глядя своему лучшему другу в глаза, рассказал, что у меня сегодня было с Таней.

— Так вот почему у тебя в комнате было два бокала и бутылка её любимого вина, — хмыкнул Митька, но получилось как-то грустно.

Но он не истерил и не проявил гнев. Опустил взгляд, с минуту смотрел себе под ноги, видимо, переваривая информацию. Надо сказать, информацию не самую приятную.

— Я их попутал, и даже как-то в голову не пришло спросить, с кем я…

Я рассказал, что принял Танюшу за Валентину, потому что в последний раз видел красную нить на руке Вали. А близняшка как раз потешалась над тем, что их сестрой путают и не узнают. Как тут спросишь — мол, а ты-то кто? Митя выслушал, а потом поднял голову и заглянул мне в глаза.

— Да не парься, Егор, мы с ней разбежались вечером, поставили все точки. Я так и думал, что она попытается мне отомстить. Ты тут ни причём. Но… это хорошо, что ты сам сказал.

Больше он не сказал ничего и, подхватив ящик водки, понёс в общагу. Несмотря на груз, казалось, что плечи его поникли. Он решительно шагнул к подъезду, явно давая мне понять, что разговор на эту тему закончен.

Ничего не оставалось, как взять остальное и пойти вслед за ним.

Митя сделал вид, что не замечает меня и как будто проглотил язык. Я понимал, что он все-таки затаил обиду. Его можно понять, я бы тоже надулся. Поэтому, когда мы закончили носить в холодильник продукты для поездки на турбазу, я предпринял ещё одну попытку поговорить. Подошел к корешку и положил руку ему на плечо.

— Егор, заканчивай, я же тебе сказал — все нормально! — отмахнулся друг.

Он попытался вывернуться, чтобы сбросить мою руку. Я не отпустил, только крепче сжал.

— Слушай, Митяй, комедию не ломай. Я же вижу, что ни хрена не нормально, — проговорил я глядя ему в глаза. — Давай-ка поговорим с тобой по душам. Выкладывай, что у вас с Танькой стряслось.

Митька вздохнул, огляделся, убеждаясь, что наш разговор никто не слышит.

— Да что выкладывать, Егор… — он замялся, видимо решая — говорить мне или нет, но всё-таки продолжил. — Меня на днях понесло немножечко не туда, не в ту степь. Как бес попутал!

И он как на духу рассказал, что Танька бросила его из-за измены. Последние пару недель Егор заглядывал в соседний цех и общался с тамошней вахтёршей.

— Ты понимаешь она вроде баба взрослая, замужняя, и типаж не мой, а иной раз, как глянет, как встанет, так у меня дрожь по всему телу идёт! — в сердцах рассказывал Митя.

Ничего удивительного, бабы в возрасте ещё и не так умеют, часто молодым фору могут дать. Да и тут дело какое, Танька она-то может и умница-красавица, но своя. Как говорится, на чужом бутерброде всегда колбаса толще. Митька не один такой, кого на сторону тянуло.

Далее он поведал, что в один прекрасный день Аркадьевна предложила ему выпить. Мол, у её сына дочь родилась, её внучка и надо бы такое дело обмыть.

— А я как раз после работы зашёл, уставший как собака. Рюмку хлопнул и крышу снесло — под юбку Аркадьевне полез, — он всплеснул руками. — Оказывается Танюхе знакомые бабы донесли, что я к вахтёрше повадился. И, блин, именно в этот день, когда я на Аркадьевне, как сайгак скакал, она проверять припёрлась, ты прикинь!

Я сочувственно покивал. О таком я тоже был наслышан, у противоположного пола на это дело нюх. Вопрос стоит не в том, застукает тебя баба с другой или не застукает, а в том, когда это произойдёт.

— Так что, Егор, я сам виноват, что Танька меня бросила. Но то, что она мстить начала… — он замолчал, сделал глубокий медленный вдох, явно успокаиваясь. — Вот это уже с её стороны перебор.

— Тоже мстить будешь? — спросил я.

— А вот мне подумать надо, — честно ответил Митька.

— Подумай, потому что баба она хорошая, а мстить захотела только по тому, что тебе хотела сделать побольнее, — пояснил я. — Вот тебе больно, Митяй?

— Больно…

— Ну а представь каково было ей, когда она тебя на другой бабе увидела? тем более, как я понял, которая Танюхе в подмётки не годится.

— Да не хочу представлять, — мой друг поежился. — Я же не с ее подругой или сестрой спал! Слушай, а может мне в ответ её сестру того… ты понял… подкатить!

Когда он говорил это слова, и я видел как в нём кипела обида.

— Я-то понял. Ты тоже для себя пойми — если тебе Танька по жизни не нужна, то не разменивайся. Сам же потом жалеть будешь, что натворил, я ведь тебя знаю. А если нужна, так пойди лучше цветов ей принеси, дай извинись. Тогда уже и ей за свой поступок больно будет. Хотя уверен, что сейчас она уже жалеет о содеянном.

Митя задумался, внутри него явно боролись две крайности.

— Думаешь жалеет? — наконец, после паузы выдал он.

— Уверен, — подтвердил я.

— Хм… ну Валю я бы всё-таки эгэгей!

— Ладно, герой любовник. Надеюсь, ты услышал, что я не со зла, — я решил закончить наш разговор. Всё, что хотел сказать я уже сказал.

— Услышал, — согласился Митька и дальше, скорее для успокоения самого себя, добавил полушепотом. — Ты ж только с дембельнулся, понятно, что бабы у тебя сколько не было, а близняшек ещё попробуй различить.

Мы пожали руки, обнялись я похлопал по спине Митьку и на этом наш разговор подошел к концу.

— Ладно, на работу пора, — сказал я, и покосившись на ящик водки, который мой друг поставил на холодильник, спросил. — Митька, а ты не заметишь, если я одну бутылку водки свистну с возвратом.

— Тебе че вина мало было, — хихикнул он. — Забирай!

Я вытащил бутылку из ящика и сунул за пазуху, чтобы на проходной не остановили. При входе, конечно, такого контроля нет, как поле выходе. Но, что называется, от греха подальше. Пройдя проходную, я чуть задержал Митьку, когда он уже собрался бежать на автобус.