"Фантастика 2025-44". Компиляция. Книги 1-26 - Арсентьев Александр Сергеевич - Страница 567

— Все, спасибо, до свидания, — фрезеровщик направился к выходу.

Я перегородил ему дорогу.

— Погоди, ты что берешь-то?

— А тебя это вообще колыхать не должно, — в привычной манере огрызнулся он.

Ну я так и думал, что вежливость его быстро кончится.

— Тогда положи, где взял, и иди, — отрезал я, вставая намертво и расставляя ноги пошире.

— Ты че, молодой, попутал берега? — фрезеровщик, получив желаемое, очень быстро встал на свои привычные рельсы.

Вот только не на того напал.

Глава 12

Я видел, как Андрей стиснул зубы и даже отложил свёрток. Драться, что ли, собрался? Собственно, когда я услышал, что он дальше выдал, то уже в этом не сомневался.

— Хочешь, чтобы я тебе морду набил, ученичок? — фрезеровщик расправил плечи, чтобы казаться крупнее, и угрожающе сплюнул под ноги.

Интересно, это я сейчас бояться должен? Я смерил его взглядом и медленно покачал головой.

— Не советую, Андрюх. Целее будешь.

Таких как Андрей я в два счёта считывал — не он первый и не последний, в которых гонора хоть отбавляй. И не сказать ведь, что это молодецкая удаль, всё-таки фрезеровщику-то было уже хорошо за тридцать. Но работает с такими закидонщиками только одно — стоит дать отпор пожестче, и вся решимость мигом улетучивается.

— Гля, как заговорил! Ничего, я сейчас научу тебя, как разговаривать со старшими.

Андрей встал боевую стойку на манер родоначальника бокса Джона Салливана, показывая, что готов к бою. Передней рукой принялся выписывать восьмёрки. Я коротко пожал плечами и тоже поднял кулаки, держа на уровне подбородка:

— Ну давай, учи.

Будь всё дело на улице, я бы уже не раздумывая ударил первым. Но тут можно было заподозрить, будто фрезеровщик намеренно провоцировал меня на драку. На какой черт ему это надо — тоже понятно. Думаю, для него, как и для остальных работяг в нашем цеху, не секрет, что у меня сейчас разлад начальством. Ударю первым — и фрезеровщик побежит жаловаться начальнику или старшему мастеру, сверкая пятками. В общем, бей изгоя.

Поэтому я выжидал, когда первым ударит Андрей. Но тот развязывать драку не спешил. Ещё несколько секунд поводил в воздухе своим немаленьким кулаком, нагнетая напряжение. Но, видя, что его потуги особо не производят на меня впечатление, отшагнул назад, снова сплевывая на пол. Он тоже думал, ринусь ли я жалобы на него катать, если развяжет стычку. Тут он, конечно, не угадал, бежать я никуда не собирался, я не крыса.

— Не буду об тебя руки марать, — заявил он и опустил кулак. — Мы с тобой за забором поговорим.

— Ты, если вопросы есть, сейчас задавай, а то таких как ты у меня целая очередь, — спокойно ответил я.

Андрей замялся, а я надавил:

— Только ты то, что берёшь — покажи. Мне твои дела до одного места, но с сегодняшнего дня мне склад доверили, и я за всё, что здесь есть — ответственный. Поэтому будь добр.

Ясное дело, что фрезеровщик ничего показывать не собирался. Пока я договаривал, Андрей решил, что он здесь самый умный, и пошёл на хитрость. Сделал два коротких шажка, схватил свёрток и собрался увильнуть.

Не тут-то было, я сделал ему подсечку, заваливая на пол, и перехватил свёрток. Почти перехватил — ткань оказалась не завязана, и, когда я дёрнул за тряпицу, содержимое свёртка разлетелось с громким металлическим звоном. Я приподнял бровь, видя что внутри оказались самые настоящие охотничьи ножи местной, кустарной работы.

Андрей с перекошенным от злости лицом остался сидеть на полу, вызывающе глядя на меня.

Ножи и всё, что с ними связано, были одним из самых излюбленных занятий на заводе в нерабочее время (ну или в рабочее, тут уж кто как). Ножи заказывали охотно уже только по той причине, что свой заказ можно было конструировать от и до. Сам выбираешь марку стали, форму, размер и даже материал, из которого будет сделана рукоять. В советские времена, когда все было максимально стандартизировано, услуга пользовалась бешеной популярностью.

На ножах можно было хорошо заработать, и не делал их только ленивый. При этом мужики прекрасно были осведомлены о том, что нож не будет расценен, как холодное оружие, при соблюдении простых правил — мухи отдельно, котлеты отдельно. Проще говоря — необходимо было держать отдельно клинок ножа и его рукоять. Тогда и у правоохранительных органов вопросов никаких. Ведь холодняком можно признать только готовое изделие, а не заготовку или часть.

У Андреича, судя по всему, производство ножей было поставлено буквально на поток, и он прекрасно знал о правиле мух и котлет. По крайней мере, в свёртке лежали именно клинки и рукояти, ещё не собранные в цельные ножи.

— Что уставился? — наконец, пришел в себя фрезеровщик.

— Да так, ничего. Смотрю, ты нашел чем себя занять на работе? — я опёрся об один стеллажей, сунул руки в карманы спецовки и ехидно улыбнулся.

Ситуация сложилась щепетильная, потому что Андрей явно не хотел, чтобы я знал про его шабашки. Но вместо того, чтобы признать очевидное, он начал на меня наезжать по-новой.

— А тебе чего не нравится? И как тебя вообще мои дела колышат? — такие наезды, учитывая, что фрезеровщик сейчас сидел задницей на полу, выглядели уже комично. — Я чем хочу, тем и занимаюсь! Или ты стучать побежишь? Так в моих делах ничего противозаконного нет!

— А если нет, чего тогда ножички на складе прячешь? — уточнил я.

— Стукачок, да? — оскалился фрезеровщик.

— Стучать не буду, — твёрдо ответил я. — А вот как ты мне должок будешь отдавать, спрошу.

— Какой должок? — изумился Андреич.

— А ты сам сказал, что с тебя должок, я за язык тебе не тянул. Или ты свое слово не держишь?

Судя потому, что Андреич прикинулся дурачком, он либо забыл, что говорил, либо решил, что я забуду. Но нет, память у меня хорошая.

— Кто⁈ Я не держу⁈ — вновь взбеленился он.

— Ну раз ты не помнишь, что говорил, сомнения у меня такие закрадываются, — я чётко обозначил свою позицию.

— Ты с другими будешь сомневаться, понял?

Фрезеровщик, наконец, поднялся и принялся отряхиваться. На полу склада было не то чтобы очень чисто, и это я ещё не успел развезти всю свою ревизию…

— Если сказал, что за мной должок, то от своих слов я не отказываюсь!

— Ну тогда забирай своей железяки, а я к тебе после обеда подойду, — заключил я.

Фрезеровщик для вида что-то побурчал, несвязно и не для моего слуха. Помявшись, по итогу согласился.

— А за забором когда встречу планировать? — спросил я.

— А ты придёшь? — Андреич прошил меня взглядом с вызовом.

— Да мне до лампочки, тебе что-то там выяснить не терпелось.

Теперь взаимной симпатии у нас не прибавилось, да и друзьями мы не собирались становиться. А вот толковый фрезеровщик для петель мне нужен был позарез. И почему бы не рассмотреть на эту роль Андрея? Тем более, с другими договориться будет проблематично, осторожничать будут. Никто со мной не захочет связываться, пока тема золотом не забудется.

— Ну подойди после обеда, — хмыкнул фрезеровщик, оставив вопрос встречи за забором без ответа.

Он собрал клинки и рукояти обратно в свёрток. И, картинно отдав честь, ушел со склада. Я проводил его взглядом, пока дверь за ним не закрылась. Вот интересные всё-таки люди, нет бы сразу договориться — я тебе, ты мне. Тем более, фрезеровщик ведь сам сказал — должен буду, только пусти. Но нет, надо же обязательно время потерять.

Выбросив из головы стычку с Андреем, я продолжил заниматься карточками. Подготовка к собственной работе жрала немало времени, но управился я быстрее, чем планировал. Да и карточки тут всё-таки не абы как лежали. Вот так тихой сапой я управился с задачей минут за двадцать до начала обеда. Теперь на столе лежало несколько десятков довольно высоких стопок с карточками. Работа пойдёт как по маслу.

Я не забыл, что сегодня обед для меня был не просто перерывом в работе. Самое время было идти в комнату мастеров, где должно было начаться организованное мной же собрание. За эти четверть часа, пока не подошли все, я как раз успею найти стопки, порезать хлеб и намазать его килькой. Как раз к приходу мужиков поляна будет накрыта.