Слуга Земли - Хоули Сара - Страница 52

Где-то внизу резко захлопнулась дверь.

Звук был еле уловимым, но я почувствовала его как слабую вибрацию через пол. Я подумала, что он пришел с более низкого уровня, и пошла в ту сторону, размышляя, какие этажи скрыты ниже этого и как туда добраться. Я не заметила никаких признаков лестницы, ведущей вниз с этой части Мистеи, значит, либо нижний этаж был доступен откуда-то издалека, либо существовала скрытая дверь.

Я была уже на полпути вниз, когда стена открылась прямо перед поворотом. Друстан вышел, и стена за ним закрылась.

Я развернулась и сделала вид, что все это время поднималась по спиральной дорожке. Когда он подошел ко мне, я подпрыгнула, как будто испугавшись.

— О! Я тебя не услышала.

Он улыбнулся, но его улыбка была натянутой. На щеке виднелась длинная царапина.

— Я очень скрытен, когда хочу.

— Ты ранен, — сказала я, протянув руку к его ране, но остановилась, не коснувшись его.

— Это ничего, — ответил он, и рана тут же затянулась, оставив только маленькую полоску крови, которую он стер.

Я почувствовала зависть к той скорости, с которой он заживал. Лара тоже будет исцеляться так быстро, когда обретет бессмертие. А я… мои ступни все еще были изуродованы шрамами после испытания Светом.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Друстан.

— Я хотела узнать, можешь ли ты помочь мне в кое чем разобраться.

Он улыбнулся, как ленивый кот, и мое сердце дёрнулось.

— Так вот как? Тогда иди со мной. Друзья не делятся информацией на публике.

Он повел меня вверх по спиральной дорожке и в небольшую, скромно обставленную комнату, похожую на кабинет или гостиную. Когда дверь закрылась, вокруг её краев вспыхнуло оранжевое свечение защитного поля.

Друстан прислонился к деревянному столу в углу и скрестил руки.

— Ну?

Мои пальцы нервно теребили ткань юбки. Комната была настолько маленькой, что я остро ощущала близость и жар, исходящий от него.

— Я видела, как принц Гектор наблюдал за Ларой перед испытанием Светом, — сказала я. Это была самая правдоподобная ложь, которую я смогла придумать за такое короткое время. — То, как он смотрел на неё, меня напугало. Что ты можешь о нем рассказать?

Брови Друстана поднялись.

— Гектор? Этот холодный ублюдок? Не могу себе представить, что ему нужно от твоей дамы. Обычно он предпочитает менее благородных. Немного более… беззащитных.

От этих слов у меня пробежали мурашки.

— Ты не хочешь сказать…

— Гектор опасен, — сказал Друстан ровным тоном. — Он жесток и расчетлив. Он сделает все, чтобы продвинуть свои интересы, так что, если он действительно наблюдает за леди Ларой, я бы посоветовал тебе предупредить её держаться от него подальше.

— Его собственные интересы? Что ты имеешь в виду?

Друстан, казалось, взвешивал свои слова.

— Ты знаешь, что Гектор, Каллен и Уна — единственные дети Дома Пустоты, верно? Все остальные наследники погибли во время восстания, до того, как предыдущий принц Пустоты, Дрикс, принес клятву верности королю. — Его губы искривились в усмешке. — Как и мои родители. Трое из них вновь присягнули Осрику и были помилованы, чтобы успокоить беспорядки в своих домах.

— Но теперь ты и Гектор — принцы.

— Мой отец погиб в неудачной дуэли с Роландом тридцать лет назад, — сказал Друстан, сжимая челюсть. Я вспомнила его ожесточенную ненависть к Дому Света, которую он использовал как повод, чтобы помочь мне скрыть доказательства жульничества Дома Земли. — Моя мать не захотела жить без него и бросилась на королевские охранные чары.

— Мне так жаль, — произнесла я, ужасаясь откровению.

Друстан покачал головой.

— Это уже в прошлом. Но Дрикс умер не с такой же честью, как мой отец. Его убили в постели, вскоре после того, как родилась Уна.

— Но Дом Пустоты закрыт для чужаков.

Он поднял брови, словно ожидая, что я сделаю вывод.

— Ты хочешь сказать, что Гектор убил собственного отца?

Как женщина, которая никогда не знала своего отца, я нашла эту мысль отвратительной. Как Каллен мог смотреть на своего брата?

— Это не доказано, конечно, и в итоге за это был казнен слуга. Гектор не оплакивал смерть отца. Он принял титул принца и приблизился к трону.

— Король Осрик правит Мистей. Какое значение имеет, что Гектор — принц?

Друстан оторвался от стола и подошел ко мне.

— Хороший вопрос, но ты умная женщина. Ты знаешь ответ.

Мое дыхание участилось, когда он подошел ближе.

— Ты хочешь сказать, что Гектор стремится стать королем?

— Есть много тех, кто устал от тирании короля Осрика и строит планы, как обойти защитные чары, которые его охраняют. К сожалению, не все согласны, кто должен править после него.

Я подняла на него взгляд, пытаясь понять, какие эмоции скрываются за той маской безразличия, которую он так часто носил.

— Это измена, — сказала я.

Друстан подмигнул.

— Хорошо, что я говорю о Гекторе.

Мое сердце бешено колотилось, пока я обдумывала все последствия. Гектор хотел свергнуть короля и занять его место. Каллен искал информацию о своем брате, или хотя бы о том, что знал Друстан. Каллен был убийцей и шпионом короля Осрика. Гектор и Каллен — потомки дома, который когда-то пытался устроить переворот. Осрик убил их братьев и сестер. Гектор убил их отца.

Это был невозможный клубок лояльностей и предательств. Каллен пытался остановить брата… или помочь ему?

Политика фейри была невероятно запутана, каждая вражда и обида была затуманена воспоминаниями прошлых веков. Фейри редко забывают, но прощают ли они? Или они воспринимают всех вокруг только как инструменты для достижения своих целей?

У меня пересохло во рту.

— Когда Гектор сделает свой ход? — спросила я. Наверняка никто не мог быть хуже короля Осрика, но, если принц Пустоты так жесток, как говорит Друстан, Мистей может избавиться от одного тирана, чтобы попасть под власть другого.

— Так много вопросов, — сказал Друстан, сделав еще шаг ко мне. Его проницательные серые глаза внимательно изучали меня, и я задумалась, может ли он увидеть прямо через мое сердце и мысли, те вещи, которые я хотела бы, но не решалась произнести вслух.

Я прокашлялась.

— Меня часто обвиняют в любопытстве, — сказала я.

— Интересно, что я так часто становлюсь объектом твоего любопытства, — задумчиво произнес Друстан. — У тебя нет никого другого, к кому ты могла бы обратиться с вопросами? Есть много других, кто мог бы рассказать тебе о репутации Гектора.

Но не о его возможном перевороте.

— Я… я не думала спрашивать у кого-то другого, — произнесла я, почувствовав, стыд из-за моего заикания. Я была неуклюжей и очевидной; он бы раскусил меня в секунду. — Ты был очень честен со мной, мой принц.

— Так официально, — сказал он, сделав еще шаг ко мне. — И все же я сказал тебе называть меня Друстаном.

Он был всего в шаге, так близко, что я могла бы схватить его бархатную тунику и притянуть к себе. Эта мысль пробежала у меня в голове, и я почувствовала, как по телу прокатилась волна жара, а низ живота сжался от предвкушения.

— Друстан, — выдохнула я, едва справившись с единственным словом, прежде чем замолчать, не в силах заставить свой мозг найти что-то еще для продолжения. Мои глаза скользнули с его лукавой улыбки на крепкую линию его шеи, и я задумалась, каким он был бы на вкус.

Внутри меня что-то заклокотало, и мне стало жарко от запретного желания.

Друстан усмехнулся, быстро и жестоко.

— Думаю, ты наслаждаешься поиском меня, Кенна, и думаю, ты знаешь, почему.

— Не знаю. То есть, мне нравится твое общество, но… — О, я только усугубляла все. Я замолкла, широко раскрыв глаза и не в силах выговорить ни слова.

Он прикоснулся рукой к моей щеке.

— Ты всегда была честна со мной, — прошептал он. — Не останавливайся и сейчас.

Его другая рука скользнула мне на талию, и затем он потянул меня к себе, прижимая губы к моим.

О.

Его рот был горячим и мягким, на вкус как дым и пряности. Я застонала, когда его язык проник внутрь, и ответила на поцелуй всем жаром своего тела. Мои движения были неуклюжими, но он мягко наклонил мою голову, ведя, обучая меня, как это должно быть.