Бракованная попаданка или истинная для Верховного - Песцова Любовь - Страница 8

Они ведь не могут не понимать, что у меня есть жирный мотив сдать их властям, причем при первой возможности.

А значит что? Значит, мою встречу с этими властями допускать нельзя.

Вариантов у них тоже не много. Прибить заранее. Но тогда с властями один фиг придется разбираться.

Накачать меня чем-нибудь.

Приемлемо. Для них, конечно, не для меня.

Выставить меня сумасшедшей? Сомнительно. Это я при них могу эпатажничать, а вот при органах власти буду вести себя как хорошая попаданка, не палиться, незнакомыми словами не разбрасываться.

По крайней мере, постараюсь.

В общем, скорее всего, травить будут. Мда, надо сделать незаметный запас воды и хоть сухарей каких-нибудь. И питаться этим во время визита помощника судьи. Потому что где одно отравление, так и другое.

По-хорошему, сделать бы ноги из этого гостеприимного замка, но тут накладка вышла.

Ладно, впереди еще два месяца. Может быть что-то да изменится.

Глава 9

Мия наконец-то принесла мои сокровища, которые сделал кузнец. Стараясь не визжать от радости, я выставила ее в коридор, сторожить мою комнату от нежелательных визитов.

Ну и я надеялась, что она тоже подглядывает. Я пока не решила, посвящать ее в тайну моих занятий или нет. Все же до конца этой девушке я довериться не могла. Хотя очень хотела.

А начала я с красавцев ходунков. Возможно, они были не такими удобными, как в моем мире. Скорее всего, сделаны были не по технологии, потому что мои корявые чертежи давали только примерное представление о том, что мне нужно. Но они были.

Кстати, костыли я заказала еще и у плотника. Хотя железные мне казались более надежным вариантом — по крайней мере, не развалятся, — деревянные должны быть легче. А значит проще в использовании.

Я вообще сомневалась в том, что эти монстры, которые смастерил для меня кузнец, подъемные. Ладно, до них очередь потом дойдет. Сначала ходунки.

Впервые за все время пребывания в этом теле я встала самостоятельно.

Сначала подтянула ноги к краю кровати, а затем ухватилась за ходунки, перенося нагрузку на руки.

Да, я практически висела на них, словно это были брусья, а я то ли атлет-неудачник, то ли неправильная обезьянка. Но даже от этого хотелось ликовать.

Привыкнув к положению, я попыталась поставить ноги так, чтобы на них можно было опереться. Мышцы почти не слушались, но все же через несколько минут мне удалось занять удобную позицию.

В первый раз не получилось. Мышцы просто отказывались держать, и я упала бы, если бы не страховала себя руками.

Во второй раз тоже. И в третий, и в четвертый. Но я продолжала пытаться идти по комнате черепашьим шагом. Главное, что ноги пусть и катастрофически медленно, но могу переставлять. Это уже радовало.

После десяти минут такой прогулки с меня градом катил пот. Тем более ходунки тоже были тяжелеными. Если бы не моя драконья сила, фиг бы я их так легко сдвинула.

Рухнув обратно в постель, я подтянула ходунки и проставила их на то же место, где они стояли изначально — почти в изголовье кровати.

Да, я решила их не прятать, а замаскировать под что-то совершенно обыденное. Повешу на них какие-нибудь шарфики, никто и не догадается об их истинном предназначении.

К тому же, муженек с его мегерой в мою комнату предпочитают не соваться лишний раз, так что я чувствовала себя достаточно свободно.

Ну это если не считать угрозы для жизни и здоровья, которая от них исходит.

Эх, и почему я не могла быть нормальной попаданкой? Тогда бы сбежала к чертям собачьим! Плевать на деньги, титул. Это все равно не мое все. А сама я заработаю, не пропаду.

Но я отлично понимала, что в моем положении даже само слово «побег» звучит комично.

По крайней мере, пока не научусь заново ходить. А в то, что у меня это получится, я верила всей душой.

Я не парализована, и это главное. Реабилитация творит чудеса — это я и в своем изначальном мире знала. А уж здесь, в мире магии, где есть драконы, коим я тоже являюсь, и вовсе грех отчаиваться.

Почему Адалин решила, что у нее нет шансов? Просто не хотела жить? Может быть. Смерть всех близких людей и предательство мужа сильно ее подкосила.

Мне было жаль ее. Несмотря на то, что она оказалась даже старше, чем я, я воспринимала ее как ребенка. Маленькую запутавшуюся девочку, которую обманули, сломали, размазали по стенке.

С одной стороны, если бы она не решила, что жизнь без крыльев — это не жизнь, не было бы шанса у меня. Я знала, что в своем мире я умерла. Сепсис все же доконал меня. Ожидаемо. Мало кто может выжить после такого.

Но в идеале я бы хотела отомстить за Адалин. Устроить веселую жизнь мистеру Пакость и его зазнобе. Жаль, сила сейчас явно была не на моей стороне.

***

Сидеть в гостиной и смотреть на сад оказалось удивительно уютно. Я изначально выбила себе такие прогулки, чтобы прислуга видела, что хозяйка вообще-то еще не померши.

Но в итоге мне правда понравилось. И дело было не только в розовых кустах и аккуратно подстриженных деревьях — их и из моей комнаты было видно.

Здесь в поле моего зрения часто попадался упитанный черно-белый кот, который охотился за мотыльками. Было видно, что его здесь подкармливают. Потому что шерсть лоснилась. Да и в принципе котяра выглядел здоровым.

Глядя на него хотелось улыбаться. А еще лучше поймать, положить на колени и тискать, пока не замурчит.

— И чему, интересно, ты радуешься? — Услышала я за спиной.

Поворачиваться, чтобы понять, кто это, не пришлось. Мистер Пакость собственной персоной. Что ж мне так не везет в этой гостиной?

— Радовалась. В прошедшем времени.

— Неужели мой приход расстроил мою драгоценную супругу?

Очень хотелось спросить, все ли у него в порядке с головой? Может, шизофрения заразна, и он от меня ее воздушно-капельным путем подхватил?

Ну так сам виноват, маску нужно надевать во времена пандемии!

Наконец муженек появился в поле моего зрения. Он придвинул еще одно кресло практически вплотную к моему, и уселся рядом, посмотрев на меня странным взглядом.

Я тоже на него смотрела не отрываясь.

Нет, внезапной любви не случилось. Я рассматривала костюм. В нем удивительным образом сочетались красные, пурпурные и рыже-золотые оттенки, вызывая рябь в глазах и тошноту.

Кружева, оборки и другие столь же безвкусные украшения довершали картину. Пожалуй, не хватало только перьев.

— Ну что ты на меня так смотришь?

— Пытаюсь понять, где ты взял сценический костюм Филиппа Киркорова, — честно ответила я.

Он выгнул бровь и снова хмыкнул. Но почему-то на этот раз не зло.

— Знаешь, тебе идет быть чокнутой. Странно, правда. Скажи мне, Адалин, почему ты не была такой после свадьбы? Все время молчала, глаза в пол, из эмоций только это отвратительное смущение. Почему тебе нужно было сломать спину, чтобы ты стала интересной?

— Поверь, любимый мой супруг, эти изменения не со спиной связаны, а исключительно с тобой.

— Правда?

— Чистейшая. Вот смотрю на тебя и понимаю, что у меня от твоего вида снова обострение шизофрении, а еще диатез, волчанка и спидоракт мозжечкового отростка.

Мистер Пакость усмехнулся. Кажется, его все меньше смущала моя поехавшая крыша.

Вот же квадробер недоделанный! Шел бы к козочкам своим горным приставать. Или к Иветте своей грудастой. Вот чего ему не хватает? Зачем ко мне лезть начал?

Или он думает, что я сейчас такая закачу глаза от умиления, растаю и прощу ему все из-за того, что он назвал меня интересной? А не офигел ли товарищ?

Товарищ считал, что нет. Он попробовал накрыть мою ладонь своей, но я отдернула руку и посмотрела на него своим любимым взглядом. Тем, который подруги всегда называли противозачаточным.

Жаль, мистер Пакость не особо впечатлился. Снова усмехнулся, как будто его забавляла моя реакция. Но хотя бы отодвинулся. А затем и вовсе отправился дальше по своим делам. Только ходя обронил: