"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей - Страница 363

– Тогда зажги свет и неси лампу.

Легче сказать, чем сделать. Эгрегий достал глиняную лампу, залил ее ворванью и вставил фитиль в носик. С помощью кресала он пытался высечь искру, запалить трут. Долго у него ничего не получалось. Как понял Виал, виной всему страх: спутник боялся резким звоном потревожить покой мертвых.

– Дай сюда, – Виал отобрал кремень и кресало.

У него в два удара получилось запалить трут. Подставив фитиль, он зажег лампу. Свет был ярким, намного ярче, чем дают масляные лампы в Гирции. Там используется оливковое масло, а тут для топлива применяют китовый жир.

Виал посоветовал спутнику, чтобы тот аккуратней держал лампу. От яркого света и тепло расходилось сильное. Керамика могла не выдержать и лопнуть.

Закончив, Виал повернулся к костям. Светились они сами по себе, словно источали свет. Источником этого света могло быть все что угодно. Даже моря порой сверкают, но это не враждебный свет, а миллионы рачков, населяющих воду.

Не очень верится, что подобные рачки обитают в костях. Скорее уж они сами источают мертвенный свет.

Пришлось идти здесь, уходить с дороги нельзя. При всем своем безрассудстве, Виал помнил, как осыпались строения. Помнил, что стало с Хенельгой. Так же погиб Карник, наверняка.

Кости казались прочнее, не кренились, не падали. Даже понимая это, Виал чуть пригибал голову. Под ноги он не смотрел, глазел наверх, на эти ребра. Теперь казалось, что дорога пролегает через грудную клетку гиганта. Настоящего гиганта, размер которого превосходит эти сооружения.

А дорога всего лишь хребет чудовища.

Не стоит думать о таких глупостях, это всего лишь дорога и развалины. Только потому возникает это ощущение. Надо только чаще ходить по руинам, перестанешь их бояться.

Из необъяснимого были только тени, что являлись накануне той ночи. Если прав царь, то это всего лишь тени прошлого. Они не опасны, пока не обрели форму.

– Что ты тут ищешь? – вдруг спросил Эгрегий.

Виал остановился. Они уже как раз добрались до выхода с «кладбища».

– Ищу? Я хочу помочь этим людям. Это принесет пользу мне и коллегии.

– Да? Стоит ли так рисковать ради денег?

– А ради чего стоит? У тебя есть нечто такое?

Эгрегий отодвинул лампу, чтобы Виал не видел его лица. Но торговец и так понял, что парень смутился. На первое время хватит, чтобы закрыть вопрос.

Теперь путники были на территории домов, ближе к северу располагался форум. Виал точно не знал, где искать площадь. Да он и не хотел идти туда. Все, что он мог найти там, уже нашел.

Идти по следам Карника – это значит идти на восток по дороге. Так далеко Виал не забирался. Он сомневался, что за один день сможет пройти руины. Сомнений было много, но Виал упрямо пошел вперед.

Эгрегию пришлось следовать за ним, хотя он рад был повернуть назад. Но бросить спутника? Это противно его натуре.

Путники видели только мостовую, угадывали очертания домов. Нависающие над дорогой черные тени угнетали. Люди слышали, как трещит камень, звучат глухие удары. Ночной ветер разносил звуки на многие мили окрестностей.

В воздухе чувствовался песок. Пыль была поднята упавшими камнями. Частицы хрустели на зубах. Виал знал, что им угрожает, а Эгрегий мог только догадываться.

– Тут что-то падает, – сказал Эгрегий.

Он мог догадаться, что строения рушатся. На мостовой были обломки камней, следы от ударов камня. Виал не мог бесконечно уходить от темы. Не останавливаясь, он объяснил, что угрожает им.

– Руины простояли так долго, а теперь разрушаются, – сказал Эгрегий.

– Да, меня тоже это поразило. Подходит конец их эпохе.

– Тогда… что здесь будет после?

– Вот это мы и должны выяснить.

Уточнять, каким образом, Виал не стал. В темноте они ничего выяснить не могут, до восхода им еще предстоит пройти много миль.

Привычный к пешим прогулкам Эгрегий не жаловался, а вот Виал начал уставать. Немного помогала прохлада, заставляла держаться в тонусе. О сне они забыли, на ходу спать не особо получается. Тем более, когда над головой нависают громадные строения.

Об этом говорил царь? О том, что руины рушатся? Виал не понимал смысла слов Луцидия, пытался интерпретировать их на свой лад. Получалось плохо, ведь у них различный образ мыслей.

Говорить больше не о чем. Виал оценил верность спутника, который хоть и нехотя, но следовал за ним. Редко найдешь человека, готового рискнуть жизнью ради другого. Все-таки Дуилл выбрал ему хорошего помощника, других людей коллега старается не покупать.

Звук умирающих руин заглушал все вокруг. Грохот осыпающихся камней скрывал шаги двух человек. В молчании они продвигались на восток, следуя за неизвестной целью. Учесть пройденное расстояние не удавалось; это в море Виал мог бы с большой точностью сказать, как они далеко продвинулись. А тут? Тут в дело вступают иные силы.

У Эгрегия это получилось лучше. Спросив у него, как далеко они ушли на восток, бывший пастух сказал, что они уже в двадцати милях от поселения. Настолько глубоко ушли в руины, насколько возможно.

Утро уже наступало, холод усиливался. Только это был холодный воздух не с моря, запах которого Виал ощущал весь прошлый день. Теперь пахло пустыней, камнем и почему-то водой. Похоже, что с гор доносились ветра. Поблизости должны быть ручьи и реки, чей исток начинается в горах, если древние их не упрятали под землю.

Солнце нехотя выползало из-за горизонта. Теперь угадывались очертания строений.

Эгрегий загасил лампу. Протерев ее песком, он убрал лампу в мешок и огляделся вокруг.

Эти руины не шли ни в какое сравнение с тем, что они видели на входе. Даже Виал был поражен, а ведь он уже видел часть этих строений. Если ближе к воротам уцелели небольшие – относительно, – строения, то тут они возвышались до небес. Даже оставшиеся западнее дома были не такими громадными.

Из таких же блоков, множество окон, большая часть которых застеклены. Крыши подпирают облака, а вход в эти строения где-то далеко вверху. Роскошь строений поражала, даже Эгрегий мог ее оценить. Ведь отпущенник знал, сколько может стоить стекло, тем более такое прозрачное.

– Пять, нет шесть окон! – восхитился он. – Это только на одной стороне.

– Да, ты еще оцени размер. Почти в человеческий рост.

– Разве можно создать такое стекло?

– Я не знаю таких мастеров. Нет таких мастеров.

– Как же они погибли, с такими возможностями. Подобны богам.

На каждом здании были рельефы, но не такие простые, что видел Виал. Тут рельефы изображали повседневную жизнь гигантов. Бытовые сценки оказались намного выразительней, чем рельефы в западном квартале. Виал посетовал, что не умеет рисовать.

– Я тоже, – сказал Эгрегий.

– Иначе не сохранить все это.

– А зачем?

Вопрос хороший, зачем сохранять развалины. Резчики могли бы сохранить, повторить эти рельефы в своих изделиях. Не захотели они этого делать, не желали прикасаться к прошлому, что их догоняет.

Виал не спросил у царя главное – почему резчики так боятся призраков прошлого.

Огромные фигуры на стенах украшали каждый этаж. На уровне земли эти фигуры были обычными с виду людьми. В основном шествия, представления. Виал узнал жонглеров, пожирателей огней. Даже тысячи лет назад было популярным это развлечение.

Зато фигуры уже на втором этаже были больше, словно иерархическая пирамида. И занимались они иными вещами, не столько развлекались, сколько работали. Занимались постройкой города, добывали руду, выращивали пищу. Виал даже узнал пшеничный колос на одном из рельефов, только был он намного крупнее тех, что выращивают в Гирции.

Этот колосс дает много зерна, способен прокормить миллионное население! Люди бы позабыли о голоде, выращивая подобную пшеницу. Как знать, не мечты ли это изображены на камне.

Не было только знакомых виноградников и давилен. Не было амфор с пьянящим напитком. Да и корабли с зерном не спешили в порт. Народ древних был сухопутным, не смог покорить море. Словно они научились делать из камня практически все, но не овладели навыками обработки дерева. Так и резчики прекрасные поделки создают из кости, зато в металлообработке ничего не смыслят.