"Фантастика 2025-46". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Шкенев Сергей Николаевич - Страница 622

Капитан 1-го ранга Номура поклонился адмиралу Като и вышел из кабинета.

13 августа 1918 года, полдень.

Петроград, Таврический дворец.

Сикорский Игорь Иванович

Сегодня нас с господами Туполевым, Григоровичем, Поликарповым, Киреевым и его помощниками Микулиным, Стечкиным[22] и Швецовым срочно вызвали в Таврический дворец к господину Сталину. Никто из нас не был проинформирован о причине такой спешки. Только там выяснилось, что всех нас решили собрать для того, чтобы наградить недавно учрежденным орденом Трудового Красного Знамени, который по статуту дается за заслуги в деле развития промышленности, научные открытия и удачные конструкторские разработки. Меня, Туполева, Поликарпова и Григоровича – за успехи в создании новой авиационной техники, а господина Киреева с помощниками – за новые авиамоторы, буквально перевернувшие все самолетостроение.

И действительно, закончив проектирование 400-сильного РБВЗ-12, позже получившего советский индекс М-5, команда Киреева взялась за проектирование двигателя той же конструкции, но вдвое большего рабочего объема (46 литров против 27), а соответственно, и мощности (с четырехсот лошадиных сил до семисот пятидесяти).

При этом масса была увеличена незначительно – с четырехсот до пятисот килограммов. В настоящий момент этот новый двигатель, по непонятной логике получивший обозначение М-17, уже проходит летные испытания в носовой установке одного из наших «Добрыней Никитичей». Испытывавший машину с новым двигателем летчик Арцеулов говорит, что дополнительная мощь в полете чувствуется почти сразу, к тому же при отключенных двух боковых двигателях самолет вполне способен продолжать полет на одном носовом моторе. Скорее всего, при переходе на новые двигатели «Добрыня» станет двухмоторным, что освободит дополнительное место и уменьшит взлетный вес конструкции почти на полтонны, так как вместе с третьим двигателем станет ненужной и его система охлаждения с запасом воды.

Насколько мне известно, приобретением лицензии на изготовление и доработку этого двигателя уже заинтересовались германские компании BMW и «Мерседес». Ничего подобного в Германии сейчас нет, и раньше чем через десять лет не предвидится. Я понимаю, насколько большую помощь наши конструкторы получили от потомков, в первую очередь избавивших их от очевидных, но при этом неверных решений. Но все равно заслуги господина Киреева и его команды очевидны и по достоинству оценены правительством большевиков. Ведь их новый орден – это что-то вроде орденов Святого Владимира или Святого Станислава третьих степеней за гражданские заслуги.

Пока эскадрилья из семи уже построенных «Добрынь» обслуживает первую в России авиатрассу Петроград – Москва, перевозя почту и особо важных правительственных пассажиров. Всего четыре часа полета – и вы из Северной Пальмиры попадаете в Первопрестольную, полную колокольного звона и множества иных примет прошлой дореволюционной и даже довоенной жизни.

Мне самому несколько раз довелось совершать подобное путешествие по служебной надобности, потому что массовое производство «Добрынь», помимо петроградских цехов РБВЗ, планировалось развернуть еще и на московском авиазаводе, ранее принадлежавшем товариществу «Дукс».

Сначала там планировалось изготовлять поликарповские истребители-бипланы И-1, но, как говорят сейчас, «товарищей поправили», указав, что время для массового производства истребителей еще не наступило. Воевать пока не с кем, в то же время транспортные «Добрыни» нужны огромной стране как воздух.

Об этом же господину Поликарпову говорил и господин Сталин во время награждения. Не стоит обижаться, надо создавать новое поколение истребителей, а за ним еще более новое, выпускать их мелкими сериями, отрабатывая конструкцию. И так раз за разом, пока не придет время новой большой войны. И только перед ней стоит разворачивать массовый выпуск самых лучших и самых современных самолетов-истребителей.

А летающие лодки Григоровича и наши с господином Туполевым многомоторные транспортные и пассажирские самолеты нужны и в мирное время, поэтому их массовое производство должно быть развернуто как можно скорее. Кроме авиатрассы из Петрограда в Москву планируется создавать такие же трассы по всей стране. При этом перед нами с Туполевым поставлена задача на проектирование под новые двигатели большого четырехмоторного, на этот раз уже цельнометаллического, самолета с дальностью беспосадочного полета до двух тысяч километров, при грузоподъемности до двух тонн. Варьируя полезную нагрузку и запас топлива, такой самолет должен иметь возможность, уменьшая полезную нагрузку, увеличивать дальность, или же наоборот, за счет уменьшения запаса топлива и дальности полета, брать на борт больший груз.

Собрали в Таврическом дворце не только нас, авиаконструкторов и двигателистов, но еще множество народу, сделавшего для России что-то полезное на мирном поприще. Каждый из награжденных мог бы рассказать отдельную историю о своих успехах и неудачах и о том, что ему все-таки удалось сделать для Советской России. Огромное количество людей, многие из которых специально приехали для участия в этом мероприятии со всей страны.

Большая часть из них совершили свои открытия еще до того, что теперь называют Октябрьской революцией. А некоторые еще и до времен «без царя», но вспомнили об их трудовых подвигах только большевики. Хотя, надо сказать, никакой особой революции с нашим русским штурмом Бастилии я и не заметил. В феврале было не в пример страшнее. Нет, я не стал правоверным большевиком, и мои монархические убеждения остались непоколебимы, но, по-моему, постепенно все больше и больше я становлюсь правоверным сталинистом, и мой единственный вопрос к Создателю Всего Сущего: «Ну почему, Господи, ты не наделил нашего законного монарха такими же замечательными качествами, как господина Джугашвили?»

Тогда же и там же.

Глава ИТАР Тамбовцев Александр Васильевич

Разница с нашей историей видна невооруженным взглядом не только на просторах России, где вместо пожара гражданской войны, охватившей всю страну, наблюдаются лишь отдельные тлеющие очаги на фоне активного строительства новой мирной жизни, по которой так истосковался народ после трех лет мировой бойни. И товарищ Сталин у нас занимается не обороной Царицына от деникинско-калединских отрядов, а раздает награды инженерам и ученым за мирный труд и конструкторские разработки. И мятежа левых эсеров не было, и самостийников на Украине передавили, пока те были еще совсем «чайниками», потому что без германской поддержки они оказались никем и звать их было никак.

Зато на так нелюбимом нами Западе происходят такие события, что оторопь берет. Парижское сражение, продолжающееся всего сорок дней, можно сравнить только с неизвестным пока еще в этой истории Сталинградом. Список потерь с обеих сторон растет с каждым днем, а бойня на руинах французской столицы продолжается, и не видно ей конца. Генерал Потапов, который нет-нет и заходит ко мне в штаб-квартиру ИТАР на рюмку «холодного чая», загадочно улыбаясь, говорит мне, что все эти события являются следствием Рижского мира и маниакального желания германцев во что бы то ни стало одержать победу, хотя бы только над Францией, разгромив ее войска и разрушив столицу.

Ради этого желания в парижскую мясорубку бросают тысячи немецких и французских солдат, а общее ожесточение достигло уже таких пределов, что захватив какой-то район Парижа, немцы уничтожают в нем не только тех, кто оказывал им вооруженное сопротивление, но и вообще все гражданское население, включая женщин, детей и стариков. Стариков и маленьких детей в первую очередь, потому что женщин детородного возраста и подростков можно еще использовать как рабов, заставляя их трудиться, или используя для удовлетворения своей похоти.

Таким образом, в то время, как Советская Россия занята мирным строительством и восстановлением хозяйства после трехлетней войны, Европа превратилась в поле боя. Мужчины в самом расцвете сил во Франции, Британии и Германии гибнут, и вместе с ними гибнет будущее Европы. Но это, может быть, и к лучшему, в смысле к лучшему для нас. Когда эта бойня закончится, ни у Центральных держав, ни у Антанты не останется ни людских, ни материальных ресурсов даже на локальные попытки захватить хотя бы часть нашей территории, или оказывать помощь сепаратистам. Советская Россия восстанавливается после мировой бойни почти целый год, и сейчас ее способность сопротивляться любому потенциальному агрессору значительно превысила его наступательные возможности.