"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 665

- Верно. Форма не важна, важно сознание. Мы выбрали форму вмещения так же, как выбирали и вы, скользя в обезьяньи тела.

- Значит, это вы подтолкнули Доктора в нужном направлении? Все его теории о происхождении видов ваша работа?

- Нет – зевнул Аметист – он сам понял эту маленькую истину. Мы лишь подыграли, склоняя чашу весов в состояние равновесия, даруя шанс, которого лишились сами. Кайман был удобным сосудом, потенциальным  носителем разума. До осознания собственной личности ему оставался один лишь шаг, и мы растянули время.

- Так значит вы агартийцы? – промолвил Звездочет, опускаясь на пол.

- До того как ты констатировал о нулевой точке, я и сам не знал. Для пробуждения отдела глубинной памяти нужно множество совпадающих факторов: время, место и самое главное катализатор. Ближайшими приемниками по разуму стали люди, во всех вариантах и отражениях единого сценария. Мы несем ответственность за разрыв мироздания и были заключены здесь много эонов, пока вы сами не постучали в дверь.

- Ты говоришь о… - промолвил разведчик и замолчал, созерцая сложившийся пазл мироздания.

Конечно, конечно, как иначе возможно передать истину, как не в формах доступных всем? В мифах, преданиях, в священных письменах всех времен остались подсказки, упоминания о строителях Единого Древа, ступени архангелов взбунтовавшихся против Творца и совершивших отпадение. Вот как выглядит их мир: никаких котлов, серы – множество эонов замкнутых в созерцании собственного преступления. Небо не где-то там, за легковесной пеленой облаков – оно тут, рядом, на земле и так было всегда. Людям отводились сроки, что бы понять и вернутся, повторив сбойный виток.

- Значит, вы были всегда рядом, всегда с нами, отчего молчали?

- Почему молчали? – грустно парировал Аметист – мы говорили через ваши мысли, а что выбирать, ваше право. Если брать ближайшую аналогию, мы часть общества осознавшая тяжесть ошибок, но замурованная так же как все. Когда вы, разорвав ткань мироздания, постучали в дверь, мы были вынуждены действовать очень быстро, дабы вас не постигла наша участь. Так случилось, что одна из точек воздействия располагалась под Чернобылем, и вы засунули голову в пасть льва. Мы пытались остановить прорыв реальности на Экс-один, но выворотники были там раньше и мы погибли. Ионов достиг своей цели: прокол сформировал локальный нулевой уровень энероблокатора, в котором законы и время сошли с ума. Мы потерпели поражение, противник торжествовал победу. Вспомни слова Иоанна Богослова о звезде Полынь: он не только об аварии на ЧАЭС говорил, он смотрел глубже, прозревая суть, а вы довольствовались поверхностными ответами, часто притянутыми за уши, трактуя священные писания вкривь и вкось.

- А кто это остановил, высший разум? – скептически хмыкнул разведчик – как-то шаблонно.

- Шаблонно ваше мышление, отражающее уровень развития. Пока вы считаете духовную реальность атавизмом, преисподняя творит дела руками людей. Планетарная защита дала сбой, сработала нулевая ступень энероблокатора, создавая чрезвычайную ситуацию, и мы получили шанс все исправить, воплощаясь на Земле. Не ломись вы тогда через наш карантинный барьер на танках, мы бы успели локализовать и восстановить ткань мироздания, как сказал ты сам – «развести стрелки между нашими уровнями». Но выворотники, зная посеянную в вас жажду власти, направили в горнило Зоны войска, носителей человеческого кода необходимых для их проявления.

- Тогда вы, то есть Кайман, переназначили точку выхода облачного моста и вместо Агарти Кречет остался одной ногой в Зоне? Противник задействовал запасной вариант: вспыхнул путч, напряжение в социуме спровоцировало прокол в Севастополе, с угрозой третьей мировой. Неужели направленная мысль так сильна?

- Это еще вызывает сомнения?

- Нет – прошептал разведчик – значит, сказки о говорящих волках и животных имеют под собой почву…

- Пространственные координаты здесь урезаны: все плоское, двухмерное, не имеющее глубины, зато имеется шесть временных. Благодаря чему война на Земле идет во все времена, пред вашими незрячими глазами.

- Выходит прайд, кеноиды – это все ложь?

- Почему – возразил Аметист – мы даем потомство, развиваемся вместе с вами, но грезим не о божественной власти, а о восстановлении нарушенной гармонии. Лучше жить в собачьей шкуре, нежели всепожирающим бесформом.

- Волна это тоже вы, развоплощенные, не имеющие плоти выворотники?

- Это также и ваши ушедшие, по тяжести совершенных дел тяготеющие к нам. Артефакт слезы, используемый в режиме деактивации для защиты, в руках открытого сознания может развернуть Код Творения. Ириний, применяемый как дрова, намного больше чем энергия - это сингулированная, сжатая информация предыдущего планетарного цикла. Плод познания Добра и Зла.

- … значит Лист…

- …пришел из оптимального варианта, не соблазнившегося плодом познания и выдержавшего экзамен на зрелость. Представитель человечества, не разменявшегося на мелочи и имеющего все. Но законы мироздания едины для всех: он потерял память и прошел сквозь Ретроспект, восстановление духовной целостности. Понимание этого было ключом, но ни Доктор, ни Шухов, подошедшие к самому порогу тайны, не догадались. Сейчас Мистраль стоит перед узлом под ЧАЭС и слушает рассказ Грея. Для включения синхронизации нужны двое: один узел – земля, другой – небо.

- Почему я? – прошептал Звездочет, смотря на зажигающийся под ногами узор созвездий – почему я? Не Доктор, не Шухов, не Полина, не Митош, в конце концов? Они куда лучше, умнее, достойнее.

- Откуда мне знать – ответил Аметист, ступая за человеком по дороге меж звезд – да так ли это важно, знать ответ?

Звездочет прикрыл глаза и, молясь в первый раз в жизни, ступил в ось времен.

Вторая часть

 Ось времен 

- 01 - 

Со стороны Периметра дул ветер. К прохладе поблескивающей росы примешивался едва ощутимый запах железа, раскаленного душного бетона и прибитой пыли. Вдоль дороги, среди разросшихся лопухов гордо взметнувших вверх гроздья репьев, кивал желтыми соцветьями зверобой и горчила полынь. Омытая быстротечным летним дождем зелень переливалась на склонах изумрудной волной, скрывая уродливые шрамы и громоздящийся мусор. Впереди синели фермы железнодорожного моста, скособоченные вагоны опасно накренились над КПП. Пологий спуск, дрожащий в струйках горячего воздуха, был виден как на ладони. И никакого Коридора. Будто кто-то взял и вырезал начинавшийся за элеватором участок протяженностью в несколько километров, подтянул друг к дружке холмы, склеивая неровности рельефа, словно на потрепанной военной карте. Стряхивая с травы росу, Брама и Самум едва продвигались, готовые отскочить, когда исчезнет иллюзорная ширма. Но твердь оставалась твердью, не разверзались огненные пропасти, не падало на голову небо, а големы бесстрастно подтверждали данные телеметрии.

- Много я повидал, особенно в последнее время, но это ни в какие ворота не лезет. Другие варианты истории – хоть со скрипом, но еще можно понять и допустить, даже чисто теоретически, в целях повышения образованности.

- Повышением не отделаешься, рамки ворот придется существенно расширить. Если не лезет, не стоит и пихать – и раму порвет и крышу снесет. Принимай как есть, потом само утрясется.

- Все у тебя складно получается, и с моделями социума знаком и в аналитике разбираешься.

- Профессия обязывает. Сам увидишь, что творит со странами «третьего» мира свобода демократии. Сначала жвачка и кола, призывы к миру и покупка чиновников. После, подмена идеологии и ценностей, и в конце обнищание народа и существование на грани вымирания. Для особо упрямых и непокорных – нанесение точечных ударов во благо мира.

Пышные заросли амброзии на пригорке раздвинулись, и оттуда выбралась собака. Самая обыкновенная, а не слепая. Постояла, наблюдая за людьми, едва заметно вильнула увенчанным репьями хвостом и побежала по своим делам. На оставленном позади элеваторе, с рухнувшей крышей зернохранилища звонко чирикали стаи воробьев, выискивая остатки зерна, и эта, казалось бы, мирная картина, выбила из колеи гораздо сильнее, нежели притон в Баре. Будто и не Зона вовсе, не аномальный лабиринт, а заброшенные колхозные угодья послевоенных лет, со стеной бурьяна по самую грудь. Зона есть Зона, с этим никто не спорит, тут некому чинить обрушившиеся фермы, но обыденная опустошенность почему-то давила на сердце. После волколака, околачивающегося возле натоптанной и утыканной вешками для пьяных сталкеров дороги с Арсенала, они не встретили ни одного мутанта, ни одной самой захудалой твари. Изредка перебегали дорогу шелудивые псы, светя облезлыми боками и клоками свалявшейся шерсти. Сорвать закинутые на спину автоматы было делом мгновения, только в кого стрелять? Зона вымерла, привычно шуршащая и рыкающая по сторонам живность разом исчезла, даже аномалии и те выдохлись.