"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 720

- Верно - согласился тот, вытирая лицо тряпкой – а так? Я Сергофан из СНГ, помнишь?

- Ну да – кивнул Брама – то-то вижу, рожа знакомая, но не из наших. Наши-то все наперечет знаю. И как тебе у нас?

- Год как у Экс-один выкинуло. Мы тогда с мужиками подумали над словами Самума, и организовали сопротивление. Прав он оказался – пуля равняет всех. Начали отстрел сволочей - такая шумиха поднялась, куда итальянскому «Спруту».

- А позже вас прижали, не иначе как кто-то сдал и ломанулись в Зоне по нашему следу?

- Точно – кивнул Сергофан, вытирая пальцы от смазки – сдали за паршивые баксы. Орест, я, да еще пара тройка ребят ушедшие из-под слежки искали зацепки, расспрашивали народ на «Арсенале» и даже у шпиков на развязке. Не косись, они за деньги очень даже разговорчивые. Вот так и дошли до Экса, сверху донизу излазили, пока чудом в «окно» не попали.

- Погоди, вы же не должны ничего помнить, как так?

- Мы ничего и не помнили. Оклемались - во все стороны степь, куда идти непонятно. Нас нашел и вернул память прайд кенов. Она не совсем стирается – блокируется при переходе или как то так. С тех пор механиками, не сидеть же дармоедами на шее. Жить можно. Кречет даже на ту сторону в отгул пускает. И после всего увиденного нам обидно за отчизну.

- Ничего, наведем порядок дома, глядишь, может еще и к вам подадимся - строить доброе, вечное, мудрое.

- Скорей бы, а то как подумаю, что там творится, выть охота. А вы сами чего тут, проведать, или как?

- К морю надо, да далеко, Кречет нам БТР обещал.

- Зачем БТР? Баграм тут что ли, он бы еще десант на борт посадил. «Уазик» есть. С Зоны перетащили и на гравитонку переделали. Это вещь, скажу. Запатентуй ее дома и можно смело стать миллиардером, пустив нефтяных шейхов по миру.

- И чего не стаешь? – иронично прищурился путник, смотря, как Сергофан сдергивает брезент со старого «Уазика».

- Ну его, еще шлепнут, за этот самый патент. Да и не могу я быть шкурой, все грести под себя. У нас гребут, а народу что? Нет, Брама, гравитонная энергия и прочие высокие технологии должны быть доступны не раньше коммунистического строя, когда все люди равны, служа всем, а не обогащать кланы олигархов. Ой, девушка, извините, я не поздоровался.

- Ничего, Сергофан, я не в обиде. Прекрасно понимаю ваши чувства, сама из СНГ.

- Правда? – заинтересованно обронил техник, протягивая Браме ключи – Из какого индекса?

- Не понимаю – Наташа вопросительно посмотрела на поглаживающего пепельный ежик волос механика.

- Иван, оторвись на минутку – окликнул Сергофан торчащего из люка БТР механика – принеси людям припасов на дорогу.

Смуглый Иван вылез из люка и, вытерев руки тряпкой, вместе с Левченко скрылся из ангара.

- Сергофан, совсем забыл представить, это Наташа, моя невеста.

- Очень приятно – осторожно поздоровался механик, стараясь не измазать спецовкой – Говоря проще, всем открытым вероятностям присваивают индекс. Процентов восемьдесят - вырождение и скатывание в СНГ: от постепенного обнищания, до полной зачистки населения. Остальные непонятного строя. Как понять, если там одни апокалипсисы и концы света? Экономические, природные, техногенные…

- А союз как же – поднял бровь путник - его что, больше нигде нет?

- Почему? Он занимает львиную долю апокалипсисов - сплошь войны: от гражданских до третьей мировой. Изначальный мир, мир ретроспекта, как называют вероятники – это исключение из правил, невозможная утопия общества.

- Откуда ты об этом знаешь? – заинтересованно спросил Брама, прислушиваясь к урчанию «Уазика».

- Интересно как люди живут. Вероятники, они ведь отсюда ходят, НИИ Шумана лишь обрабатывает данные. Если тебя это коснулось, то невольно отслеживаешь, ученые сами рады рассказать поделится теориями, у них их много.

Подоспел Иван, таща набитую продуктами корзинку, и, заботливо уложив на пол за сиденьями, отошел.

- Удачи, ребята - кивнул Сергофан - езжайте, за машину не волнуйтесь, их тут целый автопарк, рук до всех не хватает.

- Какой смысл в смерти, Серж? Уж лучше я буду верить в эту миллионную долю смысла и отвоеванного счастья.

Махнув на прощание, он вырулил из ангара, а Сергофан вернулся к полуразобранному БТРу.

Эпилог

Море набегало на берег пенной волной, шурша в отточенных временем камнях, Брама раскинулся на прогретом песке, смотря как солнце обретая медовый отблеск клонится к закату. Оно было активное, но не жгло. На Земле уже десять раз слезла бы кожа, а тут подернулась бронзой, но не обгорала. Наташа вынырнула у берега, выталкивая вверх Грая, ее накрыло волной, а тощий кен кружил вокруг, оглашая окрестности лаем. Окруженный щенками Аргус пришел позже, и не говоря ни слова, полез в воду, доныривая до песчаного дна. Ильма в который раз засунула влажный нос в корзину, убедится что все уже съедено. Аргус, вывалив розовый язык, нюхал напитанный йодом воздух, вяло протестуя разомлевшему Браме.

- Мы не хотим быть прихлебателями людей, и вам не дадим ими стать. Не говорю навсегда, говорю – необходимо.

- Я буду скучать.

- Мы тоже. Есть время приходить, есть время уходить. Ты синхр, возможно когда-нибудь мы встретимся.

- Когда? – наблюдая за Наташиной возней со щенками, спросил путник, чувствуя как пустеет часть души.

- Скоро. Узнаешь когда, но не раньше, чем все произойдет.

Аргус встал и прыжком скрылся в росшей у песчаной косы прибрежной траве. Щенки смешно натопорщили треугольные уши и кинулись следом, Грай виновато лизнул лицо Наташи и вильнув хвостом и скрылся из виду. По ее щекам стекала вода, а может и слезы. Кто разберет, они такие же соленые.

- У меня такое впечатление, что нас бросили. Довели до самого порога, указали путь и бросили.

- Нельзя опекать всю жизнь, иначе не повзрослеем, иначе как Сергофан будем разбирать прошлое, деля на правое и нет.

- Зачем так жестко, можно было сказать иначе, а он обиделся.

- Обиделся, но знает что я прав. Счастье не бывает просто так, даром, его надо заслужить, иначе до конца жизни будем выискивать в черное в белом, вместо того что бы просто быть счастливыми. Счастье не место, это состояние. Можно быть счастливым с любом мире, любой реальности, умея делить с теми, кому оно действительно необходимо. Вероятностей развития куда больше чем мы можем представить, но выходя из мира Зоны, везде видим Зону, может, стоит выйти вовне?

- Не знаю – положив голову ему на грудь и смотря в розовеющее небо, предположила Наташа – у каждого она своя.

Трава раздвинулась, на песок шагнул Григорий, быстро сбросил комбинезон и скрылся в волнах. Через пару минут его голова показалась у черты, где сходилось закатное небо и поблескивающее море. Голова скрылась, через несколько минут он тяжело дыша рухнул на раскаленный песок. Кто бы мог сказать, что этот рослый, сухощавый человек, самое страшное из чудовищ когда-либо созданных человеком.

- Ребята, если накупались, то пора закруглятся. Иначе опоздаем.

- Куда? – приоткрыл глаз Брама, посматривая на загоревшего до черноты доминуса.

- Как куда, вы что, не в курсе – сегодня прилетает «Альфа».

- Как прилетает – как ужаленный вскочил Брама – когда?

- Сегодня. Думал вы в курсе. Мы третий день принимаем ее сигнал. Шуман не стал подходить к Земле, а сместился сюда.

- Вот это новости, чего же ты молчал? – лихорадочно натягивая футболку, топтался на горячем песке путник.

- Успеем. Если ехать напрямик, выскочим как раз у форпоста.

Наташа подхватила опустевшую корзину и путаясь в шелковой траве босыми ступнями бросилась к джипу. Брама только заводил двигатель, а доминус пронесшись тенью шлепнулся на заднее сиденье, шипя от перегретой на солнце обивки. На небосклоне взошли первые звезды, а джип неся стрелой сквозь раскаленный, напоенный трелями сверчков вечер. Плюнув, Брама мысленно поднял крепко сбитый советский «уазик» вверх и воздух загудел о стекло. Высоко в зените показалась искра и начала увеличиваться, опускаясь к земле, словно налитый тяжестью хлебный колос.