"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 877

— Отлично, — произнес он. — Присаживайтесь к моему столу и разделите со мной ужин.

Лорд Челмсворд никогда не прибеднялся. Не называл то, что он ел, скромной солдатской трапезой, или как-то в этом духе. Он всегда считал, что офицер, а уж тем более генерал, который полностью сам оплачивает свой стол, не должен отзываться о нем настолько пренебрежительно.

Слуга как раз принес прибор для Хаммерсмита, поставил его перед присевшим за стол капитаном.

Лорд Челмсворд подумал, что с запахом конского пота, исходящим от Хаммерсмита, вполне можно примириться. В конце концов, идет война и надо чем-то жертвовать ради своих людей.

Однако прежде чем продолжить трапезу, Челмсворд велел слуге позвать дежурного адъютанта. В это время ничего не стесняющийся Хаммерсмит уже вовсю уплетал генеральскую еду.

Все тот же молодой человек из хорошей семьи вошел в шатер и отсалютовал генералу.

— Моей колонне готовиться выступить завтра через час после подъема, — сказал Челмсворд. — И передайте офицерам, что мы обнаружили зулусов.

Теперь коней уже не было смысла гнать во весь опор. Отряд майора Лоуренса двигался со скоростью, едва превосходящей скорость пешехода. Всадники натальской милиции покачивались в седлах, кое-кто даже дремал, рассеянно придерживая рукой поводья. Лоуренс не обращал на это внимания. После зоркий всадник из харишей шерифа Али жестоко отчитает нерадивцев, но это будет, когда они вернутся к сборному пункту на холме Изандлхвана. Сейчас же всем не до того — пускай отдыхают люди. Если только с седла никто не свалится. Тогда несчастный станет предметом для всеобщих насмешек — и долго еще ему будут припоминать этот случай.

Отряд Лоуренса глубоко ушел в земли зулусов, идя по отчетливым следам на мокрой земле. Дикари не считали нужным прятаться у себя дома. И теперь это играло на руку разведчикам. Влекомые азартом майора милиционеры не покидали седел больше суток. Солнце спряталось за горизонт — пришел чудовищный холод южноафриканской ночи. Затем оно снова поднялось — щедро одаряя жарой. Теперь клонилось к западу — и земля под копытами коней остывала. А всадники все ехали и ехали по саванне, следуя за хорошо видимой цепочкой следов вражеского отряда.

— Не нравится мне тут все, — подъехал к Лоуренсу всадник в бурнусе харишей. Он говорил с сильным акцентом, так что майор с трудом разбирал слова. — Дурно тут. Надо разведчика вперед послать.

— Разбуди кого-нибудь из тех, кто сейчас дремлет в седле, — согласился с его словами Лоуренс, — и гони вперед. А лучше сразу двоих. Так вернее будет.

— Да, — кивнул хариш. Приучить их к воинской дисциплине было совершенно невозможно.

Он подъехал к ближайшему спящему в седле милиционеру и без предупреждения огрел его плетью, проехавшись через всю спину. Тот громко вскрикнул, разбудив других дремлющих и подняв легкий переполох в отряде. Лоуренс улыбнулся, предчувствуя грядущую бурю. И та не замедлила обрушиться на голову несчастного.

— А если бы это был сабля?! — приглушенным голосом сипло кричал хариш. — Две твоя половинка уже валяться на земле! Любой самый глупый зулус проткнет копьем тебя, когда ты спишь! Ехать вперед на разведку! — Хариш ткнул милиционера плетью под ребра. — Ты! — Он указал на еще одного всадника. — И ты! — Плеть сместилась, указывая на третьего. — Ехать — тоже! Быстро скакать — и быстро говорить, что впереди!

Выбранные разведчиками тут же пришпорили коней, стремясь поскорее убраться подальше от гнева разъяренного хариша. Остальные теперь и думать забыли о том, чтобы прикрыть глаза хотя бы на минуту.

Разведчики вернулись через четверть часа — как и положено. Точнее, вернулся только один из них. Он мчался, то и дело вонзая шпоры в бока своей взмыленной лошади. А это могло означать только одно. Враг найден!

Лоуренс оставил отряд на попечение хариша, а сам поскакал навстречу разведчику. Тот начал кричать еще до того, как они встретились. Половины слов — не разобрать. Но общий смысл и так понятен.

— Большой иканда, — выкрикивал милиционер. — Много зулу! Наших пальцев не хватит пересчитать! Готовятся выступать!

— А остальные где? — спросил у него Лоуренс, подъехав вплотную.

Разведчик сглотнул.

— Следить остались. Меня назад послали — сообщить.

— Далеко отсюда этот иканда?

— Пять минут галопом. Мы зашли с той стороны, где его не охраняет никто. Он внизу — далеко его ехать до самого иканда. Но с холма — как на ладони.

— Конь твой обратно галоп выдержит?

— Он двужильный у меня, — не без гордости произнес милиционер. — Выдержит.

Лоуренс обернулся к подъехавшим всадникам.

— Галопом — марш! — скомандовал он. — За мной!

И пустил коня вперед. Прискакавший разведчик быстро нагнал его — и повел в нужном направлении.

Офицеры 1-го и 2-го батальона 24-го Пехотного полка ее величества праздновали встречу уже не первый вечер. Встречи этой не должно было состояться, если бы все шло согласно уставу британской армии. А он гласил, что пока один батальон полка сражается за границей — другой находится в Англии в месте постоянной дислокации и проводит тренировки. По возвращении потрепанного батальона его место на фронте занимает отдохнувший и пополнивший личный состав.

Однако сейчас положение в Африке требовало присутствия как можно большего количества войск. А потому из Питермарицбурга 24-й полк выступил в полном составе. И это только радовало многих его офицеров. Все-таки сражаться рядом с товарищами по полку намного лучше, чем с кем бы то ни было другим.

А уж пить с ними — так и вовсе одно удовольствие!

И офицеры пили. Не всегда умеренно. Ведь война эта была какой-то ненастоящей, что ли. Взяли всего одно жалкое селение дикарей, расстреляв их из пушек и пулеметов. Разве это война? Нет, насмешка какая— то. Офицерам хотелось настоящего дела. Но раз дела нет — почему бы и не выпить с боевыми товарищами по полку. Не забыть и артиллеристов. Тоже ведь ребята неплохие.

Поднимали неизменные тосты за Чиллинвалаху. И старшие офицеры неизменно добавляли: «Чтобы этого никогда не повторилось». Хотя, конечно, никто из них не был там — в Индии. Не шел в безумную штыковую атаку на сикхскую батарею среди огня и дыма. Не падали рядом с ними боевые товарищи, сраженные картечными залпами в упор. Не дрался никто из них саблей против голых фанатиков, защищавших батарею. Тех самых, кого так плохо брала проверенная веками, остро отточенная холодная сталь.

Но повторения Чиллинвалахи, где 24-й Пехотный потерял пятьсот солдат и офицеров, конечно же, не хотел никто.

Адъютант генерала Челмсворда ворвался в просторный шатер, что служил офицерам полка собранием, будто настоящий вихрь. Он так и лучился. А это означало хорошие новости. Хорошей же новостью для всех тут, на холме Изандлхвана, могло быть только одно. Найден враг. Скоро предстоит настоящее дело!

— Господа офицеры, — выпалил сияющий, словно новенький пенни, адъютант, — не далее как пять минут назад к командующему прибыл капитан Хаммерсмит. Он доложил результаты разведки. Сразу после этого лорд Челмсворд приказал выступать второму батальону завтра через час после подъема. И велел лично мне передать вам — зулусы найдены!

И тут же зашумело все офицерское собрание. Адъютанта усадили за стол. Налили ему полный бокал вина — заслужил столь хорошей новостью. Стали расспрашивать о настроении лорда и не слышал ли сам адъютант чего-нибудь из доклада капитана Хаммерсмита.

— Помилуйте, господа, — разводил руками юноша из хорошей семьи, — но я совершенно не обучен шпионскому делу. Вот будь на моем месте майор Лоуренс — другое дело.

— Уж Лоуренс сообщил бы нам все, — криво усмехнулся полковник Дарнфорд. — До последнего слова. Этот прохвост всегда знает все наперед. Не удивлюсь, если он сейчас встречается со своими чернокожими шпионами в самом Улунди.

Дарнфорд был мрачен после выволочки, которую ему устроил лорд Челмсворд за самовольное прибытие в лагерь. После нее, однако, он назначил однорукого полковника командовать натальской милицией и Ньюкасльскими конными стрелками. Вот только большинство его подчиненных сейчас находились в разведке. И делать полковнику было по сути нечего.