"Княгиня Ольга". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Дворецкая Елизавета Алексеевна - Страница 763

Иногда ей казалось, что она различает голоса, но не могла определить, много ли людей рядом. Ее все везли.

То ли она от духоты на время потеряла сознание, то ли просто задремала, но последнюю часть пути не заметила и очнулась от ощущения, что ее поднимают и несут.

А потом ее куда-то положили, веревки ослабли, и с нее наконец-то сняли этот йотунов плащ! Эльга торопливо втянула воздух, закашлялась, схватилась за голову… руки и ноги были как чужие и едва слушались.

Где-то рядом блестел огонь, но он резал глаза, и она закрыла лицо руками. И все дышала, не в силах надышаться.

Потом сознала, что находится вроде бы в избе и здесь чуть теплее, чем снаружи, но почти так же темно. Стояла полная тишина. Вытерев нос и почти придя в себя, Эльга наконец огляделась.

Да, изба. Тесная, темная, скудно обставленная. Пустая и по виду нежилая. Рядом горела лучина. В дальнем углу темнела какая-то громада. На первый взгляд Эльга решила, что это печка, но потом вдруг осознала: это человек!

Или не человек… В полутьме избушки она разглядела, что кроме нее здесь находится некое существо, одетое в волчью шкуру, и с волчьей личиной, полностью закрывающей лицо.

Существо сидело неподвижно, а Эльга примерзла к месту. Казалось бы, совсем недавно она видела ряженых, далеко не в первый раз в жизни. Но чутье сразу подсказало ей: это совсем другое дело!

От ужаса у нее едва не остановилось сердце. Она всем сердцем ощущала, что находится где-то очень далеко от жилья и людей – в глухом лесу… на том свете. Когда-то она уже видела именно такое существо – получеловека-полузверя. Оборотня… В тот раз она спаслась, вырвалась из его лап, но такой ценой, о которой не хотела вспоминать и пятнадцать лет спустя.

В тот раз ее вызволил Мистина, но он одолел лишь одно воплощение этой темной силы. А их у нее – бесчисленное множество. И вот он вновь пришел за ней – князь-зверь, воплощение Велеса, властелина Закрадья…

Забылось все прежнее: путь полюдья, осада Свинческа, даже похищение. Во всем мире остались они двое: она и Князь-Волк, младший брат Князя-Медведя. Хотелось бежать без оглядки – неважно куда, лишь бы подальше. Но оборотень сидел между нею и дверью, а в оконце пролезет разве что белка. Хотелось обернуться белкой, да хоть мышью, юркнуть под лавку, затаиться под веником, лишь бы уйти от этого взгляда, который пронизывал Эльгу даже несмотря на то, что под личиной она не видела его глаз.

– Ш… ш… что ты хочешь? – дрожащим голосом едва сумела выдавить она. – З… з… зачем?

– Твой муж захватил мою жену, – раздался в ответ низкий голос, глухо звучащий из-под личины. – Потому ты здесь. Когда он вернет мне ее, я верну ему тебя.

– Жену? – в недоумении повторила Эльга.

Такого она не ждала – не была готова к мысли, что речь пойдет о какой-то другой женщине. Тот, прежний властелин Закрадья, известный ей как Князь-Медведь, хотел только ее саму…

– Дочь Сверкера – моя жена. Он отнял ее у меня. Теперь она у Ингоря. Я обменяю ее на тебя.

– Дочь Сверкера… – Эльга смутно вспомнила, что с той женщиной было связано очень многое. – Но ведь…

Вспомнился рассказ Лютояра. Сидя в гриднице в окружении верной дружины, даже приятно было слушать ужасы про Закрадье и встречи с его владыкой, у которого один глаз черен, как бездна, а другой багров, как пекельное пылание… Не сказать чтобы она особенно верила: мало ли баек ей пришлось выслушать за свою жизнь? Но теперь, когда не было рядом дружины, когда она находилась где-то на самом дне тьмы, наедине с ее владыкой… Дух занимался от холодной жути и ощущения безысходности.

Так все это была правда! Дочь Сверкера в самом деле побывала в Закрадье и стала женой Кощея. И теперь он хотел получить ее назад. Уже не казалось удивительным, что его посланцы сумели выкрасть ее, Эльгу, из-под самого носа у кметей. Наверное, они были невидимы. И даже некого просить о помощи. С собственными чурами она поссорилась и разорвала все связи еще тогда, в тот раз…

Мысли лихорадочно метались, она искала спасения, но не находила. Это было похоже на попытки тонущего ухватиться за воду. Мистина далеко, в Киеве, а Ингвар… Как он ее здесь найдет?

Эльга закрыла лицо руками: это детское средство спрятаться было единственное доступное ей сейчас. Показалось, что Кощей пошевелился и идет к ней. Она быстро опустила руки, вскрикнула, вскочила, будто птица, бьющаяся в силке…

И увидела перед собой пустоту. Властелин Закрадья исчез.

– Леший тебя возьми! – Человек-волк со сдвинутой на затылок личиной соскочил с коня возле занесенной снегом избушки. – Я так и знал, что ты здесь!

Кругом был лес, и лишь еще два строения, покинутых и замерзших, едва виднелись из сугробов. Никакой тропы сюда не вело, снегопад засыпал все следы, и сейчас, ночью, никто другой и не смог бы отыскать сюда дорогу, даже знай он о существовании заброшенной веси Кувшиновичей. Даже человек-волк обнаружил сидевших под навесом у двери, лишь подойдя к ним вплотную. В темноте было не видно, люди это, звери или лешие – так, затаилось что-то…

– С чем прибыл? – насмешливо осведомился другой «волк», с закрытым лицом.

Он сидел, привалившись спиной к самой двери, но теперь поднялся на ноги.

– Ты знаешь с чем. Баба у тебя?

– У меня.

– Как она? Цела?

– Что ей будет? Сидит. – «Волк» с закрытым лицом кивнул на дверь в избу.

– Ты умом тронулся! Он обещает всех людей перебить, никого в живых не оставить, если ее не вернут!

– Я и верну. Когда он мне мою отдаст, а ему эту отдам.

– Ты рехнулся со своей бабой! – Лютояр метнулся к Равдану и схватил за грудки. – Ты понимаешь, о чем речь идет? Сверкер убит, его люди перебиты! В Свинческе Ингорь хозяин! Если он сейчас на нас озлобится…

– То передумает тебя князем сажать, да? – Равдан решительно оторвал от себя руки Лютояра и отпихнул его, так что тот отлетел на шаг и едва удержался на ногах.

– Бабу верни! Пусти меня!

– Мою привезешь – эту забирай. – Равдан при его росте не мог выпрямиться под навесом, но тем не менее загораживал собой дверь, готовый к нешуточной драке.

Семеро вилькаев, с которыми он и осуществил это похищение, встали вокруг него. Лютояр был вожаком всей стаи, но преданности собственного десятка у Равдана сам Кощей не смог бы отнять. Тем более что все здесь, кроме Хорька, были его кровными братьями Озеричами: Творила, Нечуй, Русила, Чуриня, Овсенец, Селята. Восьмой, Божаня, на всякий случай сторожил под оконцем.

Теперь Равдан скинул личину, чтобы лучше видеть побратима и не пропустить выпад.

– А ты кроме княжеского стола и думать больше ни о чем не можешь? – продолжал он. – Ради него готов мою жену Ингорю отдать? Не взойдет!

– Вот ты как заговорил! – возмущенно воскликнул Лютояр. – А клялся мне помочь за род отмстить и наследство дедов моих взять!

– А я мало тебе помог? Да и сейчас от слова не отрекаюсь. Но ты, как уезжал на Сож, обещал, что Ингорь и Свинческ тебе отдаст, и мою жену не тронет. С тем я тебя и отпустил…

– Ты отпустил? – с негодованием перебил его Лютояр. – С каких это пор я тебя спрашивать должен? Я – князь смолянский! Я – вожак вилькаев. А ты кто?

– Если бы ты без моего позволения поехал с Ингорем снюхиваться, то мог бы не возвращаться! – насмешливо отозвался Равдан. – Был у нас один варяжский князь, да и ты, я смотрю, таким же думаешь стать, Ингорю в рот смотришь! Ну да ладно, не пропало еще твое дело. Поезжай к нему назад. Скажи, чтобы отдал тебе мою жену. А как привезешь ее сюда – получишь эту и назад к Ингорю отвезешь. Будешь для него брат родной и избавитель.

Тяжело дыша от возбуждения и гнева, Лютояр все же помедлил, обдумывая эти слова. Уже много дней у него было чувство, что его судьба висит на волоске. Он мог погибнуть, когда показался на глаза киевлянам: Ингорю ведь не нужен был еще один князь Смолянской земли. Мог погибнуть в сражении, будучи слишком неопытен в обращении с мечом. Может погибнуть уже сейчас, после драки, когда Ингорь убедился, что победа осталась за ним. Но препятствий со стороны Равдана он никак не ожидал. Вот уж, казалось, на кого он мог положиться, как на собственную правую руку. Но у этой «руки» оказалась своя голова на плечах и своя воля.