"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 375

И, не дав Маху опомниться, барон встал с кровати и быстро вышел из комнаты.

Взбудораженный дневными событиями Мах, не в силах заснуть, почти всю ночь бестолково и тревожно проворочался с боку на бок. Постоянно напоминали о себе, отвлекая ото сна, подживающие шишки и ссадины — они болезненно зудели. Рыцарь сколько мог терпел невыносимый зуд, потом вскакивал с кровати и под аккомпанемент злорадных шуток невидимого деда начинал остервенело чесаться.

Лишь под утро на молодого человека нашла легкая дремота, но, увы, наслаждаться долгожданным отдыхом ему посчастливилось лишь часа полтора. С первыми лучами восходящего солнца безжалостный призрак что есть мочи заорал в ухо своему рыцарю:

— Подъем!

— А?.. Где? Что? Когда? Почему? — залепетал спросонья перепуганный Мах.

— Да все нормально, — успокоил дед Пузырь и, предвидя град упреков в свой адрес, поторопился объясниться: — Вчера вечером сам ведь просил разбудить тебя на рассвете, вот я и выполнил твою просьбу. Ну как, Махуня, тебе почивалось на мягких перинах Силики?

— Отвратительно, — зло бросил в ответ Мах и громко зевнул.

— Да, видок у тебя совсем не бодрый, — согласился призрак и исполненным оптимизма голосом продолжил: — Ну да ничего, сейчас я тебе такое покажу — мигом вся сонливость улетучится! — И как бы между делом добавил: — Кстати, заодно и умоешься.

— О чем это ты? — лениво полюбопытствовал Мах, в очередной раз выворачивая челюсть в мощном зевке.

— Сейчас сам все увидишь, — обнадежил призрак. — Давай-ка живенько вскакивай с кроватки и подползай к окошечку. Отсюда такой расчудесный вид открывается! Прямо глаз не оторвать!

— Да какой там вид, — брезгливо поморщился Мах. — Заросшие кустарником и травой склоны низины, да несколько кривых берез у стен башни. Это уродство мне еще вчера опостылело.

— О, ты не видел березовую рощу на рассвете, — горячо возразил дед Пузырь. — Уверяю, зрелище потрясающее! Я не я буду, если при виде этого великолепия у тебя челюсть до пола не отвиснет.

— Вот привязался! — простонал Мах и оторвал наконец голову от подушки. — Ладно, встаю, встаю. Сейчас посмотрю в твое окошко, только отстань.

Он встал с кровати и приблизился к призраку.

— Ну и что в этих убогих березках…

От увиденного у Маха слова застыли на губах. Вместо ожидаемых стволов берез и склонов низины, перед взором Маха нежданно-негаданно предстал огромный пруд, ровная гладь которого в рассветных лучах сверкала разнообразием оттенков от ярко-розового до нежно-голубого. Впрочем, склоны и березы не исчезли без следа — склоны низины теперь стали берегами пруда, а на месте берез из воды торчали их зеленые макушки.

Больше всего рыцаря поразило, что водяная гладь находилась всего в двух-трех вершках от карниза его распахнутого окна.

— Ну, а я что говорил! — победоносно улыбнулся дед Пузырь. — Как тебе преображение рощи в утренних лучах? И спать уже больше совсем не хочется, не так ли? Ха-ха-ха!

— Но как такое возможно? — изумился Мах.

— Если думаешь, что это очередное магическое наваждение, то глубоко заблуждаешься, — заверил призрак. — Пруд самый настоящий. На моих глазах вода полночи заполняла низину.

— Откуда взялось столько воды? — спросил рыцарь, продолжая таращиться в окно.

— Да ты не стесняйся, ополосни личико-то, — посоветовал дед Пузырь. — Смотри, как удобно. Просунул руки в окошко — и все дела, и нет нужды к кадушке тащиться.

Мах безропотно подчинился и, склонившись над озером, как следует умылся.

— Ну как тебе водичка? — полюбопытствовал дед.

— В самый раз, — похвалил рыцарь.

— А ведь не хотел вставать, — тут же укорил бесплотный ворчун.

— Пузырь, но ты мне так и не ответил, откуда вдруг столько воды? — напомнил Мах.

— Разумеется, из реки, — объяснил призрак.

— Как так?

И дед Пузырь рассказал, как было дело:

— Ночью, заметив, что под башней начинает собираться вода, я заинтересовался происходящим. А поскольку магии в данном случае, как уже говорил, я не почувствовал — отправился изучать окрестности низины Силики. Вскоре мне удалось выяснить, что примерно в версте от низины протекает широченная река, из которой к низине ведет узкий канал. До сегодняшней ночи он надежно отделялся от реки каменной запрудой, но ночью кто-то ее взломал. Речная водица устремилась в низину — и сегодня утром ты получил замечательную возможность умыться прямо из окна.

— Кому же, интересно, взбрело в голову сломать запруду и превратить низину в гигантский пруд?

— Извини, Мах, но чего не знаю — того не знаю… Но, Уверен, очень скоро тебе удастся это выяснить. Обернись и поприветствуй барона, он уже на пороге твоей комнаты.

— Доброе утро, Мах.

— Взаимно, Силика.

Мах с Силикой обменялись вежливыми полупоклонами.

— Ну, как твое самочувствие? — поинтересовался хозяин башни. — Раны беспокоят?

— Скажете тоже, раны, — фыркнул молодой рыцарь. — Всего-то пара шишек. Я о них уже и думать забыл.

— Так уж и пару? — усмехнулся Силика. — Видел бы ты вчера себя со стороны, места живого не было. Ладно, герой, давай-ка я посмотрю, как там твой затылок.

Мах наклонился. Барон быстро размотал повязку и осмотрел его голову.

— Моя целебная мазь просто чудеса творит, — похвалился Силика, закончив осмотр. — Еще вчера была глубокая рана, и вот, всего за одну ночь, превратилась в едва заметный рубец.

— Силика, вы потрясающий лекарь, спасибо вам, — поблагодарил рыцарь, выпрямляясь.

— Болван, за что ты ему спасибо говоришь? — тут как тут, встрял невидимый дед. — Ведь это его ифриты из тебя вчера чуть было калеку не сделали!

— Ну, сэр Мах, как настроение, готов к подвигам и свершениям? — с улыбкой спросил Силика.

— Готов-то готов, вот только… — Мах запнулся и замолчал.

— Что только, договаривай, — попросил барон.

— Сегодня утром как раз перед вашим приходом я посмотрел в окно и увидел…

— Не правда ли, очаровательный получился пруд! — перебил Силика.

— Но, барон, ради Создателя, скажите, что все это значит? — взмолился Мах.

— Помнишь, вчера вечером я обмолвился, что у меня появилась идея? — вопросом на вопрос ответил барон.

— Но как этот пруд может быть нам полезен? Какое он имеет отношение к исчезающему замку?

— Терпение, мой друг, терпение, очень скоро ты все поймешь, — заверил Силика и вдруг спросил: — Любезный Мах, не желаешь ли искупаться?

Пораженный столь неуместным предложением молодой рыцарь отшатнулся от Силики, как от сумасшедшего.

— Да полноте, Мах, решайся. Порадуй старика, составь мне компанию, — не унимался барон. — Можешь даже не раздеваться. Вот только, прежде чем прыгнешь в воду, надень пожалуйста себе на шею этот амулет.

Силика протянул рыцарю массивную серебряную цепочку с крохотным хрустальным кулоном в виде падающей капли.

— Да вы с ума сошли, барон! — прорвало, наконец, Маха. — Что это за блажь пришла в вашу голову? Я вовсе не хочу купаться!

Улыбка слетела с лица толстяка-барона, и он резко спросил:

— Ты хочешь спасти свой родовой замок и тех, кто там находится?

— Да, но…

— Тогда делай то, что я тебе говорю. И никаких «но»! — решительно осадил гостя барон и, вновь нацепив на круглое лицо добродушную улыбку, добавил: — Дружище, тебе понравится. Уверяю, тебе еще никогда в жизни не приходилось так купаться.

Защелкнув на шее Маха цепочку, Силика взобрался на подоконник, а оттуда, не раздумывая, шагнул прямо в воду… И тут же камнем пошел на дно.

— Вот те на, неужели этот умник даже плавать не умеет! — схватился за голову рыцарь.

— Мах, ну что же ты стоишь, он же сейчас захлебнется! — заволновался дед Пузырь. — Быстрее, спасай его!

Маху ничего не оставалось, как прыгнуть следом за Силикой.

В отличие от барона, Мах был великолепным пловцом. Набрав полную грудь воздуха и задержав дыхание, он нырнул и, умело загребая руками и ногами, устремился ко дну.