"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 428

— Валяй.

— Значит, дело было так… Перед самым рассветом, когда чудища, отчаявшись добраться до лакомой еды, потянулись потихоньку к выходам из этой комнаты, барон Верд прочел несколько дополнительных защитных заклинаний, и такой же желтый огонь, что полночи оберегал вас от чудищ, запылал в дверном и оконных проемах. Чудища оказались в ловушке. Пытаясь вырваться на свободу, они принялись кусать и кромсать стены гостиной…

— Так вот почему они теперь такие изуродованные, — перебил рассказчика Мах. К тому времени он уже поднялся на ноги, подошел к ближайшей стене и теперь ощупывал рукой ее изрытую поверхность. — Надо признать, в некоторых местах подземные монстры весьма преуспели — вон какие здоровенные выбоины. От души старались проклятущие.

— Да уж, потрудились на славу, — подхватил призрак. — Будь у них в запасе лишние четверть часа, еще неизвестно, чем бы дело кончилось. Но барон Верд рассчитал все точно и перекрыл им пути к отступлению, когда до рассвета оставались считанные минуты. Вырваться из ловушки чудища не сумели. Все они сгорели и превратились в пепел…

— Глянь-ка, чего я нашел, — перебил деда Мах, извлекая из очередной выбоины в стене чудом уцелевший полуторавершковый трофей. — Похоже, это застрявший в камне коготь одного из подземных чудищ, — прокомментировал он находку. Но толком рассмотреть трофей не получилось. При дневном свете желтоватый коготь сразу задымился и стал стремительно нагреваться. Охнув от боли, Мах разжал пальцы и швырнул его на пол. Еще в полете коготь вспыхнул как хорошо просмоленная пакля и, ударившись об пол, развалился на несколько пылающих углей, которые, в свою очередь, потрясающе быстро, буквально за считанные мгновенья, выгорели добела и смешались с остальным пеплом.

— Так тебе и надо, нечего всякую дрянь голыми руками цапать, — тут же отчитал подопечного дед Пузырь. — Руку-то здорово обжог? Ну-ка покажи.

— Да пустяки, — успокоил рыцарь, демонстрируя покрасневшую ладонь. — Я вовремя скинул. Как видишь, даже волдырей не осталось.

— Они не сразу появляются, — не унимался заботливый призрак. — Ну-ка пошевели пальцами. А теперь сожми руку в кулак.

— Да все нормально.

— Чего нормально?! Тебе же этой рукой меч держать.

— Уймись, а? — разозлился Мах. — Подумаешь, чуток кожу на ладони опалил — невидаль какая. Вспомни, как меня Плевун поджарил — и ничего, жив остался. По сравнению с ожогами от драконьего огня пара волдырей на руке — это сущий пустяк. Чем доводить меня своими стенаниями, лучше давай рассказывай, что было дальше, после того, как подземные твари сгорели. Куда подевался отец?

— Воля твоя, — повиновался насупившийся дед Пузырь. И продолжил прерванный рассказ: — Когда с чудищами в комнате было покончено, Верд потушил магический огонь в дверном проеме, в окнах и вокруг вас. Потом освободил всех вас от пут и ушел отсыпаться в свою спальню на третьем этаже. Я проследил его до самой двери. Можешь не сомневаться, сейчас он там.

— Это случилось давно? — спросил Мах, отрываясь наконец от стены.

— Что ты имеешь в виду? — не понял призрак.

— Ну, монстры сгорели и отец ушел в спальню — это случилось давно?

— Примерно с час назад.

— Понятно, — кивнул Мах. — Судя по тому, что все остальные тут и до сих пор спят, я проснулся первым. — Он подошел к окну и выглянул во двор.

— Точно так, — подтвердил за спиной призрак. — Эй, ты чего там высматриваешь? Спроси лучше меня, я тут за ночь каждый закуток обследовал.

— Глупо конечно, но я надеялся, что лошади наши уцелели, — объяснил Мах, отворачиваясь от окна.

— Конечно глупо, — подтвердил призрак и со вздохом пояснил: — Лошадок монстры сожрали в первые же минуты своей ночной вылазки. У бедных животин не было ни единого шанса спастись.

— Выходит, теперь нам придется добираться до столицы своим ходом, — пригорюнился Мах. — Эдак наше путешествие еще на целый день растянется.

— Эй, да полно из-за ерунды расстраиваться. Радуйся, что вообще жив этой ночью остался. Давай буди своих охламонов и выступайте с утра пораньше. Парни у тебя в отряде не хилые, за ночь все славно отоспались, будешь гнать их без остановок, и к вечеру наверняка доберетесь до места.

— Твоими бы устами, да мед пить, — улыбнулся рыцарь. — Но, боюсь, тотчас выступить не получится. Отец-то ночью глаз не сомкнул, и для восстановления сил ему нужно поспать хотя бы до полудня.

— Согласен, — кивнул призрак. — Конечно, не стоит будить барона. Я бы и сам тебе не позволил этого делать. Отец измотан до крайности и нуждается в полновесном отдыхе. Но что тебе мешает уложить его на носилки? И пусть стражники и оборотни несут его по очереди на плечах.

— Неплохая идея, пожалуй, так мы и поступим.

Первым Мах разбудил Влада. Теперь, когда с подземными чудищами было покончено, сделать это оказалось легче легкого. После первого же слабого тычка в плечо оборотень покорно открыл глаза.

Сказать, что Влад удивился, обнаружив себя спящим на голом полу в центре раскуроченной гостиной в окружении лежащих бок о бок людей и оборотней, и это после того, как всего лишь несколько часов назад — Влад прекрасно это помнил — он засыпал во вполне жилом помещении на замечательно мягком диване в гордом одиночестве, — это все равно что вообще ничего не сказать. От изумления бедолага в первые мгновенье пробуждения даже лишился дара речи.

Опережая град вопросов, готовых вот-вот сорваться с уст оборотня, Мах объявил, что одному Владу о происшествиях этой ночи рассказывать не станет, и, если тому не терпится получить ответы на вопросы, нужно поскорее растормошить остальных спящих товарищей.

Пока Влад будил стражников и оборотней, Мах снова отошел к окну и там в одиночестве стал вновь прокручивать в голове сумасшедшие события предыдущей ночи.

Когда последний из спящих открыл глаза, следом за остальными поднялся на ноги и стал ошарашено озираться по сторонам, Влад подошел к господину и доложил о выполнении поставленного ему условия. Не отрываясь от окна, Мах сделал знак приблизиться остальным членам отряда, и тут же, без паузы, стал рассказывать оборотню в законе о кошмарных событиях предыдущей ночи.

К удивлению Маха, рассказ получился недлинным, он управился минут за пять. Рыцарь так ни разу и не повернулся к столпившимся за спиной слушателям, но все время, пока он говорил, в комнате висела мертвая тишина.

Известие о гибели троих товарищей вассалы перенесли стоически.

По завершении рассказа, стражники попросили позволения отправиться в спальню Верда, дабы подготовить господина барона в дорогу. Мах их отпустил и остался один на один с оборотнями.

После ухода стражников в комнате на некоторое время повисло неловкое молчание, Мах продолжал не отрываясь смотреть в окно, а за его спиной, в ожидании распоряжений, нетерпеливо переминались с ноги на ногу четверо уцелевших гвардейцев.

Первыми испытание тишиной не выдержали оборотни.

— Парни, вот хоть режьте меня, не пойму, откуда здесь, в замке, взялись подземные чудища из стойбищ нашего мира? — шепотом поделился своими думками Влад, вызывая стоящих рядом товарищей на откровенный разговор.

— Зуб даю — Гутусова работа, — так же шепотом ответил Дацул. — Этот безликий тот еще злобный тип был…

— Да взвсе овни увровды овдивнаковые! — встрял Мямля. — Сковко чесвных бравтанов повлевкло из-за их ковзней! Взявть ховтя бы слувчай с клавном Колпа…

— Братан, уймись, — перебил Влад, — дай Дацулу договорить.

— Так я к тому, — продолжил Дацул, — что раз этой ночью барону Верду удалось с помощью магии одолеть подземных тварей, значит, и безликий в личине рыцаря-мага мог управиться с ними. Должно быть, говнюк Гутус как-то смог перетащить через Врата пару-тройку тварей и спрятал их в подземельях замка. Там чудища расплодились, но, до поры до времени сдерживаемые магией хозяина, жителям замка не докучали. А со смертью Гутуса магические барьеры рухнули, и твари, получившие полную свободу действий, стали по ночам выбираться на охоту.