"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 434

— Полно, Шар, напраслину на старика наводить, — донесся из угла скрипучий старческий голос. — Когда это Штукарь кого-нибудь подводил?

— Так ты не спишь, старый прохиндей, — улыбнулся хозяин крепости.

— Разумеется. Я вас еще за десять шагов до крыльца учуял. — Уперевшись руками в топчан, старик без труда приподнялся над кроватью и с удовольствием потянулся, по-кошачьи дугой изогнув спину. После чего неожиданно легко, по-мальчишечьи спрыгнул на пол и в пояс поклонился вошедшим.

— Познакомься, барон, это мой советник Штукарь, — не без гордости в голосе, представил старика Шар.

Из уст Маха помимо воли вырвалась похвала:

— Просто изумительная гибкость!

— А ведь он, да будет тебе известно, самый старый оборотень из всех, кого мне когда-либо довелось видеть в жизни, — продолжал нахваливать своего советника оборотень в законе. — Ему восемьдесят три года!

— Обычно оборотни так долго на белом свете не заживаются, — проскрипел старик, разгибая спину. — Мало кто доживает даже до семидесяти. Но меня смерть почему-то обошла стороной. А ведь в старости, да еще такой затянувшейся, как у меня, на самом деле радости-то немного.

— Ну вот, опять затянул свою любимую песню, — поморщился Шар.

— Вот вы говорите — гибкость моя вам глянулась, — продолжил Штукарь. — Но знали бы вы, чего мне стоят все эти потягивания. Как потом по ночам ломит кости.

— Зачем же тогда так себя истязать? — пробормотал ошарашенный откровением советника Мах.

— По другому невозможно. Закостенею. Не смогу по желанию поменять личину. А это хуже самой лютой боли. Лучше каждую ночь мучиться, но оставаться оборотнем, чем… Впрочем, человеку этого не понять.

— Все, старый, угомонись, некогда нам с тобой лясы точить, — перебил Шар и, подхватив гостя под руку, увлек его в следующую комнату.

Задержавшись в дверях, толстяк распорядился:

— Штукарь, никого к нам не пускать, у нас с бароном важный разговор.

— Как скажешь. — Донеслось из-за закрывающейся двери.

Усадив Маха за большой круглый стол, Шар быстренько достал из буфета кувшин вина и большое блюдо с огромным ломтем жареного свиного окорока и длинным ножом.

— Вот, барон, угощайся, — предложил радушный хозяин, усаживаясь на соседний с рыцарем стул. — Мясо свежее, всего час назад хрюшку закололи и изжарили. Я как раз завтракать собирался, когда мне доложили о вашем появлении. Пришлось отложить… И, знаешь, даже хорошо, что пришлось. А то бы снова язык обжег. У меня, понимаешь, дружище Мах, никак не хватает терпения дождаться, пока жратва остынет. Лопаю с пылу с жару, не разбирая вкуса, а потом маюсь с ожогом. Приходится личину менять, чтоб от болячки во рту избавиться. И такая морока у меня почти после каждой трапезы… Но что же ты не ешь, гость дорогой? Давай налетай. У меня все по-простому, без церемоний. Вот, смотри, как надо. Берешь нож, отрезаешь кусочек мясца пожирней, бросаешь его в рот и запиваешь… Вот ведь я кретин! Вино принес, а посуду прихватить забыл.

Шар достал из буфета пару глиняных стаканов, выставил на стол и разлил в них вино.

— Уж извини, барон, — продолжил он, снова усаживаясь на свое место. — Привычка проклятущая. Гости у меня не часто бывают. А в одиночку я предпочитаю пить прямо из кувшина… Ну давай, по чарке, за знакомство.

Они чокнулись. Выпили. Следом за оборотнем Мах тоже отрезал от окорока тонкую полоску розового мяса и отправил ее в рот.

— Что, не понравилось? — тут же поинтересовался Шар.

— Отчего же, вино и мясо отменные, — заверил рыцарь.

— Так отрезай еще, не стесняйся. И вина сам себе наливай сколько надо. У нас, оборотней, слуг нет.

— Не беспокойся, я все понял.

— Ну, лады-лады. Тогда не будем терять время. Начинай, — предложил оборотень, по новой наполняя вином свой стакан.

— Чего начинать? — не понял Мах.

— Вопросы задавать начинай, — охотно пояснил Шар. — Как гость, ты имеешь право первым удовлетворить свое любопытство. — Он лихо опрокинул очередной стаканчик и добавил: — Но особливо не увлекайся, сам знаешь, времени у нас в обрез, а мне тоже хотелось бы успеть задать вопрос-другой… Итак, я тебя слушаю, спрашивай.

— У меня вопрос только один, и ты его знаешь.

— Дай угадаю. Откуда здесь взялась эта крепость?

— Точно.

— Тогда слушай сюда. Значит, дело было так… — И Шар поведал гостю следующую историю. Начал он издалека…

При легендарной осаде замка графа Палуча отрядам оборотней безликими была отведена пассивная роль сторонних наблюдателей. В участии перевертышей в боевых действиях попросту не было необходимости, потому как в распоряжении безликих кроме преданных оборотней была еще многотысячная людская армия — сила более чем достаточная для штурма цитадели горстки взбунтовавшихся рыцарей-магов, и обладающая тем неоспоримым преимуществом, что погибающих в бою людей коварным пришельцам из другого мира было совсем не жаль. Иное дело земляки-оборотни, их жизнями безликие очень дорожили.

По велению безликих отряды оборотней разбили лагери на значительном отдалении от стен замка — это и уберегло большинство перевертышей от губительного воздействия холодного огня Лулы. Разумеется, совсем без жертв не обошлось. Парящего над замком дракона было видно издалека, и некоторые в стане оборотней наблюдали за полетом невиданного зверя, когда он направил в безликих струю волшебного огня. Эти несчастные и пострадали от своего любопытства. В одно мгновенье из крепких, сильных духом воинов все они превратились в слюнявые, сопливые развалины. Уцелевшие оборотни, смекнув, как опасен дракон, тут же побросали все свои текущие дела и что есть духу помчались прочь от замка Палуча.

Оборотни в законе потеряли контроль над своими отрядами. Кланы смешались. Обернувшись зверьми, перевертыши удирали из лагерей поодиночке и небольшими стаями. Остановить паническое бегство было невозможно. Оставалось уповать лишь на то, что разбегающиеся оборотни услышали зычные объявления своих главарей о времени и месте последующего сбора их клана.

Шар призвал своих оборотней завтра в полдень собраться у стен замка своего друга, безликого Гутуса.

Когда же на следующий день его отряд сошелся в назначенном месте, оборотни не досчитались пятидесяти шести товарищей. Вот так, всего за одну ночь, с двухсот сорока трех клан Неистребимых сократился до ста восьмидесяти семи бойцов. Оборотень в законе был потрясен такими чудовищными потерями. До вчерашнего дня, за все предыдущие девять лет пребывания в Великостальском королевстве, его клан потерял вдвое меньше воинов.

Следующим неприятным сюрпризом, на которые в тот роковой день чересчур расщедрилась судьба-злодейка, для Шара стало известие о том, что замок Гутуса совершенно пуст. Если отсутствие самого безликого, который принимал активное участие в штурме мятежного замка графа Палуча, было легко объяснимо, то исчезновение всей его многочисленной челяди вызывало огромное удивление.

Именно таинственное исчезновение. Ведь ворота замка были заперты, а это можно было сделать лишь изнутри. И мост через ров поднят, что делается также изнутри. Значит, в замке должны быть те, кто это сделал. Но, увы, ни одна из многочисленных попыток оборотней докричаться до затаившихся в замке слуг не увенчалась успехом.

Меж тем, никаких внешних повреждений ни на воротах, ни на стенах замка не было видно. Штурму он не подвергался. Возникал вопрос: куда же подевались его обитатели?

По распоряжению главы клана, землю вокруг замка тщательнейшим образом осмотрели лучшие следопыты отряда, но нигде не обнаружили следов бегства слуг из замка. Тогда Шар приказал шестерым оборотням проникнуть в замок и разузнать, что там и как. Разведчики бесшумно переплыли ров и, не встретив ни малейшего сопротивления со стороны «затаившихся» обитателей замка, спокойно перелезли через стену. Через минуту отважная шестерка опустила мост и распахнула ворота перед остальными оборотнями. А еще через пару минут Шар собственными глазами убедился, что замок необитаем.