"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 440

Меж тем кони Маха оказались полностью обездвижены. На настоящем боевом жеребце он без труда прорвался бы сквозь эту толпу, ну покалечил бы десяток-другой простолюдинов — и поделом, будут знать, как руки к рыцарскому коню тянуть, — и был бы у ворот. Но сейчас он был всего лишь на затюханной деревенской кляче, до смерти боящейся орущих на нее со всех сторон людей и потому реагирующей на плеть и шпоры хозяина лишь бессильным ржанием. Мах попытался пугнуть преградивших путь простолюдинов и, сделав страшное лицо, схватился за меч. Но вид грозного вояки никого в очереди не устрашил, похабная брань в его адрес даже усилилась. Биться с крестьянами было недостойно благородного рыцаря, поэтому, проглотив обиду, Мах убрал руку с рукояти меча и попытался растолковать озлобленным долгим ожиданием людям, что у него дело государственной важности, не терпящее ни минуты промедления. Но его доводы никто не хотел слышать, простолюдины из очереди, брызгая слюной и перебивая друг друга, орали, что у них тоже важные дела в Туманном Граде и они не желают стоять здесь до вечера из-за таких наглецов, как он.

Доведенный до отчаянья тупостью и невменяемостью собеседников, Мах уже совсем было решился, наплевав на приличия, обнажить-таки меч и отсечь пару-тройку рук, когда из-за спины раздался насмешливый голос зловредного призрака:

— Эх, Махуня, Махуня, ну ты прямо как дитятко малое, чуть что не по-твоему — сразу сломать, покалечить. Дело-то пустяшное, яйца выеденного не стоит, а ты за мечом тянешься. Неужели легендарному призрачному воину не совестно будет калечить совершенно беззащитных против тебя людей, вся вина которых заключается в том, что бедолаги извелись от долгого ожидания своей очереди? Мне стыдно за тебя, Махуня.

— Пузырь, ты-то хоть меня не донимай, — зашипел под нос пристыженный рыцарь. — И без тебя голова кругом идет от этих уродов горластых.

— А ты их не подначивай, разворачивай коней и езжай спокойно в конец очереди, — неожиданно посоветовал призрак. — Они о тебе мигом забудут и перестанут ругаться.

— Да я ж столько часов драгоценных в этой очереди впустую угрохаю! А мне во дворец надо! Срочно! — от негодования Мах забыл о маскировке и на этот раз ответил невидимому старику в полный голос. За что тут же поплатился.

Крестьяне приняли его гневный вопль в свой адрес и засыпали выскочку-рыцаря очередной порцией проклятий и оскорблений.

— Я же сказал езжай, а не становись, — пояснил из-за спины смеющийся голос. — Понимаешь, куда я клоню? Разворачивай коней и езжай в самый-самый дальний конец очереди.

— Пузырь, ты меня совсем запутал, — зашептал в ответ Мах. — Я совершенно ничего не понимаю. Знаю только, что меня все это сильно достало. Можешь насмехаться надо мной сколько душе угодно, но сейчас я достану меч и научу этих ублюдков…

Поняв, что перегнул палку с насмешками, призрак перебил словоизвержение подопечного и заговорил серьезно, без смеха:

— Тихо, рыцарь, возьми себя в руки. И давай по деловому, без истерик. Вот мой план, он прост и легко выполним, тебе понравится. Значит так, сейчас ты разворачиваешься и едешь в конец очереди. Там пристраиваешь лошадей за последней повозкой, спешиваешься и спокойно стоишь рядом с лошадями пару-тройку минут. Как только на тебя перестанут пялиться ротозеи, отходишь куда-нибудь в сторонку, якобы по нужде, и мы совершаем серию стремительных перемещений. Главное не привлекать к себе излишнего внимания, и ты окажешься по ту сторону стены уже через несколько минут. Тебе даже не придется платить пошлину стражникам. Сэкономишь тучу времени и заодно успокоишь этих горлопанов. Ну, как тебе мой план?

— Отличная идея, — едва слышно одобрил Мах. — Только зачем же такая секретность с возвращением и поиском укромного местечка? Почему бы мне не начать перемещаться к воротам прямо с этого места?

— Хочешь, чтобы по столице поползли слухи, что призрачный воин не уважает закон? Что легенда Великостальского королевства скандалит с крестьянами из-за места в очереди, а потом проникает в Туманный Град без уплаты пошлины?

— Да заплачу я стражникам пошлину. Жалко, что ли? У меня полно золота.

— После покупки лошадей на весь отряд, твой кошель изрядно отощал.

— Ерунда, там еще на десяток пошлин хватит.

— Да дело даже не в золоте. Чтобы уплатить пошлину, тебе придется на некоторое время задержаться около стражников. Томящиеся в очереди горлопаны снова тебя заметят и начнут поливать грязью. Только уже не какого-то там неизвестного выскочку-рыцаря, а знаменитого на все королевство призрачного воина. И продолжат мешать с дерьмом твое честное имя даже после того, как ты войдешь в город и скроешься с их глаз. Оно тебе надо? Когда можно по-тихому, без истерик проникнуть в город, затратив всего-то на две-три минуты дольше. Которые ты, между прочим, совершенно бестолково только что потерял, затеяв со мной эти никчемные препирательства.

— Ладно, дед Пузырь, ты меня убедил, будем действовать по твоему плану.

— То-то же. Давай, разворачивай коней.

Хоть Мах и не надрывал горла, на этот раз его слова были услышаны озлобленной толпой с первого раза. Весть о том, что выскочка-рыцарь осознал свою неправоту и попросил помочь развернуть лошадей, за считанные мгновенья облетела длинную очередь, и злобные выкрики в адрес Маха тут же сменились возгласами одобрения.

Как и предсказывал призрак, стоило Маху отъехать в дальний конец очереди, встать за последней повозкой и спешиться, окружающие быстро потеряли к нему интерес. Еще через пару минут недавний возмутитель спокойствия попросил хозяина крайней повозки приглядеть за его лошадьми и, никем не замеченный, сошел с дороги и скрылся в ближайшем проулке между частоколами придорожных деревень…

А еще через пару минут Мах уже шагал по каменной мостовой Туманного Града. У него слегка шумело в ушах от семнадцати стремительных перемещений подряд, в остальном же рыцарь чувствовал себя превосходно.

Мгновенно проскочив шестнадцатым перемещением сквозь открытые ворота мимо ничего не подозревающих стражников, Мах снова оказался средь шумной людской толпы, но уже не жаждущих попасть в город, а, наоборот, желающих как можно быстрее из него выбраться. Здесь так же имелась своя очередь из карет и подвод, которая змеилась по широкой, просторной площади, образуя причудливые зигзаги. С площади в разных направлениях расходились сразу пять улиц. К счастью, рыцарю не пришлось ломать голову над тем, куда пойти, трудный выбор за него сделал дед Пузырь. Повинуясь команде призрака, Мах совершил последнее, семнадцатое, перемещение и очутился уже в начале нужной улицы.

Большинство домов на выбранной призраком улице были двухэтажные, но попадались и трехэтажные исключения. Они огораживали узкую полоску каменной мостовой, протяженностью примерно триста шагов. Далее эта улица раздваивалась.

Развернувшись, Мах неспешно зашагал к развилке.

Из-за узости улицы ему приходилось все время жаться к краю мостовой и идти почти впритирку к домам, в противном случае он рисковал угодить под колеса проезжающих рядом повозок. Дома здесь стояли настолько близко друг к другу, что между ними не оставалось совершенно никакого зазора иногда Маху даже не удавалось определить четкую границу между соседними строениями: непонятно было, где кончается один дом и начинается другой. Все дома на первой улице были деревянные, кривобокие и какие-то угловато-уродливые. Многие строения были ужасно старыми и опасно кренились над мостовой, некоторые из них от падения спасали лишь толстые дубовые подпорки у стен. Такому вопиющему безобразию существовало единственное объяснение — здесь, на окраине Туманного Града, проживала городская беднота, и у жителей этой улицы попросту не было денег на капитальный ремонт своих домов.

— Вот видишь, как все славно получилось, — как всегда неожиданно раздался рядом голос верного деда Пузыря, отвлекая Маха от осмотра проползающих рядом строений. Призрак сделался видимым и теперь шагал по левую руку от своего подопечного, продолжая на ходу его поучать: — Послушался мудрого дедушку подряд и через пять минут оказался в городе. Вот почаще бы так. Но куда там, тебе же лень спросить совета у старика, все по-своему сделать норовишь. Вечно сперва наломаешь дров, а потом плачешься: помоги, дед Пузырь, спаси, выручи…