Как призвать Беса. Избранница Хозяина нечисти - Филеберт Леси - Страница 21

Глава 9. Полный аут

Я хотела было уже вернуться в дом, шла по террасе, наслаждаясь приятной прохладой досок под ногами, когда заметила около клумбы с гиацинтами какое-то шевеление. Пригляделась и увидела Фесю, который странно покачивался на панцире и вяло дергал лапками в воздухе.

Перекатился на спину и не может вернуться? Хм, странно. Вроде на него не похоже, он же такой юркий.

Этого дилмона я не боялась, поэтому поставила пустую кружку на столик, смело подошла к Фесе и перевернула его на лапки.

Однако, к большой моей неожиданности, на лапках он не устоял: они разъехались в стороны, будто не могли больше удерживать своего хозяина. Феся медленно завалился набок, а потом снова перекатился на спину и принялся тихонько раскачиваться на панцире. Он при этом что-то тихонько стрекотал, с выражением так, почти мелодично. Эх, жаль, что я язык нечисти не понимаю…

– Феся? – всплеснула я руками, не на шутку перепугавшись. – Что с тобой?

– С ним всё хорошо. Вернее, ему так хорошо, что аж плохо, – раздался насмешливый голос за моей спиной .

Я обернулась.

Ко мне шагал Бестиан, в одних только брюках, рубашку он держал в руке, но не торопился ее надеть. Судя по влажным волосам и капелькам воды, стекающим по торсу, он тоже успел принять душ.

– Что ты имеешь в виду?

– Да магией он моей обожрался так, что ему хорошо и плохо одновременно, – смущенно улыбнулся Бестиан. – Он раскачивается, как пьяный, и песенку поет сейчас на самом деле.

– Песенку? – я прыснула от смеха. – Серьезно?

– Ага. Что-то в духе «ля-ля-ля-я-я, как мне хорошо-о-о, жизнь прекра-а-асна».

Я рассмеялась.

Бестиан улыбнулся шире, сел на корточки и взял Фесю к себе на колени, погладил его по панцирю. Дилмон застрекотал пуще прежнего, и Бестиан вздохнул.

– Н-да, он в ауте, полном. Думаю, в таком состоянии сегодня пребывает весь мой бестиарий.

– Но почему? Ой, это из-за?.. – тут до меня, наконец, дошло, о чем речь, и я смущенно умолкла.

– Как ты можешь догадаться, меня этой ночью эмоциями шарашило так, что магия хлестала потоком, – хмыкнул Бестиан. – Вместе с эмоциями от меня исходил целый магический фейерверк. Невидимый обычному человеческому взору, зато прекрасно ощущаемый всей нечистью. Твари всё это радостно впитали, и теперь они все ощущают себя пьяными от перенасыщения моей энергии. Думаю, это состояние продлится у них сутки минимум. Так что, в принципе, можно сказать, что ты, Лина, вывела весь мой бестиарий из строя на целые сутки, – хохотнул Бестиан.

– Ой… А это… Плохо, наверное? – тихо спросила я, неуверенно теребя подол халата в руках.

– Ну, если ты вдруг решишь меня сожрать, то да, будет так себе, – широко улыбнулся Бестиан.

– Не собираюсь я тебя жрать!!!

– Ну вот и славненько. А всякие заклинания боевые сюда не долетят, даже если всё инквизиционное войско сюда долбиться будет. Территория слишком хорошо защищена, сильнее, чем в том, разрушенном особняке. Он был просто фасадом, я не особо сильно заморачивался с его защитой, а здесь постарался на славу. Впрочем, здесь и место специфичное – мой дом расположен в полной глуши, в центре самого большого и опасного леса в Искандере. Сюда ни один нормальный человек просто не доберётся. А ненормального сожрут по дороге ко мне в гости. И я не буду этому возражать и препятствовать.

– Оригинальный метод борьбы с нежеланными гостями, – хмыкнула я. – Слушай, а как ты вообще создавал этот особняк и как поддерживаешь его обслуживание, если к тебе добраться можно только посмертно?

– О, возведение особняка было тем еще веселым делом, я нанимал бригаду проверенных магов-строителей, которых с головы до ног оплел магическими клятвами и самолично телепортировал их сюда каждый раз. Они понятия не имели, где именно строили особняк.

– Ну, по водопаду несложно же догадаться, место приметное.

– Ты ошибаешься, таких лесов и водопадов в Искандере – великое множество. Очень много домов так строится, это не является чем-то особо редким и удивительным. А водопадов в стране так много, что я даже не рискну предположить хотя бы примерное их количество. И этот водопад не является каким-то особенно большим и приметным.

– А, да? Ну, тогда я просто не обращала на это особого внимания… Действительно, я и Искандер толком не видела…

– Ну да. В общем, строителей я фактически приводил за ручку и так же уводил. А что касается обслуживающего персонала, то в основном за ручку привожу уже давно проверенных людей из числа инквизиторов, там хватает нужных мне специалистов. Я вынужден соблюдать максимальный уровень защиты, в силу специфики своей работы. А лес этот выбрал, потому что он и до моего появления в стране считался кишащим нечистью, и сюда никто не ходил, так что для всех остальных ничего не поменялось.

– А ты, наверное, где-то тут работаешь с артефактами профессора Дарбета, да? – поинтересовалась я. – Ведь в такой глуши очень активно можно экспериментировать со всякими сложными штуками и не бояться, что тебя засекут…

– Совершенно верно, у меня имеется подземная мастерская, в которой я много чего творю, вытворяю и проверяю.

– А тут ведь… Нет вольеров, да? – осторожно уточнила я. – Настоящий твой бестиарий заключается в том, что это и не бестиарий вовсе – а просто лес, где нечисть живет в привычной ей среде обитания, и ты просто живешь в их окружении, и твари тебя не трогают?

– Совершенно верно. Я альфа, они никогда не навредят гостям моего дома.

– А тебе? – шепотом уточнила я. – Они не могут тебя сожрать случайно, пока ты ночью спишь?

– Если бы могли – сожрали, конечно, я бы для них был очень вкусным, – хохотнул Бестиан. – Но для этого во мне должен исчезнуть дар управления нечистью, а это возможно только в случае моей смерти. Даже когда я полностью магически истощён, то продолжаю излучать вибрацию альфы для нечисти, так что они не могут мне навредить, когда я ослабший, потерял бдительность и так далее. Даже наоборот: они чувствуют, что что-то не то и стараются как-то защитить.

– Чтобы сохранить объект, излучающий максимально вкусную для них магию?

Я шутила, но Бестиан серьёзно кивнул.

– На самом деле да, так и есть. Ну что, идём в дом? Я сам сейчас уже готов слона сожрать.

Он потрепал дилмона, как собачку, взял его на руки и понес с собой на кухню, где осторожно уложил в кресло с мягкой обивкой. Дилмон тут же свернулся калачиком, продолжая мелодично стрекотать. К моему удивлению, примерно с таким же отсутствующим видом на соседнем кресле лежала Жужа – только она не свернулась калачиком, а просто лежала на спине, вяло подёргивала лапками и смотрела в потолок совершенно отсутствующим взглядом. В золотых глазищах Жужи читалась бесконечная эйфория, странно сочетающаяся с вечно недовольной мордочкой, и она тихонько жужжала себе под нос, тоже что-то очень мелодичное.