"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 424

Келирио крикнул Слово. С его клинка слетела длинная твердая ветвь, покрытая колючками. Она с легкостью пробила латы упыря и пронзила его сердце, выстреливая колючками после проникновения внутрь и раздирая внутренности.

Носферату глубоко вздохнул, пытаясь что-то сказать, и разлетелся на куски. Заклинание, кроме того что поражало внутренние органы, создавало в колючках взрывную смесь. Холодный огонь, вырвавшийся из сердца не-живого, усилил действие смеси, которая подействовала сразу. Обычно она взрывалась позже, задевая врагов, что находились рядом с пораженным заклятием карлу противником.

Заклинание отняло все силы у Келирио, его Телесные Точки Леса (так Заклинатели карлу называли Локусы Души) вобрали кроме магической энергии, которой у карлу было чрезвычайно мало, психическую и физическую. Глаза

Келирио слипались, он чувствовал себя неимоверно истощенным. Схема семнадцать, «Опадающие листья». Когда гибнут почти все атакующие воины, а последний наносит неожиданный удар по расслабившемуся противнику, например удар магией…

И тут взревели Дикие. Лишившиеся Старшего Апостолы растерялись, и их контроль над неразумными упырями уменьшился. Трое Диких врезались в толпу карлу, и сразу раздались крики, стенания и проклятия.

— Он же… обещал, — прохрипел Келирио, пытаясь отыскать взглядом второго упыря в латах. Он не видел, как тот пожал плечами, безмолвно отвечая на его слова, и указал Апостолам на беззащитных карлу. Не видел — но слышал крики и звуки ударов.

И вдруг все стихло. Карлу замолчали. Только плакали дети. Дикие не рычали. Не слышались шаги Апостолов. Келирио огляделся, стараясь понять, что стало причиной этого затишья.

Причиной оказался показавшийся из леса молодой парень, бледнолицый, с пурпурными губами и черными волосами, в одежде, что напоминала длинную, до колен, рубаху с большими рукавами. Носферату хмуро смотрел на него, не узнавая. Повинуясь безмолвному приказу, Дикие и Апостолы отступили от карлу, приблизившись к хозяину. Бродящий под Солнцем чувствовал неясную угрозу, исходящую от молодого упыря, и решил обезопасить себя.

— Кто ты? — наконец спросил носферату, так и не определив клан не-живого. Поток Силы Крови, текущий через него, был размыт и вдобавок полон странных метастазов.

Упырь склонил голову вправо, окидывая взглядом площадь.

— Убиваете, значит? Интересно… Носферату вздрогнул. За семьсот лет жизни он так и не

смог понять, что значит выражение «в его голосе сквозил холод». Однако от слов этого упыреныша веяло снежными буранами, которые проносятся по Северным царствам и королевствам и оставляют после себя ледяной музей с экспонатами из не успевших попрятаться животных и смертных.

Молодой упырь задержал взгляд на растерзанных Дикими карлу. Семь женщин, укрывших своих детей от монстров, двенадцать стариков, пытавшихся защитить соплеменников голыми руками, и трое ребятишек, бросившихся бежать и не успевших. Потом скользнул взглядом по Келирио, тяжело опирающемуся на меч возле пустых лат, по его мертвым товарищам. И остановился на носферату.

— Ты — главный.

Слова звучали как приговор. Ледяной приговор. Нервы Бродящего под Солнцем не выдержали.

— Убить его! — закричал он, хотя мог отдать мысленный приказ.

Дикие и Апостолы зашевелились, раскрывая пасти и вытаскивая оружие. Никто не остался рядом с карлу, вся свора помчалась на одного-единственного упыря, склонившего голову влево.

Дикий упырь трехметровой высоты, с четырьмя лапами и торчащими из чешуйчатого живота щупальцами, первым достиг живой цели. И восемью кусками разлетелся в стороны. Упыреныш плавно шагнул вперед, легко скользнул между вооруженным саблей Апостолом и Диким, похожим на перевернутого богомола. Будто невидимая кисть мгновенными мазками переделала часть реальности в размазанное пятно, по которой скользил упырь. И Апостол с Диким превратились в бесформенные останки, покрывающиеся огнем.

Он мелькал между бросавшимися на него упырями, которые не смели отступить и осмыслить происходящее, скованные приказом Старшего, мелькал неумолимо, как удар кривого кинжала Анубиямануриса Жестокосердного, мелькал, оставляя после себя разорванные на части тела. Как он это делал, не мог заметить даже наблюдавший за схваткой со стороны носферату, покинуть поле боя которому не позволяла гордость клана Тиар. Будто уплотняется за миг до того, как окровавленные куски разлетятся во все стороны, воздух, извиваясь и…

И только мазки невидимой кисти продолжают рисовать кровавое полотно, которому место в галереях Нижних Реальностей.

Тридцать пять Диких и восемь Апостолов были убиты меньше чем за минуту.

Носферату крепче сжал рукоять двуручного меча. В отличие от клинка глупого брата-Тиара, погибшего так, что его разум и тело нельзя было восстановить, его меч был достаточно длинным, чтобы не дать противнику приблизиться на расстояние удара или магического выпада…

…магического…

Бродящий под Солнцем повернулся к Келирио. Трансформа Тиар — единственная среди трансформ упырей, не требующая усилий и времени. Сейчас молодые Фетис думают, что их трансформа самая быстрая и безболезненная. Они ошибаются. И скоро узнают о своей ошибке.

Верхние и нижние резцы увеличились и заострились. Сила Крови наполнила ладони носферату, он сконцентрировался. Видимые только ему зубастые твари вылезли на ладонь и прыгнули на воина Лесных эльфов. Со стороны это выглядело как если бы в карлу полетел клубок разноцветных нитей. Увернуться или отбиться невозможно. Зубастые твари пробежали по голове карлу и слились с ней. Теперь он был полностью во власти Тиара.

Келирио поднялся, замутненными глазами посмотрел на упыря, с интересом наблюдавшего за манипуляциями Блуждающего под Солнцем. Все его естество заполнил беззвучный приказ: «Убить!» Убить любым способом. Келирио застонал, поднимая меч и направляя его на упыреныша. Он знал одно разрушительное Заклинание и знал также, что его Силы не хватит. Но ментальная установка не догадывалась об этом, терзая его тело и душу, заставляя отдать все, что было ему доступно, для Заклинания. Карлу стремительно худел, кожа складками повисла на лице, волосы поседели и начали выпадать. Мысленный приказ выворачивал его суть и перегонял всю энергию в готовящееся Заклинание.

Молодой упырь сложил руки крест-накрест и обнял ими плечи, свесил голову вправо и вниз, исподлобья глядя на

Лесного эльфа. Расстояние между ним и карлу было метров двадцать, но он не пытался достать Келирио и остановить его. Он будто бы не боялся закипающей магии, и это неприятно поразило носферату. Среди Тиаров были умелые колдуны, но не всем везло родиться с Даром, зато не обладающие способностями к Волшебному Искусству отлично знали, на что способна магия.

Выкрик Слова — и зеленый пучок энергии сорвался с клинка карлу и полетел в молодого упыря. Не уклоняясь, тот шагнул ему навстречу. Его правая рука встретила энергетический удар, и ее начала оплетать пускающая во все стороны ростки лоза. Упырь завертел головой. Перед ним, за ним, над ним возникла древесина, уплотняясь в виде коры на внешнем слое. Скоро упыреныш был скрыт из виду целиком, а на его месте, прочно укорененный, стоял огромный бук.

Келирио уронил меч, бессильно опустив руки. Заклинание перерабатывало воздух в гиле Леса, превращая частицы атмосферы в древесные элементы. Попавший под действие комплекса заклятий смертный сначала оказывался заключенным в древесную тюрьму, умирая от недостатка воздуха, а потом становился ее частью, из-за Силы Заклинания превращаясь в камбий и образуя новые клетки древесины и коры.

Носферату улыбнулся. Но треск дерева согнал улыбку с его лица. Трещины поползли по гладкой коре, бук словно начало раздувать. Вам! — мощный удар сотряс мир, и ствол магического дерева сгинул, безобидной пылью осыпавшись под ноги молодого упыря вместе с кроной.