"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 436

…Нет… почему я слабее?

…Я чего-то не понял, учитель? Я чему-то не научился? Но тогда почему ты позволил мне победить? Почему дал убить себя? Я не верю, что ты не поддавался.

…Однажды я подумал: ты хотел, чтобы тебя убил я, твой ученик, а не отряд трансформировавшихся Атанов-носферату. Так?

…Но ты же увидел во мне границу? Почему я тогда не могу победить?

…Почему она убила детей? Как смеет она это делать? Она

же тогда…

…Она не смеет больше убивать детей… Я должен

не позволить ей сделать это! Потому что она… Потому что я…

Что-то сломалось глубоко внутри. Шевельнулась Кожа, почувствовав движение носителя. Ее эффекторная система еще не поняла, что он собирается сделать, но остатки энергии полностью отдавались Порченой Крови. Она смогла поглотить энергию магического поля Заклинания, зависшего вокруг Кедара, энергию, которую не успели использовать Заклинатели. Придай они полю форму, и Кожа не смогла бы поглотить энергию, потратив для этого остатки собственной. Сросся позвоночник, срослись кости, тонкая кожица покрыла обгоревшую сторону, раны зажили.

…Только не смейся, учитель…

Он приподнялся, встряхнул головой. По нему еще бегали эфирные крохи, проникая все глубже и глубже, грозя расколоть то, что он только что соединил. Кедар напрягся. Из плеча выросли две Нефритовые Гадюки. Раскрыв пасти, они выплюнули перед Кедаром два длинных блестящих свертка. И распались, атакованные эфирными созданиями.

…Только не сердись, учитель…

Он не знал, получится ли задумка. Однажды Кедар просто понял, что может сделать это, как понимал после тренировок учителя, что может швырнуть Гадюку или вырастить их больше, чем раньше. Но он должен был сделать это сейчас.

…Только не обижайся, учитель…

Приказ носителя был однозначен. Кожа схлынула с него, потекла, как мед из сот. А вместе с Кожей стекали эфирные создания, крохи, чуть не лишившие его жизни. Искорки оказались завернуты в Кожу, как в тугой сверток. Кедар не был уверен, справится ли с ними Кожа, но почему-то думал, что в таком состоянии справится. Ведь эфирные воины оказались отрезаны от той субстанции, из которой вышли, полностью погрузились в иную субстанцию. Как мухи, тонущие в меду.

Его собственная кожа чесалась сильно, будто Кожа хотела забрать ее с собой, но в последний момент передумала.

Раздался крик. Кедар не обратил на него внимания, протянул руки, дотрагиваясь до свертков. Они распались мелкими шариками, будто это была ртуть, и два одинаковых меча оказались перед упырем. Короткое, широкое у основания лезвие. Клеймо на рукояти: змея вокруг меча.

Клинки учителя, которые Кедар потребовал себе.

И даже Повелевающий не смог отказать…

Полыхнул огонь, справа и слева от дороги загорелся лес. Кедар схватил мечи и сделал Шаг Ветра. Надо было спешить. Сейчас она…

Нет.

Оно.

Вампирша приземлилась на телегу и крутила головой по сторонам, ища его. Шаг Ветра — и он появился слева от нее, нанес два секущих удара. Часть левого крыла отлетела, и исчезла магия, что скручивала воздух в отверстии в сферу, наполненную смертельным ветром.

— Я ошибался, — сказал Кедар, склонив голову на правое плечо, пока ошарашенная настолько, что даже не закричала от боли, вампирша спрыгивала с телеги, уходя от следующих ударов. — Ты не женщина. Ты — чудовище.

Шаг Ветра — и он за спиной вампирши. С чудовищами не нужно сражаться честно. Свистят клинки. Гаснет огонь в правом крыле.

Теперь она не может летать, крылья бесполезно повисли, цепляясь за землю. Она кричит. Давно пора.

— Чудовища должны умирать!

…Он ведь мог быть на ее месте… А на его месте мог быть его учитель… Просто ему повезло, и он встретился с учителем…

Вампирша приходит в себя и сует руку в радужное зарево над головой. Целое облако искорок летит в Кедара. Он позволяет ему подлететь совсем близко, а потом колышет пространство, уходя от каждой искорки. Ни один эфирный воин не попал на него.

Он слишком доверял Коже. Он забыл основополагающие уроки учителя. Он должен сражаться с ней, а он вместо этого позволял сражаться только ей. Он забыл многое, когда убил учителя. Потому что не хотел помнить.

…Вид объятых огнем детей взорвал в нем память и родил новое чувство. Он переступил рубеж. Он разрушил границу. Он не будет убивать женщин, детей и стариков. Не только. Он еще и будет защищать их.

И когда новый рубеж возник, новая, но такая старая Мощь наполнила его. И он посмел взять мечи учителя, два клинка Меченого, выкованные в Школе Меча. Он собирался убить чудовище ими, а не Гадюками. Не Кожей. Собственными руками.

Вампирша набросилась на него как безумная. Но это только могло показаться, что она лишилась разума. От удара правым мечом она ушла, выгнувшись назад и тут же выпрямившись, стоило мечу просвистеть над ней. Ударила ногой и наткнулась на левый меч, которым Кедар прикрывал живот и пах. Абсолютно голый, без волос (пламя не пожалело ничего, а восстанавливать волосяной покров Атан посчитал глупостью), Кедар двигался легко и непринужденно, лишив противницу основных ее магических ударов. Она не знала, что он без Кожи, и это лишало ее возможностей для атаки, которые вампирша боялась использовать, чтобы не попасть под выпады Гадюк.

Это была неправильная граница в ее сознании.

Но это было только на руку Кедару. Он окружил ее простыми, стремительно следующими один за другим ударами. Несколько вампирша пропустила, но от большинства сумела уйти. Даже на земле, с ранеными крыльями, она все еще оставалась стремительной. Но недостаточно стремительной для Кедара.

Он ударил сверху и снизу, как будто создавая клин обоими мечами. И сделал Шаг Ветра, появляясь сбоку от нее, готовой заблокировать посеченными руками выпады перед собой. Клинки погрузились в ее тело, жадно пронзая плоть.

Она взвыла. Для обыкновенного смертного, не окажись рядом мага-лекаря, эти раны оказались бы смертельными. Вампирша же ухитрилась ударить Атана, прежде чем он вытащил мечи из ее тела, и в этом ударе силы было не меньше, чем раньше. Он колыхнул пространство, уклоняясь от удара, как уклонялся от эфирных воинов (а в этот раз она забыла пустить их вместе с ударом!), но он был слишком близко, и его достало, пусть и не в полную силу. Он отлетел от вампирши, удержав рукояти мечей.

Эта боль от удара не пройдет, напомнил Кедар себе. Теперь ты сам по себе, без Кожи. Нужно помнить об этом.

Не дав вампирше опомниться, он прыгнул, словно подброшенный пружиной, и в прыжке сделал Шаг Ветра. Она бросилась бежать, чтобы Кедар не достал ее. Но он предвидел это и возник на ее пути, выставив перед собой мечи. Она не успевала остановиться.

И тогда она закричала. Закричала криком вампирш после метаморфозы, сокрушающим переливом тональностей, девятым валом звука. Будь с ним Кожа, возможно, она успела бы предупредить его. Кедара закружило, звуковой волной отбросило в сторону пылающего леса. Он упал на щебень, прокатился по нему, остановился прямо возле бушующего огня. Будь на его теле волосы, они бы сейчас опалились.

Атан вскочил. Рядом разлетался каменными осколками щебень. Закружились мечи, защищая его от разрывающихся камешков. Он побежал по дороге, держась горящего леса. Нападать на вампиршу, переводившую дыхание, Кедар пока не собирался. Рано. Хорошо, что он ожидал от нее подвоха: пусть не крика, о котором он к этому времени забыл, но чего-то, что она держала на самый крайний случай.

У него тоже оставалось кое-что. На крайний случай.

Взлети она и пошли звуковые волны сверху, расстреливая его посреди пустынного, без укрытий, тракта, у Кедара было бы меньше шансов выполнить задуманное. Но летать она больше не могла, сейчас, во всяком случае, а этого достаточно, вполне достаточно.