"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 498

Уолт внимательно следил за порталом. Его главной целью сейчас было удержать Переход. Любой ценой. Даже если заклятия будут рвать тело на части, а сознание обратится в сгусток безумной боли.

Джетуш сосредоточенно оглядывался по сторонам.

Если кто-то хотел помешать Магистрам, то сейчас наступил самый подходящий момент. Портал был нестабилен, еще не принял форму, достаточную для Перехода. Да, боевые маги приготовились к встрече нежданных гостей, но если эти гости Бессмертные, то они выдержат минуту-другую те неприятные ощущения, которые может доставить им Печать Времени, и некоторые заклинания, на которые способен экселенц магии Земли.

Но никто не появлялся. Овал увеличивался, и вместе с ним росло напряжение.

Уолт мельком глянул на тройку готовивших Четырехфазки Магистров и поразился. Они сотворили уже двадцать пять Четвериц! Двадцать пять заклинаний, в которых одновременно присутствовали все четыре основных Стихии!

Пределом лучшего из боевых магов было создание десяти Четырехфазок. Для них, только заканчивающих аспирантуру, пяти. Бертран весь взмок. Он уже помогал своей волшбе жестами, быстро складывая ладони в такие причудливые фигуры, перед которыми южные мудры брахманов являлись простой разминкой пальцев. Великий Перводвигатель, Бивас, Ксанс и Бертран умудрились превзойти не только самих себя, но и опровергнуть один из постулатов боевой магии, гласивший, что на создание Четвериц количество магов не влияет. То есть чем больше ты создаешь Четырехфазок, тем больше Силы у тебя «съедает» каждая последующая. Круг Чар, считалось, в этом деле не поможет. Ан нет! Помог… Или…

Или что-то было не так.

А что-то явно было не так.

Потому что выругался Джетуш, употребив такое черное богохульство, которого от него Ракура не слышал даже во время Закрытия Прорыва, когда неисчислимый поток Тварей окружил их, а энергия Доспехов Святой Защиты была уже на исходе.

— Бертран! — завопил Ксанс, с ужасом глядя на соратника.

Бертран продолжал манипулировать ноэзисами, без остановки создавая новые Четверицы. Он побледнел, пот лился с него ручьем, маг силился что-то сказать и не мог. Новое Четырехфазовое заклинание Стихий выжрало из него слишком много Силы. Бертран должен был остановиться на этой Четверице. Обязан был остановиться. Дальше его Локусы Души просто стали бы забирать энергию уже у организма, а не из оскудевшей ауры.

Но Бертран не остановился, несмотря на хлынувшую из носа кровь. Дрожащими руками он начал складывать новый Жест. И Сила в Четверицу хлынула, вытягивая ее из тела Магистра.

— Остановись! Хватит! — закричал Ксанс.

— Разорвите Круг! — рявкнул Джетуш. — Немедленно!

— Мы не можем! — крикнул Бивас. — Круг не отпускает!

— Проклятье!

— Учитель! — взвизгнула Дайра. Она снова подбежала к стене и стала чертить на ней Фигуру. — Учитель, я не могу остановиться!

— Я… — Эльза, побледнев, двигалась следом за Грантер, щедро подпитывая новый магический символ Силой. — Я чувствую чужую волю!

— Проклятье, — повторил Джетуш и посмотрел на Уолта. — Что с порталом?

— Продолжает открываться.

— Бросай.

— Что?

— Прекращай его открывать. Немедленно.

Делать нечего. И так понятно, что план летел в Тартарарам. А ведь все зависело именно от открытия Перехода. Появись в этот момент тот, кто все это затеял, даже бог или убог, и объединенного удара Четверицами и энергией Фигур хватило бы затолкать его в пространственный туннель. Уолт в свое время тщательно проштудировал все доступные (и почти все запретные) источники, которые рассказывали о возможных способах усмирения убогов и борьбы с богами. Он узнал много нового, о чем даже не мог помыслить. Например, сейчас у команды Магистров хватило бы Силы забросить любого явившегося Бессмертного в Переход. Когда Бессмертный выходит из измерения Небесного Града или Нижних Реальностей, то на краткий миг его аура, что дарит Бессмертие, сотрясается от смертных истечений мироздания, которые обрушиваются на носителя Онтологического Эфира. И в этот миг, пока Эфир выдерживает тяжесть смертного мира, обращаясь в Онтический, чары магов способны оказать наибольшее физическое воздействие на бога или убога. А на другой стороне портала Бессмертного уже ждали бы. В Школе Магии, куда и вел Переход. Встретили бы с распростертыми объятиями. Архиректор Эвиледаризарукерадин, сам полубог по олорийскому богу Солнца, терпеть не мог, когда кто-то из бессмертных родственничков влезал в дела его подопечных. И подготовил на этот случай пару сюрпризов. Узнай об этих сюрпризах Конклав, попытался бы засадить за решетку уже Архиректора, а то и казнить. Чернейшие из Черных магов ужаснулись бы созданным за долгие годы заклинаниям главы Школы.

Но это произойдет только в том случае, если открыть портал. А Джетуш приказал противоположное. Уолт привык доверять своему наставнику. И поэтому Ракура одним махом перекрыл путь энергиям, текущим из Локусов Души в заклинание, поддерживающее Переход. Точнее, хотел перекрыть. И не смог. Сила продолжала течь в пространственные чары.

Вот убогство! Вот в чем дело! Они просто не могут остановиться. И Бертран, и Дайра, и Эльза, и Уолт, и, видимо, остальные попали в ловушку. Хитроумную ловушку. Им не давали прервать создание чар. И заставляли плести все новые и новые заклятия, теряя Силу до тех пор, пока… Пока что? О такой магии Уолту слышать не приходилось. Но если Сила исчезнет, а творение чар не остановится, то заклинания просто пожрут жизненные силы магов.

Уолт стиснул зубы, посмотрел на Джетуша и покачал головой.

— Не получается.

— Ясно… — Джетуш прищурился. — Не хотел я к этому прибегать, но, видимо, придется…

На краткий миг стала видна аура Земного мага. Уолт зажмурился от яркого света, затопившего комнату. В следующий миг зал затрясся.

Земной маг начал создавать еще одно заклинание, продолжая вместе с Уолтом поддерживать заклятия для Перехода. Ноэмой для портала заранее было решено выбрать энергетические потоки земли. Уолт справедливо рассудил, что хотя работать с геоэнергией для создания Перехода, где нужны энергии Дороги, будет сложно, но при необходимости наставник сможет резко увеличить свою Мощь.

Резонанс между аурой Джетуша и Силой, которой с ним делилась земля, был настолько велик, что от плотности сырой магии, расплескавшейся в зале, начали трескаться стены. Зато Бертран перестал дрожать, лицо парня порозовело. Джетуш плеснул в его ауру Силу, и Магистру сразу стало легче.

«Но что дальше? — подумал Уолт, продолжая попытки прервать заклинание Перехода. — Наставник накапливает Силу, но если он так продолжит, то просто развалит баню. И где этот убоговский убог, если он есть?!»

Рост портала достиг той точки, когда сквозь него мог пройти даже огр. Стандартный размер. Обычное заклинание Перехода прекращало свое действие именно в этот момент, стабилизируя пространственный туннель. Но созданный Магистрами портал продолжил расти.

«Убогство!» — Уолт понял, что магическая энергия начала расходоваться быстрее, хоть Джетуш и подпитывал его Силой. Переход увеличивался и требовал энергии больше, чем обычно.

— Учитель! Портал!

Джетуш, который в это время протягивал канал для подпитки Силой Эльзе, резко взглянул на фиолетовый овал, уже достигавший верхушкой потолка, и его лицо перекосилось.

— Проклятье! Нас переиграли!

И Джетуш Малауш Сабиирский заорал. Заорал во всю глотку. Так сильно, что у стоявшего рядом Уолта чуть не заложило уши. Посторонний наблюдатель решил бы, что Земной маг сошел с ума, но Ракура знал: наставник прибегнул к волшебству, которое обычно не решался использовать.

Магия горных троллей строилась на подчинении камня. Если для гномов горы были неким вместилищем Души Земли, то горные тролли оказались куда прагматичнее. Горы — это просто куча камней. А камни — это просто разобранная на кусочки гора. Так считали тролли. Поэтому каждый камень потенциально является горой, а каждая гора — мелким камушком. И по этой причине любой камень можно при желании превратить в гору. И наоборот. Ракура знал, что когда экспедиция Школы Магии отыскала затерянное селение горных троллей, где еще имелись шаманы, владеющие этой особой магией, Джетуш немедленно туда отправился и провел у шаманов целый год.