"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 690

Правда, по древнему поверью кимпурушей Махапопы, изначально перья ворон были белоснежными. Но когда Разрушители чуть не заставили Солнце погаснуть, ворон с волшебным угольком в клюве устремился к уменьшившемуся светилу. Он преодолел холод небесных сфер, промчался над дворцами богов и бросил уголек в почти уже погасшее пламя. Вспыхнув с новой силой, Солнце опалило птицу, и оперение ворона навсегда стало черным.

Впрочем, не только кимпуруши видели в воронах связь с солярными силами. Некоторые народы в Преднебесной считали их чадами титана Кроура-Неба. Тэнгу Я-Маджира утверждали, что до того, как боги пустили повозку с Солнцем по небосводу, с ним над миром летал их великий предок Ятагарасу – Трехлапый Ворон. Северного бога Тидана Одноглазого сопровождают вороны Мыслитель и Летописец, самые умные существа в мире.

А в магической науке ворон является символом сложных чар, тех, где Свет надо соединить с Тьмой или Воду с Огнем.

Так, хватит. В сторону магосемиотику и символику. Не тайнопись магическую расшифровываешь, Уолт. В гостях находишься, не стоит отвлекаться от беседы с хозяевами. Лучше внимательно слушай Ясунари.

– Эмансипация, – довольно глядя на дочку, сказал я-маджирец. – Вся в отца. Ведь и я в свое время отбросил ограничивающие нормы оммедзи, открыв взамен безграничные возможности западной магии. Из яйца феникса всегда рождается феникс!

– Ну а как же Сэймэй? – хитро улыбнулась Юко. – Почему же он захотел вернуться к ограничивающим нормам, несмотря на свой талант?

– А Сэймэй удался в маму, его тянет к истокам, – не растерявшись, ответил Ясунари и быстро обратился к Уолту, одновременно указав служанкам на стол. Девушки без промедления унесли пустые тарелки. – Странно, что тебе не доводилось слышать о Воронах, Магистр. Ведь орден Ирриган, насколько мне известно, будет участвовать в том же экзамене, что и ты.

– Вот как? Тогда действительно странно, что я о них не слышал. – Уолт посмотрел на Юко. – У ордена есть боевые маги?

– Да, у Ворон есть сообщество сестер, которых можно так назвать. Черные Вороны, Дочери Мэадб. Они учатся фехтованию, проходят специальные тренировки, сотрудничают с ведьмаками. Но их магия не связана с призывом нечисти и псионикой. Черные Вороны сражаются магическим оружием, но иногда используют и более сложные боевые артефакты. Однако я мало знаю о Дочерях Мэадб. Меня больше привлекают дипломатия и политика Серых Ворон. Для них важны мир и гармония.

– Мир и гармония важны для всех, дочь моя. Достичь их – вот в чем основная сложность. А тут уж Серым не обойтись без Черных. Как говорили мудрые люди в Роланской империи, хочешь мира – готовься к войне. Хорошая поговорка, согласен, Магистр?

– Это не совсем поговорка, уважаемый Абэ-но. Это слегка измененная фраза из труда Корнелия Вегеция «Краткое изложение военного дела». – Уолт сосредоточился и по памяти процитировал: – «Таким образом, кто хочет мира, пусть готовится к войне. Кто хочет победы, пусть старательно обучает воинов. Кто желает получить благоприятный результат, пусть ведет войну, опираясь на искусство и знание, а не на случай. Никто не осмеливается вызывать и оскорблять того, о ком он знает, что в сражении он окажется сильнее его».

– Вот об этом я и говорю. – Ясунари удовлетворенно потер руки. – Поверь мне, дочь моя, без Черных Ворон орден просуществует недолго. Как только он окрепнет и получит большое влияние, обзаведется цитаделями с сокровищницами или банками, как нынче модно, у него сразу появится много завистников, недоброжелателей и врагов. Благодаря Номосам Конклава магические гильдии Серединных земель и отчасти Западного края держатся подальше от политики, и это довольно мудро. Я ведь прав, дорогая?

– Да, дорогой. Ты прав.

– Вот-вот. Орден Ирриган должен это понимать. Но если не понимает, его ждет незавидная судьба. Я бы не хотел, чтобы моя дочь связалась с организацией, которой суждено исчезнуть из-за недальновидности ее руководителей.

– Я думаю, ты ошибаешься, отец. – Юко заговорила с неожиданной горячностью. – Войны ведутся не только на полях сражений, а победы достигаются не только бряцанием оружия, хоть обычного, хоть магического. Почему не прекращается борьба между княжествами Элории, Ширайи и Светлых долин? Отчего Аланские королевства постоянно воюют друг с другом и с Морским Союзом? Почему Черная империя и Эквилидор постоянно находятся на грани войны и то и дело вмешиваются в дела Пограничья? Зачем Снежной империи новые территории, если у нее и так достаточно Заводей? Даже нынешняя война Итраны, Фироля и Тайяра – что послужило ее причиной? Ресурсы, богатства, рабы – экономика, одним словом. А управление экономикой – это политика. Серые Вороны считают, что война является продолжением политики с привлечением насильственных средств. Но разумная политика стремится избежать войн, и к этому должна стремиться международная дипломатия. Однако резиденты преследуют личные интересы, а не ищут блага для народа или государства, ведь они набираются на службы из высшего дворянства, для которого важны лишь род, семья и собственное влияние. Послушницы ордена Ирриган и последовательницы Серых Ворон родом из разных стран и из разных народов, они не увязли в своей генеалогии, они стремятся к миру и спокойствию для каждой страны, для каждого народа!

Гм. Какая пламенная речь. А орден, кто бы им ни управлял и чего бы он ни добивался, знает, как влиять на юные умы. Благо для всех и каждого, и пусть никто не уйдет обиженным, да уж. Вот только благо у каждого свое. Возвестят покровители Черной империи о новом Священном Анабазисе – и все соглашения и договоры полетят в Тартарарам, и никакими мирными переговорами невозможно будет сдержать легионы Черного властелина. Только сила остановит силу.

Или, уверенные в своем праве, жалованном Истинным Светом, эльфы Заморских Островов обрушатся на Западный Край, даруя ему преображение и возвращение в Сияние. И ни мольбы, ни апелляции к разуму не остановят армию и магию Светлых, спасающих отпавшие от истины и искаженные души.

Благо для купца и благо для крестьянина, благо для мага и благо для жреца, благо для дворянина и благо для аскета – они же все разные, эти блага. Да каждый из его предыдущих – каждый из них не то что благо, а смысл жизни видит в совершенно разных вещах и сущностях. А ведь из всей этой разницы, из всех этих различий и творится жизнь. Благодаря им мир продолжает двигаться вперед, продолжает развиваться и, как бы романтично это ни звучало, продолжает делаться лучше. Потому что будь все похожи друг на друга, будь у всех одно общее и единственное благо – все бы замерло, ни к чему не надо было бы стремиться. Потому что все оказалось бы уже достигнуто. Застывшая гармония, покой, стазис. Каждый жил бы лишь в отведенных ему от рождения рамках, ведь попытайся он проявить себя, достичь блага для себя, он выступил бы против общего блага.

Да, нет конфликтов, нет катастроф – нет и развития. Но не исчезнут ли при этом и беды? Горе, несчастье, страдания? Все те мелкие неурядицы и недовольства, что сопровождают смертного от самого рождения? Вряд ли.

И не скажешь всего этого сейчас. Юко молода, в ее возрасте жить идеалами и все возводить в абсолют является нормой. Для нее общее благо не фикция, не мудрствования философов, а то, чего можно действительно достичь, что можно сделать. Да и не стоит спорить с дочкой хозяина дома, где остановился. Вот уж что точно будет неразумно.

– Видишь, Магистр, какая у меня умная дочь, – сказал Ясунари, наблюдая, как служанки ставят на стол пиалы с чаем. – Какие мудрые и правильные слова говорит. Я вот благодаря ей даже одну историю вспомнил. Мне ее, кстати, мастер Эвиледаризарукерадин рассказал. Однажды к олорийскому королю Людовику Третьему явился человек и сообщил, что хочет выдать некую важную тайну, однако ему должны дать гарантию неприкосновенности. Получив такую гарантию, человек рассказал королю, что многие придворные и члены королевского совета получают деньги от сабиирского короля. Ожидавший изумления и возмущения человек был удивлен, когда Людовик поднял его на смех, назвав до глупости простодушным. Королю было хорошо известно о взятках. Но монарх сказал, что он не возражал бы, если бы сабиирский владыка давал в десять раз больше, ведь так у него останется меньше денег на войну против Олории. – Ясунари захохотал так заразительно, что Уолт не удержался и тоже рассмеялся. Улыбнулась и Юко, хотя наверняка понимала, что своей историей отец беззлобно покритиковал ее взгляды.