"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 865

Разделение отряда ни Петрову, ни Николаю не нравилось, но наемника переубедить было невозможно. Весь его решительный вид и стальные нотки в голосе давали понять, что решение окончательное и сомнениям, правкам или изменениям не подлежит.

Данил с ним действительно, имел разговор перед вылетом. По задумке Бабая, он должен был «погибнуть» на задании, и отправиться куда-то по своим делам. Куда именно, Байкал не спрашивал. Тут и так все понятно. К семье. С «Афалины» свалить сложно. Во-первых, за всеми всегда пригляд. Во-вторых, без припасов далеко не уйдешь – расстояние до дома большое. В-третьих, остров. И вот он, почуяв что-то, решил свинтить после выполнения операции. Бабай уверял, что все, что от него требуется, он выполнит и группу не подставит! Не сбежит сразу по прилету, а выполнит все поставленные задачи, и этим словам Данил поверил. Не зря. Даже сейчас он выполняет свою сторону договора, так что и Петрову честь офицера и просто человека менять правила игры было противно. Да и что, в сущности, он сможет сделать? Состояние не улучшается. Его так долбить теперь пару дней будет – нормальная реакция организма на то, как в тебя сперва стреляют, пусть даже ты сам, и даже пусть по касательной, затем душат, а в придачу еще и по голове ногами мутузят. В кино по голове дадут дубинкой, герой или негодяй потеряет сознание, а через пару минут уже снова бегает, как ни в чем не бывало. В жизни такое не прокатывает. В жизни ты мучаешься страшной головной болью несколько дней. И, ладно, если дурачком еще на всю жизнь не останешься… Можно ж и вообще кони двинуть. Мозг в черепной коробке хоть и защищен толстой костью, но не защищен от сотрясения. А это больно. Это чертовски больно! Данил поморщился. Еще и температура поднимается! Суставы ломит, в груди скребет, в глазах песок. А ведь это еще цветочки! Ягодки могут вылезти позднее! Причем горькие и не вкусные. Одному Шпилю… тьфу ты, Решетову известно, что там в этом «Улье» в воздухе было! Мало ли, как они этих мутантов делают! Может, они чем-то отравлены давно? Той же радиацией! Забывать о ней не стоит. Ее не видно, сразу не почувствуешь, но, когда ощущения эти придут, будет уже поздно. По-хорошему бы таблеточками закинуться специализированными, а ещё лучше и переливание крови сделать, да под контроль врачей упасть, но ни первого, ни второго, ни третьего, сколько по этой снежной пустоши не бегай, и в кастрюлю половником не стучи, не найдешь!

- Ты там как? – расслышав сдавленный кашель гиганта с крыши, поинтересовался здоровьем друга Петров.

Колян-то вообще в самом пекле побывал! Ему сейчас, наверное, еще сложнее!

- Нормально, - ответил тот пару секунд. – Подмерз чутка…

- Точно?

- Точно.

- Двигать надо, - вмешался Бабай. – Мое предложение: сколько есть, все выкатаем, а дальше разбегаемся. Надо подальше от этого места уехать. Хрен его знает, что там под землей делается. А ну, как рванет… – никто не возразил.

- Поддерживаю, - отозвался Николай.

– Но нужно хотя бы примерно понимать, куда именно ехать, - почесал лоб лысый и тут на выручку пришел гигант.

- Якуты! - внезапно задумчиво проговорил он.

- Что?

- Якуты, Саамы, Чукчи… Оленеводы, короче! Тут же, наверняка, кто-то живет! Надо только найти!

- Хм. А дальше? - Петров скептически обдумал предложения друга, но за неимением собственных, решил разрабатывать пока это направление. – Оленями?

- Зачем? – улыбнулся великан. – Снегоходы! Ты не думай, тут не джунгли! Тут же народ продвинутый! И связь есть, и техника! Ну… была, по крайней мере!

Бабай одобрительно покачал головой.

- Идея здравая! Хотя бы переодеться, да сориентироваться…

- Как найти? – начал просчитывать варианты капитан. - Тут наверняка между деревнями расстояние большое…

- Скитами, - поправил Николай. – Они скитами живут, кочующими.

- Один хрен не жарко…

- Нет, это важно! Они абы где пасти стада не будут! Нужно искать большие распадки. Дальше - болота нефтяные, вряд ли они рядом с ядом таким селиться будут… Правее – открытая часть, я, когда летели, видел. На юге та же история. На востоке есть горы, но туда нам и не нужно, до них далеко, а вот на западе…

- Да, там вроде что-то было, - припомнил одноглазый. – Когда летели, кажется, что-то пацаны видели. Какие-то строения… Туда тогда покатим? – капитан кивнул. Выбора по-прежнему не было.

- Сколько до этого места по прикидкам?

- Мы минут тридцать потом еще летели… Вряд ли доедем. Пока горы и лес этот обползем - крюк большой выйдет, всю соляру сожжем, - прикинул в голове расстояние лысый. – Нет, точно не хватит… но все равно лучше, чем пешком напрямки! - наемник помолчал, хмуро посмотрел на капитана. – Но, я так понимаю, ты танк вести не можешь?

- Нет.

Бабай покусал губу, недобро улыбнулся.

- И э-то-т то-же… А мне возвращаться же потом… В другую сторону надо. Что-то решать надо, мужики…

***

И решили так. Бабай, хитрожопый наемник, одной ногой уже будучи на вольных хлебах, но имевший совесть и честь, умело этим пользуясь, согласился подвести инвалидную команду, выступив их личным водителем. За то, что он потратит время, а, главное, увеличит расстояние собственного пути, он вытребовал у капитана его автоматные рожки, которые Петров и так был готов отдать. Ведь имея один автомат на троих, целесообразно отдать лишний вес в виде БК тому, у кого он есть. Также одноглазый получил в качестве оплаты три из четырех ручных гранат и найденный в танке ящик сухпая. Как он его будет тащить, Данил не представлял, потому легко махнул рукой, мол, забирайте, но, когда лысый еще и пластиковый поддон для слива масла прикарманил, капитан понял, что его откровенно надули, но что уже было делать, коль по рукам ударили.

Зато друзьям остался сам танк… недвижимый, но бронированный, а с ним тот самый КОРД, который Николай, быстро осмотрев, предложил снять со станка.

- Машинка хорошая, хоть и тяжелая, пригодится! – довольно растянув болезненную улыбку на усталом лице, резюмировал он. – Там еще четыре ленты к нему есть. Тоже прихватим.

- А дотащишь? – засомневался Петров. – Он же килограмм под шестьдесят весит!

- Это с лафетом, - ухмыльнулся здоровяк. – А его нам не надо. Считай, минус шестнадцать кило…

- И с рук сможешь?

- Ну, с «Вулкана» смог же!

- Там калибр другой… - все еще не верил друг.

- Ну, вот сейчас сниму, и посмотрим. Эй, кучерявый, иди-ка помоги, подержи эту гайку…

Бабай, недовольно что-то буркнул и скрылся из виду. Петров остался один. Он попытался сжать кулак раненной руки, но пальцы лишь слегка коснулись друг друга. Силы в них не было от слова совсем, а вот потрачено ее самой на это движение было неимоверно много. Страх разгорался все сильнее. Из едва тлеющего уголька, он уже превратился в горящую искорку, грозя перерасти в костер, а затем в пожар. Что если все так и останется? Он не раз видел то, что с человеком делает, казалось бы, легкое ранение. Разорванная связка, сухожилие, даже маленький нерв и здоровый человек превращается в овощ. Бывает и наоборот, конечно. Никто не верит, что с такими травмами можно жить, а люди мало, что живут, так еще и как это делают! Вот он, живой пример, на крыше матерится. Пуля пацану в глаз попала, череп вскрыла, а он выжил и стал лишь крепче…

Снаружи грянул выстрел. Петров дернулся и зашипел от боли.

- Норма-а-а-а-ально! – раздался голос Бабая. – Мне б твою силу…

В люк сунулась рожа Николая.

- Ну?! Я ж говорил, смогу! Метров на семьсот дал!

- Да где тут семьсот! Максимум триста… - усмехнулся впечатленный лысый.

- Это тебе из-за одного глаза так кажется! – улыбнулся Николай. – А я двумя вижу в два раза дальше! Семьсот! Точно! Эй, командир, ты чего?

Данил опустил руку, попытался улыбнуться.

- Предупреждать надо! Дернулся, в руку отдало…

- Так я ж сказал!.. Э, да ты еще и на ухо тугой стал… Все! Старость...

Данил усмехнулся. Точно. Не в бровь, а в глаз! Старость! Сколько он еще так вот по полям бегать будет? Нет! Надо заканчивать! Вот вернутся сейчас на Афалину, звездюлей полковнику за его мутки навесят и уйдет он на покой… Уедут они с Наташкой с этой проклятой земли куда-то на юга. И пускай юга уже не те, но главное куда-то подальше от всего этого! Сейчас, когда все поменялось, когда ты больше не зависишь ни от чего, лишь от самого себя, когда каждый день может быть последним, когда только ты сам управляешь своей судьбой, ты и лишь ты отвечаешь за то, что будет впереди! Нет больше границ и территорий. Нет больше якорей. Теперь ты сам за себя в ответе! Хочешь, езжай туда. Хочешь – сюда. Ты можешь быть кем захочешь. Все зависит только от тебя! Да, есть определенные трудности с получением всей это свободы, не стоит забывать, что раньше был закон, правила, которых большинство придерживалось, а сейчас любой отморозок, почуявший власть может выстрелить из-за угла, но все же! С этим можно бороться! Сердце кольнуло иглой. Вспомнился разговор в лаборатории и то фото… Настроение, вроде бы начавшее приподниматься, рухнуло в бездну. «С Наташкой»… надо же. А он и не заметил, как подумал такое. С Натальей Владимировной! Так будет правильнее. А ее правильнее – без нее! Ведь это она изобрела этот вирус! Она виновата в том, что творится вокруг! Это ее рук дело! Как смотреть теперь на нее? Как относиться? Чем она лучше Решетого? Тем, что спасла Коляну жизнь? Так ведь не было бы ничего всего этого, если б не она… Хотя друг в чем-то прав. Она работала над лекарством от всего этого. Так может она и не виновата? Может… Но на сердце пока какая-то обида. Даже злость и легкая ненависть.