"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 966

- Нельзя, - досадливо отвечал Леший, пытаясь безуспешно выцелить вражеского снайпера, засевшего где-то в тени леса. – Там же мирные…

- Надо стрелять! А то они нас так перещелкают из-за их спин, Леший!

- Нет, Олег, я не отдам такой приказ!

- Леший! – взревел раненым медведем друг. – Но нас же всех положат!

Бросив быстрый взгляд по сторонам, осмотрев позиции своих бойцов, следопыт досадливо ударил кулаком в бетонную плиту, за которой укрывался и, зажмурившись, нехотя, все же прокричал: «Ого-о-о-онь!».

Пулеметчик, укрывавшийся за стальным щитом своего оружия, расслышав приказ, напряженный до предела, вжал гашетку. С конца ствола оружия сорвалась первая искорка. Огромная пуля устремилась вперед, а в сторону от оружия полетел первый патронодержатель.

- Отста… - начал орать Леший, видя, как второй, третий, а за ними четвертый трассерный росчерк устремляется к берегу, - …вить! – донеслось окончание приказа, утонувшее в грохоте выстрелов.

Шеренга из рабов упала, скошенная одной очередью. Леший взвыл, с яростью посмотрел на друга, который уже встал на одно колено и поливал короткими очередями открывшийся строй пришлых. Выматерившись, он подхватил винтовку и, неуклюже удерживая ее раненой рукой, направил прицел в чащу.

Сердце сделало удар, разгоняя кровь. Он задержал дыхание, входя в состояние «невидимости». Теперь вокруг больше не было ничего. Не было выстрелов, взрывов, криков раненых, не было свистящих в опасной близости пуль и осколков. Была лишь прицельная сетка и точка, в которую нужно было попасть.

Второй удар сердца. Капелька пота сорвалась с виска и зависла в воздухе. Леший впился взглядом в темноту, выискивая собрата по оружию. Темнота и спокойствие. Прицел сам собой навелся на одно ему известное место, палец вжал спусковой крючок. Винтовка лягнула в плечо, и пуля двенадцатого калибра покинула свою колыбель.

То, что он попал, Леший понял по выпавшей из кустов винтовке. Она неспешно скатилась по траве, блеснула разбитым оптическим прицелом, словно оценивая, ставя «лайк» точному выстрелу соратницы, сожалея о том, что сама не успела и не смогла.

Леший медленно отлип от прицела, выходя из своего странного состояния, преодолевая патоку времени. Повернулся, сурово посмотрел на товарища. Тот на мгновение, уловив взгляд, обернулся, пожал плечами, словно извиняясь за отданный приказ и, широко улыбнувшись, показал большой палец. В следующее мгновение шальная пуля ударила ему в грудь, бросила мужчину на спину. Автомат завертелся в воздухе, воткнулся стволом в песок и, чуть покачнувшись, замер в таком положении, словно могильный крест. Леший, еще не веря увиденному, онемело смотрел на тело друга, лежащего у его ног.

- Олеееееег! – раздался рев чудища, разлетевшийся над деревней, пересиливая своей силой все залпы орудий и разрывы гранат разом.

Тугое, медленное пространство не пускало Алексея к другу. Он стремился к нему изо всех сил, но тело, словно накачанное азотом, застывшее в колоду, не хотело подчиняться. Капли крови срывались изо рта следопыта с кашлем, орошая лицо и грудь. Рука снайпера, выброшенная вперед, коснулась плеча товарища. Олег скривился от боли и посмотрел в глаза друга. В его взгляде не было страха. Не было в нем и гнева. Одно лишь непонимание и чертовская, фанатичная искорка, пылающая во взгляде закоренелых солдат.

Мужчина скривился, когда Алексей дернул друга за лямку разгрузочного жилета, подтягивая к себе.

- Куда тебя?!

Леший аккуратно сунул руку другу под жилет на спине, вынул, осмотрел ладонь. Машинально провел по подмышкам, шее, в паху, все, как учили. Взгляд на ладони. Сухие. Облегченный выдох.

- Жилетка… - через кашель выдавил следопыт, плюясь кровью из разбитой губы, - …словила…

- Твою мать! – выругался снайпер, ощущая, как тело начинает колотить нервная дрожь. – Твою мать! Твою мать! Твою мать!..

- Не ори! - морщась, следопыт стянул бронежилет, откинул в сторону и потер ребра, привалился спиной к бетонному блоку.

Короткий взгляд на исковерканный, погнутый и разорванный, словно от разрыва плитник, и сразу все стало понятно. Броник словил тяжелую пулю, не ниже "12.8". Повезло, что сердечник был не стальным и пуля, угодив в него, раскрошилась, превращаясь в мелкие осколки, которые словно дробинки разорвали ткань бронежилета. Работа снайпера или шальная пулеметная залетела. Леший выдохнул, отер лицо, молча, не сильно, ударил друга кулаком в плечо и, подхватив винтовку, сменил засвеченную позицию, оставив товарища отдыхать в безопасном месте.

***

Бой длился уже практически час, постепенно теряя интенсивность. Пришлые несли серьезные потери, не имея подготовленных укрытий, но их было слишком много. Все подводные мины давно уже взорвались, и если бы у мародеров были еще лодки, они наверняка смогли с легкость высадить десант на остров.

- Экономим патроны, - отстегнув свой магазин и осмотрев его, скомандовал Леший, опускаясь на землю.

Дым от пожаров и выстрелов висел удушающей шапкой. Солнце, выглянувшее сегодня посмотреть на развернувшуюся баталию, пробивалось сквозь коричневые клубы дыма, причудливо играло на выщербленных сотнями попаданий стенах брустверов.

- Долго не продержимся, - удрученно проговорил Олег, вернувшийся в строй, собрав отчеты от оставшихся в живых солдат. – Патроны на исходе, паром выйти не смог, там по кустам «зайцы» сидят с автоматами, не подпустят, утопят…

Леший устало потер горящий болью старый шрам на глазу, осмотрел бойцов. Такие же уставшие от напряжения, чумазые, окровавленные, с дикими глазами, они ждали его решения.

- Нужно выводить плот. Это первоочередная задача… - Алексей замолчал, обдумывая дальнейшие действия. – Сколько осталось патронов?

Бойцы защелкали магазинами, проверяя боекомплект.

- Два магазина, один, половина, пустой, один, пустой, пустой, почти пустой, пустой… - донеслись грустные голоса «Соколов».

- Мужики, - поднялся снайпер, протягивая свой автомат ближайшему бойцу, у которого не осталось даже патронов в пистолете. – Надо тащить их всех сюда. По воде паром не уйдет, если по ним откроют огонь. Нам нужно заставить этих тварей собраться в одном месте. Пускаем газ, поднимаем туман. Идем, если надо будет, в рукопашную, но тащим уродов со всего леса к «ближнему». Олег, подрываешь его по команде. Взорвешь за нами мост…

- Еще чего, - оскалился следопыт, откладывая автомат в сторону, вынимая нож из ножен. – Я с тобой… И не спорь!..

- Ай, - махнул Леший рукой, не желая и не имея сил спорить.

Тяжело, но он поднялся, вытер катившийся по лбу пот. Осмотрел десяток бойцов – все, что осталось от защитников, удерживавших КПП, да еще пара десятков по деревне на позиции, остальные мирные.

- Мужики… - хрипло попытался подобрать он слова, но те никак не шли в голову.

- Бать, - отозвался какой-то парнишка, - да все понимаем…

- Мужики, - снова начал Леший сглотнув. - Сейчас мы встанем и дойдем до этих тварей… У нас нет выбора. За нами дети и жены, матери и сестры. Если мы не сделаем это, если не стащим всех уродов в одно место, им конец. Большой, волосатый конец в каждую… - снайпер осекся. – Ну, вы понимаете, о чем я… - Он медленно, прихрамывая, развернулся лицом в сторону насыпи, которая вела с острова на берег. – Мы этих тварей в землю затрамбуем!.. – прошипел он, не оборачиваясь, - они у нас тут своими кишками так почву удобрят, что кедры вырастут до неба!.. – позади раздалось шуршание поднимающихся с земли бойцов. Леший сжал кулаки, напряг скулы. – Пошли, похороним их тут и ляжем там сами, если нужно… Выпустить газ! – прокричал он, полуобернувшись к бойцам, занявшим оборону в здании КПП.

– Водолазы уже на берегу, готовы ударить с запада. С дальних подтянулся отряд, прижмет их с севера, - подсказал Олег.

Леший кивнул.

- Щиты к бою! – прокричал он, поднимая здоровенный тактический щит, уложенный в специальную нишу, поверх еще десятка таких же. – Мы ударим с севера, заставим тварей оттянуться на восток…