Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 61

Однако он сам хранил достойную выдержку.

— Ты играешь со мной в игры. Пока понимаешь, что я тебя не убью прямо здесь и сейчас. Мы с тобой действительно на одной стороне. Но этот союз рано или поздно потеряет смысл. А значит, я потеряю всякий смысл оставлять тебя в живых. У тебя ещё есть время, чтобы свернуть эту лавочку. Но если ты этого не сделаешь, то это сделаю я. Быстро. Жёстко. Не больше, чем за сутки. У тебя только один способ избежать смерти, от которой ты спрятался за проклятьем вампиризма…

Тут он гневно сверкнул глазами и обнажил клыки. Но дальше не пошёл. А молча слушал, что я ему говорю. И я говорил:

— Закончи это сам, чтобы мне не пришлось. У меня другие методы. И другие инструменты. Ты свернёшь всю торговлю запрещёнными веществами в Петрограде, а взамен останешься надзирателем за социальным дном этого города. Если не сделаешь, как я сказал, отправишься в могилу. А на твоё место найдётся замена. Возможно, более достойная.

— Ты ошибаешься, — прошипел он. — Я это дно подчинил и только я могу им управлять. А ты лезешь туда, в чём ничего не понимаешь. Если исчезну я, то вещества не исчезнут. Просто ими будут торговать другие люди, вот и всё! Ты слишком наивен для своих лет, если считаешь, что будет иначе. Ты не знаешь этот мир. Ты не знаешь людей. А я — знаю. Свой героизм оставь за пределами этого города, если не хочешь забрать сотни жизней, а потом осознать что это всё было ЗРЯ.

— Нет, кровосос, это ты кое-чего не понимаешь, — я укрепил свою руку маной света и чуть-чуть подогнал её к коже. — Люди действительно сами выбирают. Но варианты им всегда предоставляют сильные мира сего. И ты, в какой-то степени, относишься к сильным этого города. И ты взялся за этот рынок. Ты взялся за тёмную сторону города. Поэтому ты властвуешь над ней. И с тебя я буду спрашивать за то, что будет через эту тьму проходить.

— По какому праву⁈ — взъелся он, не скрываясь.

Тут уже и я обнажил зубы, у него на глаза превращая их в острые клыки мантикоры. Из моего горла вырвался утробный рык:

— По праву сильного. Тому самому, по которому ты воцарился здесь и решил, что никто твои бесчинства не ограничит. Ни аристо, которым ты отчисляешь жирную долю, ни жандармы, которые на крючке у этих самых аристо и которым ты тоже засылаешь, ни конкуренты которых передавил или подмял под себя.

Он хрипло хохотнул.

— У тебя много врагов. Много. С таким подходом иначе быть не может. Ты ломаешь баланс, который установился без твоего участия. Думаешь, только силой управишься? Попробуй. Вот только мир и правила людей всё равно сильнее. Потому что ты их никогда не изменишь.

— Мои слова ты услышал. Понял или нет — это твоё решение. И за неправильный выбор ты ответишь. Представь, что ты тот самый несчастный, у которого есть выбор: взять запрещённый порошок или найти решение своих проблем. Вот решение проблем я тебе уже озвучил. А плохой выбор… о его последствиях ты уже догадался, — я оттолкнул его и отпустил воротник. — В следующую нашу встречу мы уже не будем разговаривать. Я просто выжгу всё здесь калёным железом.

— Попробуй, — сжимая челюсти, сказал Атаман. — Я рассчитывал на сотрудничество. В конце концов, друзья у нас одни. Но ты же идеалист, — он неприятно засмеялся, не отворачиваясь. — Тяжко тебе. Не удивлюсь, если услышу, что твой тру… — он осёкся. — Катись к дьяволу. И забери к нему свои деньги. На моём рынке тебе ничего не найти. Ты там сказал что-то про выбор. Вот ты свой тоже сделал.

Я скрестил руки на груди и наклонил голову набок. А спросил его:

— Тогда зачем мне оставлять тебя в живых прямо сейчас?

Он замер.

— Нападёшь? Ты же правильный. Нельзя нападать на хозяина дома, — его голос стал тише. — Особенно на того, который держит на мушке твоих людей.

А вот сейчас я пошёл в откровенный блеф:

— Мои люди переживут всё, что бы ты не приготовил. Неужели ты думал, что мы явимся на чёрный рынок без подготовки? Наивный расчёт. А вот тебе уже ничего не поможет. Я убью тебя за пару секунд, самое большее. Потом заберу сейф и своих людей. А твои прихлебатели… — я хмыкнул. — Думаю, они не будут рисковать своими жизнями, чтобы отомстить за тебя. Жизнь дороже таких глупостей. Кого-кого, а вашу шакалью породу я знаю хорошо.

— Ты-то? — злобно сморщил он своё лицо. Выпученные глаза, бледная кожа и клыки делали его похожим на дурную карикатуру. — Ты прожил меньше половины моих шестёрок, среди пышных балов и юбок благородных тёлок. А сейчас пытаешься заверить меня в том, что ты что-то знаешь о жизни? — и наигранно рассмеялся.

Я только хмыкнул второй раз. И вот это проняло Атамана сильнее. Он посмотрел на меня со смесью подозрения и непонимания. Потом вздрогнул всем телом, понимая что проиграл, и процедил:

— Чего тебе надо?

С этого вопроса начался поход по чёрному рынку Петрограда. Он оказался примерно в семь раз больше, чем я увидел сначала.

Десятки проходов и торговых павильонов были ловко скрыты. В стенах, за углами, в подвалах, даже за вывешенными здесь имперскими флагами. В каждую секунду здесь были готовы к рейду жандармов. И это несмотря на иллюзию, прикрывающую этот рынок.

Здесь его называли «Мокрицей».

Неблагозвучное название не мешало оживлённой торговле. Не на улицах. А в самих помещениях. Многие были забиты битком. В некоторых громко спорили. Покупатели с торговцами, покупатели с покупателями, торговцы с людьми Атамана, которые пытались выбить себе деньги поверх установленной платы.

Вот один из актов такого самоуправства мы прервали своим внезапным появлением. Атаман мгновенно всё просёк и на месте избил беспредельщика. После чего благодарный торговец принялся раскланиваться. Но от этого Атаман отмахнулся и велел тому найти то, о чём я попросил.

А торговец этот был непростой. Он специализировался именно на кристаллах. Это было видно по тому, сколько их располагалось на спрятанных под замком витринах и полках за его спиной, прикрытых решёткой. За сотню.

Да и сам торговец был не лыком шит.

Несмотря на непримечательный внешний вид. Чуть старше среднего, с округлым животом, в светло-коричневом пиджаке и с пышными усами, он не напоминал кого-то опасного.

Но был увешан магическими артефактами, упрятанными под одеждой. Я чувствовал их столько, что хватило бы на пару магических дуэлей с магом в ранге Витязя. Так что торговец бы без проблем и сам справился с тем беспредельщиком, которого уже выкинули на улицу охранники Атамана.

Так что, думаю, эта сцена с его «горячей благодарностью» не более, чем попытка подмазаться к Атаману.

Сам торговец призадумался, когда услышал мой запрос. Потом начал просматривать список своих товаров.

— Это лучший торговец кристаллами во всём Петрограде, — негромко объяснял мне Атаман. Так, чтобы увлечённый просмотром списков торговец его не услышал. Благо, что несколько кристаллов здесь звенели, слегка заглушая большинство звуков. — А то и в Империи. Если у него их нет, то он знает, где их найти. А если не знает, то в Империи ты их не найдёшь.

Я кивнул.

Ждать мне пришлось недолго. Торговец пригладил пышные усы, поправил монокль и заговорил:

— Сударь-с, полагаю что в наличии такого добра у меня не будет, — он поднял на меня серо-голубые глаза. — Да и по рынкам всей Империи я их не видел уж лет десять как. С тех самых пор, как Его Величество велел всерьёз взяться за это и конфисковать все кристаллы стихии пространства. Я думал, что у меня в закромах осталась парочка, которые я бы смог Вам продать за достойную плату, — его глаза сверкнули. — Но…

Договорить он не успел.

Внезапно лопнули стёкла. С улицы прилетел оглушительный гром.

Я мгновенно укрылся за стеной. Волхвы, которые были с нами, тут же прикрыли меня и встали рядом. Аналогично поступили и люди Атамана.

— Что это⁈ — я скосил на него взгляд.

— Дьявол его знает! — крикнул он. И тут же послышался перезвон колокольчиков, доносящийся с улицы. И тогда Атаман громко цыкнул и покачал головой. — Рейдят, собачьи дети!