Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 67

Через несколько минут я был на месте.

— Как ты это всё проворачиваешь? — изумлённо посмотрел на меня Атаман.

— Наш общий «друг» и так рассказал тебе про меня больше, чем тебе стоит знать, — ответил я.

Он цыкнул и покачал головой.

Волхвы и его телохранители лежали на бетоне, в рядок. Но судя по состоянию их энергетики, уже скоро должны были прийти в себя. Я дополнительно подошёл к каждому Волхву и чуть ускорил их пробуждение.

— Я убираюсь отсюда. Подожду, пока принц Андрей успокоится и потом уже сам ему всё объясню, — произнёс Атаман. — На этом наше сотрудничество можно считать завершённым. А если я останусь в Петрограде, когда Андрей очнётся, он снова доберётся до меня. На этот раз наверняка сдерёт шкуру. Так что бывай, лютый.

— Наше сотрудничество завершится тогда, когда в Петрограде не останется ни одного торговца тем, чем не надо, — твёрдым голосом сказал я ему.

Он отвернулся и, с видимой неохотой, произнёс:

— Разберусь. Мои люди всё ещё остаются на местах. Хотя после сегодняшнего, мой авторитет пошатнулся. А после того, как я ограничу деятельность своих торговцев…

— Не ограничишь, а завершишь. Целиком и полностью.

— Тогда они просто найдут других покровителей! В городе начнётся подпольная война!

— И ты её выиграешь.

— А что, о жизнях людей ты совсем не думаешь, идеалист-добрячок наш?

Я поднялся, отойдя от одного из Волхвов. И пошёл на Атамана, смотря ему прямо в глаза.

— Жизнях тех, кто травит людей? Думаю. И не против, если они закончатся пораньше. Прежде чем отравят хоть ещё кого-то.

— Ты что, совсем не понимаешь? Любые наши потребители — это люди, и так находящиеся на грани. Если не вещества, то они найдут другой способ сбросить свою боль! Далеко не обязательно, что этот способ будет безопасен для них и других людей. Об этом не думал? — он оскалился. — Убийства, грабёж, драки. Этого станет только боль…

Я схватил его за горло.

— Ты в полной мере исполнишь условия нашего договора. Или хочешь отправиться к гвардейцам прямо сейчас? Легко. Они тут, недалеко. Если присмотришься, можешь даже отблески их фонарей через пару домов увидеть.

— Понял я… понял… — сдавленно произнёс он, с трудом вдыхая и выдыхая воздух под давлением моих пальцев. — Всё сделаю!

Я отпустил его. Он потёр горло. Той самой рукой, на которой не было пальцев. Они уже начали отрастать. Вампирская регенерация была очень сильна, если сам вампир сыт и полон крови.

На том наш разговор завершился. Пару раз грозно сверкнув глазами, я проводил Атамана взглядом и дал ему уйти. Своих людей он не взял, отговорившись тем, что они его сами найдут.

А вскоре пришли в себя и мои Волхвы.

Они и рассказали мне, что произошло, во всех подробностях.

Когда они пришли на место, то стали просто ждать. Потом они услышали какой-то звенящий звук, после чего один за другим вырубились, в течении нескольких секунд.

Чувствовали себя нормально. По их энергетике я ощущал примерно то же самое.

Так что я дал им пару минут прийти в себя, а потом мы поспешим в Петроград. В городе будет гораздо проще затеряться. Тем более, что гвардейцы эти наверняка обыщут всё и вся в округе.

Чтобы не подставляться лишний раз, я решил разбудить и людей Атамана, но…

Они не дышали.

Оба. Были мертвы. Примерно те самые несколько минут, с тех пор, как ушёл Атаман.

Я бегло осмотрел их. Шею каждого. Там были глубокие укусы. Оставленные, по всей видимости, пока я забирал свой сейф.

Вампирский яд. Отсроченного действия. Запускает механизм умерщвления цели, когда проходит определённое время.

Либо командного действия. Убивает тогда, когда вампир-отравитель подаёт энергетический сигнал.

Атаман…

Вот ты… ублюдок.

Рациональный. Прагматичный. С точки зрения безопасности, он сделал абсолютно правильный поступок, что убил своих телохранителей. Но нравственно — ублюдок. Убивать своих — это мерзость, за которую нужно наказывать.

В следующую встречу у нас с ним не будет никаких сделок.

Мы с Волхвами быстро покинули недостроенное здание. Я выводил их, заранее изучая пространство впереди на наличие гвардейцев. Пару раз мы чуть не наткнулись на патруль. Но я вовремя уводил свою группу в сторону.

Так мы добрались до Петрограда. И там перед нами встала задача, как добраться до Новосибирска с сейфом без лишних проблем.

Потому что весь Петроград стоял на ушах. Об убийстве принца Луки говорили все и везде. Пассажиры на остановках, из радио, просто прохожие. Достаточно было чуть усилить слух, сконцентрироваться и я улавливал слова: «смерть», «принц Лука», «убийство», «гнев Императора», «у нас в городе».

Проще всего — автобус. Восемь часов до Москвы из Петрограда. Следить будут не так, как за самолётом. Но как туда запихать тяжеленный сейф?

Можно воспользоваться услугами одного из знакомых кланов или членов императорского рода. Но в таком случае я соберу на себе столько подозрений, сколько это вообще возможно. Потому что моё незапланированное, тайное появление в Петрограде, в день убийства принца — это подозрительно. Как ни крути.

Если вызывать грузовик из Северного Предела, то он только оттуда будет ехать в Петроград несколько суток. А потом ещё столько же обратно.

Недопустимая потеря времени.

Тогда, может, допереть сейф самому? Отправить Волхвов самолётом. А самому в облике мантикоры полететь в Новосибирск, привязав к себе сейф?

Вот только непонятно, как его закрепить. Точнее, чем? Он был действительно тяжёлым. Ещё и магией напичкан. Если крепко упадёт, то мало ли, какой может всё-таки произойти в его магической защите? Он был надёжен, насколько это возможно. Но рисковать было недопустимо.

Тогда я решил проблему, разбив её на этапы.

Двух Волхвов отправил по отдельности, в Москву. Чтобы не привлекать внимание нашей численностью. С собой оставил только Захара. А сам отыскал на ближайшей стоянке грузовиков водителя, который ехал в Москву.

Крепкий, чусть смуглый, с местами поседевшей щетиной и пропахший потом, он хмурым взглядом выслушал меня. Когда я пересказал ему свою легенду: что везу в Москву, к себе домой, крепкий сейф, доставшийся в наследство от деда.

Он тут же прищурился. Бегло оглядел сейф, стоящий у моих ног. Отпрянул, когда на том вспыхнули магические печати и назначил сумму в четыре сотни золотых рублей.

И тогда начался торг. Не потому что мне было жаль этих денег. А потому что чем быстрее я соглашусь, тем более подозрительно буду выглядеть.

— А если ваша дура рванёт? У меня грузовик полетит! — прокуренным голосом говорил водитель. Его, к слову, звали Богдан. — Да и самому жизнь дорога. Меньше чем за четыре сотни — не возьмусь.

Тут в дело вступил Захар.

— Ты чего, бать? Он ж надёжный, как наша верность государю! — он трижды постучал по стенке сейфа, к заметному беспокойству Богдана. Печати засветились сильнее. — Давай за сотню! Туда-сюда!

— Тогда почтой везите! — не унимался Богдан.

— За четыре сотни я могу спокойно купить собственный грузовик, — ровным тоном сказал я.

— Вот то-то и оно! — сказал Богдан. — Грузовик-то купить можно, а жизнь — уж нет! Так что вы мне предлагаете рисковать. Да и кто ж вас знает, может, вы там что поганое держите?

— Это просто сейф, — невозмутимо сказал я. — Там нет ничего, что стоило бы твоего беспокойства. Только пустота.

— Угу, знаю я ваших, — его кустистые брови почти наползли на глаза. — Натолкали туда всякой дряни, пришедшей из-за бугра в петроградский порт. А теперь в Москву везёте, продавать!

Захар закатил глаза. Очень правдоподобно, между прочим. И сказал:

— Идём, с этим упрямцем бесполезно разговаривать.

— Постой, — тем не менее сказал я и внимательно посмотрел на Богдана. — Будь это что-то запрещённое, разве мы бы обратились к незнакомому водителю, который заламывает нам цены? У людей, которые торгуют запрещённым, свои налаженные транспортные системы. Тебе ли, как водителю межгорода, не знать об этом? — я наклонил голову набок.