Мое спасение по прозвищу Змей (СИ) - Берг Грета - Страница 17

— Не переживай, вы с ним не встречались, — смеется она.

— Жанна, я серьезно. Ситуация, которая складывается вокруг меня несмешная.

— Извини. Он проявлял к тебе интерес, старался привлечь внимание, звал на прогулки, в кино. Ты его вечно отшивала. И даже не смотрела в его сторону.

— Правильно, я же влюблена была в парня из параллельного класса. Не помнишь, как его звали? — хмурю брови. Надо же, вроде школы была не так давно, а я даже забыла имя парня, который мне нравился.

— Ты вообще в школе училась? — не выдерживает Жанна. А я реально не могу понять, почему я ничего не помню.

— Женя его звали. Он потом женился на твоей однокласснице.

— Как интересно, — протягиваю я. — А что стало с сыном физрука?

— Откуда ж мне знать. Я за ним не следила. Мы окончили школу и все разбрелись, кто куда.

— Ты же ходишь на все встречи выпускников, — напоминаю ей.

— Я — да, а он — нет. И никто его там не вспоминает. Но если хочешь, я обязательно спрошу на очередной тусовке.

Так и договорились. Я сбрасываю звонок и все рассказываю Змею, пока он готовит еду.

— Да, Агата, забыть собственного поклонника — это сильно, — вполне мягко заявляет Роберт.

— Лучше бы тебя забыла! — бурчу в ответ.

Змей снимает с плиты сковороду и подходит ко мне. От него веет такой энергией и силой, что я слегка поеживаюсь. На меня снова накатывает флер воспоминаний.

Вот зачем он это делает? Зачем он издевается надо мной? Хочет убедиться, что между нами все кончилось? Или нет?

— Змей, отойди!

— Боишься? — прищуривается он.

— Тебя — нет! — твердо заявляю я и встаю с дивана.

Он берет меня за плечи. Я стараюсь не смотреть в эти жгучие черные глаза, горящие страстью и желанием. Неужели? Неужели он до сих пор что-то чувствует ко мне? Но этого не может быть!

Он меня кинул. Предал. И не появлялся все эти годы. Не может он ничего ко мне испытывать.

Стараюсь вырваться из его объятий, но у меня ничего не получается. Бороться против силы Змея бесполезно. Но и поддаваться на его хитрости — я тоже не собираюсь.

Но уже чувствую, как трепещет мое сердце и сохнет во рту. Роберт слегка наклоняется, и я чувствую легкий аромат его парфюма. Все тот же запах. Он его так и не сменил. Аромат, который я ему всегда дарила.

Он пользуется им до сих пор?

Я быстро перевожу на него взгляд.

— Агата, забудь все, что было. Прошу тебя!

Наклоняется к моей шее и нежно целует ее.

Нет! Нет! Нет!

Агата, ты должна держать себя в руках. Иначе…

Иначе случится то, чего я так боюсь.

Губы Роберта впиваются в мои. И я не могу отстраниться. Он держит меня крепко. Но и я не сопротивляюсь.

Просто потому что больше нет сил. Мне надоело бегать и скрывать все свои чувства в себе.

Пора признаться, что я его не забыла. И что самое ужасное — не забуду никогда. Тем более, что у нас растет сын, о котором он не должен знать. Иначе все поддет прахом.

Он целует меня нежно и страстно. Его руки уже начинают шарить по моему телу и искать, где расстегивается рубашка. По телу пробегают мурашки, как только он просовывает руку под футболку.

— Змей, не надо, — прошу я, когда он отрывается от меня и сбрасывает рубаху на пол.

— Агата, хватит обманывать и себя, и меня. Мы оба понимаем, чего хотим. Просто расслабься. И забудь обо всем!

— Не могу, — тихо произношу я. Хотя очень хочется все забыть и вычеркнуть из жизни эти годы. И стереть из памяти тот день навсегда.

— Агата, поверь, иначе я не мог поступить.

Джемпер Змея падает вниз, а следом и его футболка. Мы стоим с обнаженными торсами и смотрим друг на друга. Его руки нежно гладят мою спину. И организм уже готов сдаться.

Но так нельзя.

Он снова прикасается к губам. Я же пытаюсь отстраниться.

— Агата, не сопротивляйся! Просто отключи мозг. Позволь себе получить удовольствие.

— Не могу, — тут же отвечаю я.

Его руки расстегивает бюстгальтер. Губы нежно ласкают мою шею и опускаются к груди. Желание бурлит во мне еще сильнее. И я понимаю, что устоять не смогу.

А может к черту?!

Роберт прав?

Не стоит издеваться над собой.

Мои руки начинают гладить его спину. Он хватает меня на руки и несет в комнату.

— А как же ужин? — задыхаясь, произношу я.

— К черту ужин! Я столько лет ждал этого момента.

И наши языки снова сплетаются в страстном поцелуе. Он опускает меня на кровать и стягивает джинсы.

Все, дорогая, обратной дороги нет.

Глава 25

Действительно. Обратной дороги нет. Мы лежим на кровати и тяжело дышим.

Да, не смогла я устоять. Не смогла. И воспоминания тут же волной накатывают на меня. Причем не те, в которых я была счастлива. А те, когда он меня бросил и оставил одну на все эти годы.

— Агата, ты должна меня простить, — шепчет он мне, снова наклоняясь к лицу. Я хочу увернуться, но не могу. Какая-то странная сила удерживает меня на месте. И подталкивает к нему.

Только зачем? Мы все равно не будем вместе. А это всего лишь минутная слабость. Или даже страх от неизвестности. Страх за свою жизнь и за жизнь моей семьи. Ведь ничего непонятно, что готовит мне этот псих? И сможет его поймать Змей — неизвестно.

— Я ничего тебе не должна. У нас все закончилось почти шесть лет назад.

— Агата, не ври себе. Я сейчас все видел и чувствовал. Можешь отрицать сколько угодно, но ты меня не забыла. И то, что не можешь простить, говорит о твоих чувствах ко мне.

Переубеждать его не хочу. Все равно бесполезно. Пусть думает так, как ему нравится. Но нам не быть вместе, хотя бы потому, что у меня сын, о котором он знать не должен.

— Агата, просто знай, что я тебя люблю.

Мое сердце вздрагивает от его признания. Раньше я была бы счастлива, но теперь я не могу испытывать такие чувства. Он их похоронил в том ресторане. А теперь пытается вернуть меня к жизни?

Не поздно ли он спохватился?

Я выдыхаю. Внутри все сжимается. Прикосновение его рук сводит меня с ума. Хочу, чтобы он поцеловал меня, но сопротивляюсь собственным чувствам.

Змей, похоже, все чувствует. Он притягивает меня к себе и нежно прикасается к губам. И меня снова уносит в какие-то дали. Путешествие в космосе чувств дает возможность забыть обо всем. Я даже теряюсь во времени.

Змей всегда мог добиться того, чтобы я не ощущала реальности. Как ему это удается?

***

Утром мне становится как-то неудобно. Бурная ночь дала о себе знать. Но совесть моя продолжает грызть изнутри.

А может наплевать на нее? Счастье важнее и дороже? И так шесть лет провела, старательно уничтожая в себе все эти чувства.

Змей приносит мне кофе и бутерброды.

— Съешь, а то бледная вся.

Я покорно принимаю от него поднос и с аппетитом поглощаю бутерброды. Он же удаляется в другую комнату. Слышу, как с кем-то разговаривает по телефону, но слов не разобрать. Пока он занят, я хватаю свой новый телефон и звоню маме.

— Мамуль, как вы? Как Митенька? Все хорошо?

— Да, не переживай. Ведет себя хорошо, но очень скучает, спрашивает, когда ты приедешь? Дочь, что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает она меня.

Я напрягаюсь. Вот что сказать? Что ответить? Не говорить же правду? Но надо как-то предупредить, чтобы они были осторожны. Я делаю глубокий вдох-выдох.

— Мам, в ближайшее время я не смогу приехать к вам. Но вам необходимо оставаться на месте и по возможности не оставляй Митьку одного ни где.

— Что происходит? — уже серьезно спрашивает она.

— Я не могу тебе всего рассказать, но есть некоторые обстоятельства, которые мешают мне приехать к вам. И потом, послушай меня. Это важно. Никуда не отпускай Митьку, и не оставляй его одного.

— Агата, ты должна сказать мне, что случилось! — уже требует мама.

Да что ж такое?! Ее нельзя пугать, нельзя, чтобы она переживала за меня, за Митьку.

— Мам, тут такое дело. Змей вернулся. То есть Роберт, — поправляю я себя. В трубке повисает молчание.