Тепла хватит на всех 2 (СИ) - Котов Сергей - Страница 49

«Что с анализом цели?» — мысленно спросил я, активируя «Буран» и выдвигаясь на место.

«Мне нужен доступ к мощностям „Севера“, — ответил Вася. — Сам долго считать буду. Пока что не могу определить».

«Мы в зоне приёма?» — уточнил я.

«Да, приём уверенный через сеть зондов».

«Добро. Отправляй!», — согласился я.

Я, конечно, понимал, что эти дети, возможно, даже не люди. Но всё равно психологически было очень тяжело. Способность причинить вред ребёнку была той самой красной чертой, за которую я никогда не заходил. Больше того, я считал, что именно это отделяет добро от зла.

Несколько раз промахнувшись, я перевёл «летающие лезвия» в автоматический режим, указав приоритетные области поражения на схеме. Дело пошло лучше: один за другим существа, замаскированные под детей, выходили из строя.

Однако с десяток всё-таки сумели пробраться непосредственно в здание, где находился реактор. Среди охраны были новые потери. Убивали это недоросли-диверсанты на удивление профессионально и совершенно безжалостно.

«Есть данные анализа!» — воскликнул Вася, когда мы уже подбегали внутри модуля к периметру станции. Я не выходил из невидимого режима — только время потеряю на лишние согласования с остатками охраны.

«Ну?» — нетерпеливо спросил я, размышляя, как быть дальше. Внутри корпуса сам модуль задействовать бессмысленно. Разве что для того, чтоб разрушить все переборки, перекрытия, снести пару несущих конструкций и необратимо повредить важные коммуникации.

«Смотри, эта схема игольчатого реактора, — Вася вызвал перед моим взглядом цветное изображение, на котором находилась фигура, напоминающего морского ежа с многочисленными иголками. — Тут не используются стержни-замедлители. Вместо этого меняется пространственная конфигурация ТВЭЛов. Видишь? ТВЭЛы-стержни сближаются на минимальном внутреннем объёме, формируя цилиндрические кластеры. Вообще это чистая математика. На Земле до этого раньше не додумались, потому что у нас лишь недавно доказали гипотезу Какея для трёхмерного множества».

Я нахмурился, выуживая из памяти полузабытые знания по математике. Гипотеза Какея… что-то знакомое. Ах, да! Знаменитая задача про иголку, которую можно развернуть на неограниченно маленькой площади!

«Такая схема чуть сложнее технически, но зато более безопасна и эффективна, — продолжал Вася. — До этого я моделировал режимы работы реактора, которые могли бы вызвать катастрофу, но у меня ничего не получалось! Система безопасности слишком совершенна! А потом я подумал про математику, и….»

Вася прервался. Изображение изменилось. «Иголки»-ТВЭЛы внутри реактора встопорщились особым образом, формируя что-то вроде множества пересекающихся цилиндров, потом разбились на кластеры и замерли в виде сложной звёздчатой конструкции.

«Вот! — торжественным голосом сказал Вася. — Видишь?»

«Что именно я вижу?» — немного растеряно спросил я, отвлекаясь на данные от дронов, отображающихся на тактическом дисплее. Согласно им, передовой отряд детишек уже подходил к помещению, в котором даже без подсказок легко можно было опознать главный пункт управления реактором.

«Это четырёхмерная фигура, не имеющая объёма в четвёртом измерении, — ответил Вася. — Ещё один способ „пробить“ границу нашей браны».

«Поясни», — попросил я. Времени размышлять над абстракциями совсем не было — счёт шёл на минуты. Шустрые мальцы приноровились сбивать кинетические дроны пулями. Даже не представляю, какая для этого нужна реакция и глазомер — но факт. А это, блин, было больно!

«Способ, которым ты попал сюда, рассчитан на просчёте момента импульса в четырёхмерной системе, — сказал Вася. — Это можно сравнить с катапультой, которая не может работать вблизи мощного источника гравитационных искажений. А то, что ты видишь сейчас — это стационарная вышка. Или трамплин. Куда более стабильная. Больше того: наполненная под завязку энергией, которую можно использовать буквально для чего угодно! Например, для передвижения за пределами браны чего-то массивного. Оно может втянуть в нашу реальность проекции того, что находится с той стороны. Понимаешь?»

Я понимал. И мне совершенно это не понравилось.

Активировав индивидуальный комплект, я домчал внутри «Бурана» до входа в корпус. Потом, по-прежнему в невидимом режиме, рванул внутрь, ориентируясь на данные с дронов.

До пульта управления добежали четверо. Они успели снять одного дежурного техника — я опять замешкался с кинетическим дроном, глядя на детское лицо безжалостного убийцы. Потом я всё-таки подрезал ему сухожилия, и он рухнул на пол. Но продолжал ползти к пульту и вести огонь. При этом с задорной мальчишеской улыбкой на физиономии.

Я успел тогда, когда да пацана уже начали ковыряться возле пульта. Нет, никакой суперсилы, кроме реакции и отсутствия тормозов у них не оказалось. Так что я легко скрутил обоих. Нейтрализовал оставшегося одного, который, похоже, был предводителем.

— Дяденька, не убивайте! — взмолился один из пленников, брыкаясь у меня подмышкой. — Мы просто хотим всех спасти!

— Молчать! — ледяным тоном сказал я, глядя на труп одного из техников.

Пацан захныкал. Я не обращал на этот спектакль никакого внимания.

Я вышел из невидимого режима, чтобы на меня обратили внимание оставшиеся техники, жавшиеся в углу помещения с ужасом глядя на происходящее.

— Проверьте, что они успели наворотить, — сказал я, обращаясь к ним.

Одна из дежурных, симпатичная девушка с длинными белыми волосами первая ответила на мой вопрос. При этом почему-то густо покраснев.

— Я проверю… вы… удержите их?

— Да, не беспокойтесь.

— А других в коридоре нет? — она с опаской посмотрела в сторону входа.

— Нет. Точно.

Девушка поднялась и проследовала к пульту, стараясь не глядеть в мою сторону. Только теперь я сообразил, что, сняв невидимость, оставил себя совершенно голым. Тут же открыв настройки, я изменил цвет нижней части индивидуального комплекта на чёрный.

— Ничего страшного, — сказал девушка через минуту. — Они зачем-то слегка изменили базовую конфигурацию.

— Можете вернуть нормальную? — спросил я.

— Уже вернула.

Теперь девушка смотрела прямо на меня. Испуг и замешательство в её глазах смешивались с явным интересом. Кстати, она была симпатичной и, возможно, у нас что-то могло бы получиться… вот только с этими мелкими надо что-то решить!

С помощью дронов я видел, что даже те из них, кого я обездвижил, подрезав сухожилия, продолжали огрызаться. Ещё несколько подоспевших сотрудников СБ пострадали, когда пытались их взять. Но потом парни сообразили, что к чему, и начали действовать более жёстко.

— Спасибо, — кивнул я. После чего вышел из помещения, утаскивая с собой четверых мелких засранцев.

Ринэл собрал совещание под утро. Из окна его кабинета было видно, как на западе над лесом уже пробиваются первые лучи Эйлаан.

— Так ты говоришь, они могли кого-то к нам, так сказать, притащить? — спросил он, глядя наружу и скрестив руки за спиной.

— Уверен, это было основной задачей.

— Мы проверили всех взрослых… но даже не думали протестировать детей! — вздохнул глава «Зелёной звезды». — Что ж, они отлично знают наши слабости.

— Очень странный план… я не понимаю логику! — вмешалась присутствующая на совещании Лаймиэ.

— Тейдан говорил, что большую часть пути ты провела с этими детьми. И как, ничего не заподозрила? — спросил Ринэл.

— Дети как дети, — вздохнула Лаймиэ. — С поправкой на все обстоятельства. Да, я замечала некоторые странности, но списывала их на шок, потерю родных и прочее…

— Они знают наши слабости… — повторил Ринэл.

— Что с пленниками? — спросил я, глядя на Айтена. — Удалось что-то выяснить?

— Как обычно в такой ситуации, — ответил он. — Только эти вначале канючат, изображают из себя настоящих детей. А когда это не срабатывает — просто отключаются. Мы оставили несколько во больнице. Наблюдаем. Они пытаются воздействовать психологически на персонал, но мы это предвидели, там сейчас только очень подготовленные люди.