Некромант Империи. Том 4 (СИ) - Гримкор Иван - Страница 43

— Итак, — Велимир скрестил руки на груди. — Позволь мне быть прямолинейным, Дмитрий. Я предлагаю тебе присоединиться к нам. Объединить усилия, чтобы вернуть некромантам былое величие!

Он сделал широкий жест рукой:

— Представь — империя, где некромантия не запрещена, а почитаема! Где мертвые и живые существуют бок о бок, под руководством просвещенных магов, таких как мы!

Я смотрел на него, на всю эту жуткую компанию, и в голове созревал ответ.

— Звучит впечатляюще, — начал я, тщательно подбирая слова. — Но есть одна проблема, уважаемый Велимир. Мир без живых перестает быть миром.

Я сделал паузу, давая словам вес.

— Жизнь и смерть — это баланс. Сила некромантии велика, я это признаю. Но используйте ее как инструмент, а не как самоцель. Постройте мост между жизнью и смертью, а не стену. Иначе вы просто обменяете один запрет на другой — запрет на жизнь.

Лицо Велимира потемнело. Было видно, что мои слова ему не по нраву. Но затем он неожиданно рассмеялся.

— Какая страсть! Какое красноречие! — он хлопнул в ладоши. — Я знал, что ты особенный чертяка, Дмитрий Волконский!

Его взгляд стал хитрым:

— Но знаешь что? Возможно, ты просто недостаточно мотивирован. Возможно, тебе нужен… стимул.

Он щелкнул пальцами, и двери в дальнем конце кабинета распахнулись. Двое слуг-нежити вкатили тележку, на которой лежало тело. Полуобнаженное, без сознания, но, несомненно, живое.

Я узнал его мгновенно — дядя Анатолий.

— Вот, — с торжествующей улыбкой произнес Велимир. — Подарок для тебя, мальчик мой. Думаю, теперь ты можешь пересмотреть свою позицию…

Глава 12

Я смотрел на дядю, распростёртого на тележке. Анатолий выглядел паршиво — бледный, с синяками под глазами. Жив, но едва-едва. Его грудь медленно поднималась и опускалась.

— Ну как, хорош подарочек? — Велимир потёр руки. — Сей супостат доставил тебе немало хлопот, а? Зрю по глазам твоим — давненько мечталось ему отомстить.

Я медленно подошёл к тележке. Шаг. Второй. Третий.

— Что ты с ним сделал? — спросил я, не отрывая взгляда от его лица.

— Вложил стержень свой, — с гордостью ответил Велимир, поглаживая бороду. — Теперича сия тушка моя, хоть вприсядку пляши, хоть на голове стоять веляй — всё исполнит. — Старик хохотнул.

Мои пальцы коснулись запястья дяди. Прохладное, почти холодное. Слабый пульс, едва ощутимый. Я прикрыл глаза, погружаясь в его тело своим сознанием.

И вот оно — чужеродный стержень, вплавленный прямо в сердце.

— Трогательная картина, родственная встреча, — прокряхтел Велимир, довольный произведённым эффектом. — Стало быть, по рукам бьём? Ты станешь моим вассалом, а я тебе сего голубчика отдаю. Будет тебе верным псом до конца своих… а какой конец у нежити? Вечность она и есть вечность!

Я проигнорировал его болтовню, сосредоточившись на стержне. Вытащить его напрямую? Стержень слишком глубоко интегрирован.

Медленно я начал отслеживать каждую нить, каждое ответвление.

— Не получится, дражайший, — будто прочитав мои мысли, вмешался Велимир. — Изъять мой стержень — всё одно что печень вырвать. Помрёт твой дядюшка.

— Ну и ладно, — усмехнулся Костя за моей спиной. — Подумаешь, урод помрёт.

Я улыбнулся, не оборачиваясь. Затем медленно повернул голову и взглянул на Велимира через плечо. В глазах старика мелькнуло недоумение.

Теперь мой план был ясен. Не изъять — заместить.

Мои пальцы еле заметно засветились, пока я собирал силу. Не так, как в бою — сейчас требовалась предельная точность. Я начал аккуратно просачивать свою энергию внутрь, параллельно стержню некроманта.

Каждую секунду я ожидал сопротивления, реакции стержня на вторжение, но ничего не происходило. Моя энергия текла свободно, огибая чужую структуру. По крупицам, по каплям я встраивал свою силу рядом с силой Велимира.

— Ась? Ты чегой-то удумал? — подозрительно спросил некромант. — Эдак ты только ухудшишь…

Слишком поздно. Когда моя структура была полностью создана, я резко активировал способности. Как тогда, с Пушком и теми гулями. Только теперь я фокусировался не на всём теле, а конкретно на стержне Велимира.

Зелёные нити задрожали, начали распадаться, превращаясь в светящуюся пыль, которая тут же исчезала. Мой собственный стержень тем временем укреплялся, заполняя освободившиеся пустоты.

Анатолий дёрнулся. Выгнулся дугой, хрипя и закатывая глаза. Несколько долгих, страшных секунд… и затих. Обмяк, безжизненно падая на тележку.

По комнате прокатился шёпот. Кто-то из некромантов ахнул. Велимир застыл с отвисшей челюстью.

— Етить… — выдохнул он. — Да как⁈

Но я уже действовал. Теперь, когда стержень Велимира был полностью уничтожен, я мог контролировать процесс. Мой стержень разветвился, проникая в каждую клетку, восстанавливая связи, возрождая нервные импульсы.

Глаза Анатолия распахнулись. В них не было ни ужаса, ни боли — только ясное осознание. Он сел на тележке. Я сохранил его разум, его воспоминания. Он остался собой — только теперь полностью под моим контролем.

— Здравствуй, дядюшка, — произнёс я с улыбкой. — Давно не виделись.

— Какого… — Велимир смотрел на меня, как на призрака. — Ты… ты ж мой стержень испарил! Как⁈

Я повернулся к некромантам. Никто из них не шевелился. Все застыли, будто громом поражённые.

— Теперь он мой, — сказал я, выпрямляясь. — Мой подконтрольный. Может, он и редкостный урод, но только мне позволено управлять членами моей семьи и делать из них… что бы то ни было.

Велимир почесал бороду, бормоча что-то невнятное. Затем прокряхтел:

— Да как же ты, чертяка, это сделал-то? Что ты за зверь такой?

Я снова проигнорировал вопрос. Вместо ответа церемонно склонил голову в лёгком поклоне:

— Благодарю за подарок, уважаемый Велимир. Но мы с дядей хотели бы немного… уединиться. Есть семейные дела, требующие обсуждения.

Некромант ещё секунду смотрел на меня, затем неожиданно расхохотался:

— Ай да щегол! — он хлопнул себя по колену. — Ладно, иди. Вторая дверь налево по коридору — гостевые покои. Там и поговорите.

Я кивнул Косте:

— Хватай телегу. Поехали.

Костя послушно взялся за ручки тележки, и мы направились в гостевые покои. Дверь за нами закрылась. Костя молча вёз тележку с дядей, который сидел неподвижно, глядя в одну точку. Похоже, первоначальный шок от произошедшего начал настигать его — глаза расширились, на лбу выступила испарина.

— Так-так-так, — протянул я, когда мы оказались в гостевых покоях. — Ну что, дядюшка, удобно устроился?

— Костя, будь добр, постой у входа. — сказал я, не оборачиваясь.

Костя ухмыльнулся, кивнул и занял позицию у двери, скрестив руки на груди.

— Ну что, Анатолий, как ощущения? — спросил я с нарочитой заботой в голосе. — Чувствуешь себя… особенным?

— Я… не могу… сопротивляться, ударить тебя. — выдавил он сквозь зубы. — Что ты со мной сделал?

— О, почти ничего, — я небрежно пожал плечами. — Просто переписал правила игры. Старого хозяина — того дедулю с бородой — вычеркнул, себя вписал. Но ты не переживай.

Я придвинул кресло и сел напротив него.

— Теперь ты ответишь на несколько моих вопросов. Очень подробно и, что самое главное, честно.

Дядя пытался ухмыльнуться.

— С чего бы мне… — начал он, но вдруг осёкся. — с-слушаюсь.

— Вот именно, — кивнул я. — С того, что теперь ты не можешь мне врать. Или не подчиняться. Интересное ощущение, правда? Наверное, непривычно.

Я откинулся в кресле.

— Итак, первый вопрос. Где деньги, Зин? — с наигранной строгостью спросил я, а затем рассмеялся. — Прости, не удержался. Где деньги, драгоценности, артефакты и ценные бумаги, которые ты украл у нашей семьи? Любезно предоставь адреса всех схронов и тайников.

Анатолий явно пытался сопротивляться. Его челюсти сжались, губы побелели от напряжения. Но затем, словно сдаваясь, он выдохнул и начал говорить. Монотонно, почти механически.