Мой темный принц (ЛП) - Шэн Л. Дж. - Страница 23

Я поморщилась, потирая лоб.

— Оливер.

— Что случилось? — Он суетился над моим лицом, разводя руки во все стороны, словно хотел дотронуться до него, но боялся, что сделает еще хуже. — Тебе больно? Нам нужно повернуть назад? Я знал, что они выписали тебя слишком рано. Давай вернемся. Знаешь что? Давай поедем в другую больницу. Я всегда ненавидел это место, а доктор Коэн - придурок. Есть один знакомый парень в Джонс Хопкинс. Он специализируется на всем, что связано с головой. Он сможет нам помочь, я обещаю. Если нет, мы можем...

Боже мой. Я никогда не видела его таким. Если бы я его не остановила, он бы продолжал говорить.

— Это не боль. — Я провела воображаемую линию между бровями. — Это морщина?

— Что?

— Морщина.

— На лбу? — Он отдернул мою руку и изучил мое лицо. — Нет, это красный след от того, что ты колола его каждые десять секунд.

— Какой сейчас год?

— Год? — повторил он.

— Сколько нам лет?

— Мне 34. А тебе 33.

— Но... — Я покачала головой. — Мне было всего пятнадцать.

Он откинулся на спинку сиденья, потрепав меня по волосам.

— О, черт.

— У меня даже месячных не было.

— О, черт, черт, черт, черт, черт, черт.

— Только вчера Мимо усадила меня и сказала, что мальчики засовывают свои пиписьки в мою пипиську, чтобы делать детей.

Его челюсть чуть не вывихнулась. Прошла секунда. Потом еще одна. И еще одна. Наконец он откинул голову назад и начал хохотать как маньяк, хлопая себя по лбу.

— Ты маленькое дерьмо.

— Пожалуйста, ты заслуживаешь гораздо большего дерьма за то, что использовал на мне массажеры простаты в форме козла. — Я оперлась плечом о сиденье и уставилась на него со смесью восторга и замешательства. Мы не были похожи друг на друга. И в то же время мне не было так комфортно, как рядом с ним. Я вздохнула. — Кстати, остынь. Со мной все в порядке. Я не собираюсь распадаться на части из-за того, что ты отвернулся на пять секунд. Следи за дорогой.

— Ты не понимаешь. Я думал, ты умерла той ночью. Или еще хуже.

— Есть что-то хуже смерти?

— Да, — подтвердил он, его голос был ровным.

В одно мгновение из машины исчезла радость. Я поплотнее натянула пышный кардиган, который подарил мне Оливер - рождественский подарок от некой Даллас, которая, судя по всему, была моей лучшей подругой, - и украдкой взглянула на него. Он крепко сжимал руль, машина стояла на парковке. Кончики пальцев чесались от желания разгладить морщинки между его бровями и убрать все, что случилось, что сделало его таким серьезным. Таким мрачным. Проблема была в том, что я не знала, что именно. Просто еще одно напоминание о том, что я потеряла. Каждое воспоминание, которое делало меня... мной.

Это неправда.

Я поймала свой взгляд в зеркале.

Ты все еще та, которая важна. Ты все еще милая, умная и сострадательная. Тебе не нужны воспоминания, чтобы быть той самой девушкой, которая неистово любила Оливера фон Бисмарка.

Чертовски сильно.

В конце концов, мое сердце имело большее значение, чем мой разум.

— Нам за тридцать, говоришь? — Я похлопала себя по лицу, изображая притворное благоговение перед зеркалом. — Должно быть, это ботокс. Черт, я хорошо старею. Как думаешь, когда у меня следующий прием?

Он ослабил хватку на руле и завел двигатель, с усмешкой покачивая головой.

— Я еще никогда не заботился о людях без памяти.

— У меня есть воспоминания. Я просто не помню последние десять лет или около того. — Я надулась, глядя на дорогу впереди. Мы жили в прекрасном месте - диком, с вечнозелеными деревьями, полями для гольфа, реками и озерами. — На самом деле, я только что вспомнила кое-что недавнее.

— О? — Олли приподнял бровь. — Поделись.

— Я вспомнила, как шила пару прозрачных стрингов незадолго до того, как ударилась головой.

— Так и есть. — Он усмехнулся. — Для фильма, над которым ты работала.

— Почему в прошедшем времени? — Я нахмурилась. — Я собираюсь вернуться, как только смогу.

Олли сглотнул.

— Обнимашка, они... нашли замену.

— Что? — Я чуть не подскочила со своего места. — Они не могут так поступить со мной. Мне нужно вернуться. Это поможет мне вспомнить.

— Тебе нужно отдохнуть. — Он похлопал меня по бедру, и меня пронзила волна желания. — И задавай много вопросов.

— Хорошо. Какая моя любимая поза в сексе? — спросила я.

— Обратная наездница, когда я управляю тяжелой техникой.

Это меня рассмешило. Теперь это было больше похоже на Олли, которого я знала. Страстный. Увлеченный. Настоящий.

— Мы когда-нибудь...

— Когда-нибудь...?

— Шестьдесят девять?

Он сделал двойную попытку.

— Повтори?

— Кончить еще раз или повторить еще раз? Неважно (игра слов: Cum again и come again). Мне просто интересно, что будет, если я случайно укушу тебя за член, когда кончу. — Я покачала головой, забавляясь его автоматическим вздрагиванием. — Идем дальше. Где самое безумное место, где мы когда-либо занимались сексом?

— Хм. — Он погладил подбородок, обдумывая вопрос. По призраку улыбки, растянувшей его губы, я поняла, что мест на выбор было много. — Версальский дворец, наверное.

Я подавилась еще одним глотком воды.

— Боже мой, мы что, были пьяны?

— Трезвы, как злой, только что реабилитированный дядя на рождественском ужине. — Он покачал головой. — Даже в садах этого не делал. Прямо на троне.

Я закрыла лицо обеими ладонями, мои уши покраснели, как индейка на День благодарения.

— Ты лжешь.

— Не-ет. — Он протянул на букву «Е». — Я также продержался с тобой сорок минут.

— Теперь я знаю, что ты врешь.

— Ладно, я соврал. — Он сделал паузу. — Я продержался пятьдесят минут, а не сорок.

Я рассмеялась. Он тоже засмеялся. И на крошечную, мимолетную секунду мы снова были собой. Что бы это ни было.

Оливер свернул направо, на широкую, обсаженную деревьями дорогу. Прошла добрая миля, прежде чем мы добрались до огромного тупика. С каждой стороны от него отходило по два особняка на бесконечных подъездных дорожках, а в центре возвышался третий особняк, стоявший в холме, который возвышался над остальными. Дома возвышались, как три короля, подавляя своими размерами и архитектурой. Ничто в этом виде не казалось знакомым.

— Это Дорога Темного Принца. — Оливер постучал ногой по педали газа, наконец-то перейдя на более быстрый темп езды. — Моя - направо. Там есть свое озеро. Ну, это скорее залив, который впадает в Потомак. Тебе понравится.

Я прочистила горло, гадая, когда же оно высохнет.

— Ты имеешь в виду наше.

— Что? — Он повернулся ко мне, смущенный. — О, да. Наше. Прости.

У меня в животе завязался маленький узелок. Я отмахнулась от него, впитывая в себя впечатления от дома.

— Это тот дом, который отец купил тебе после того, как провел год в командировке?

— Ты помнишь это?

— Да. Я помню, что у тебя была лошадь.

— Она в конюшне на заднем дворе. Теперь у меня их две. Усэйн Кольт и Эл Капони.

Я хихикнула в рукав.

— Один для меня, а другой для тебя?

Он припарковался рядом с римской статуей на выложенном золотым кирпичом автодроме, бросил тоскливый взгляд на окна южного крыла своего особняка и тяжело сглотнул.

— Да. Может, я как-нибудь научу тебя ездить верхом на Усэйне Кольте.

— У меня есть лошадь, а я так и не научилась ездить верхом?

— Хочешь верь, хочешь нет, но ты не во всем лучшая.

Я надула губы.

— Это не то, что я помню.

Он отстегнул мой ремень безопасности, обогнул машину и открыл мне дверь. Я приняла его руку, покачиваясь от последних порывов зимнего ветра. Пышные сады обрамляли возвышающийся каменный фасад поместья. Шпили и дымовые трубы пронзали небо. По витиеватым колоннам, обрамляющим двойные двери, полз плющ.

Он жил в замке.

Мы жили в замке.

— Добро пожаловать домой, Обнимашка.

Но это совсем не было похоже на дом.

По непонятной причине он казался чьей-то позолоченной тюрьмой.