"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 432

Алексея холодный пот прошиб, когда он подумал, что это – брандеры! Что сами корабли превращены в огромные бомбы. Тогда планета может не выдержать и расколоться.

– Внимание всем! – снова заговорил искин. – Рейдеры выбросили по несколько тысяч мелких капсул. Что в них – неизвестно! По моим предположениям – бактериологическое оружие.

– Ой, бля… – не сдержался Соргин.

– Один из рейдеров после выброса капсул настигнут и уничтожен «Петером Кораблестроителем»! Второй преследуют истребители, он пытается оторваться и выйти из атмосферы. Их пилоты готовы идти на таран.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Ж-живыми б-рать… – голос императора срывался от ярости, он забыл о перегрузках, даже попытался встать, но не смог. – Ж-живым-ми…

В этот момент перегрузки спали, и Алексей тут же поднялся на ноги.

– Капсулы! – рявкнул он. – Пусть капсулы уничтожают!!!

– Истребители ничего не смогут сделать, капсул тысячи! – возразил искин. – Единственный выход – это прожарка верхних слоев атмосферы плазменными орудиями имперских крейсеров, такими больше никто не обладает. Но это крайне опасно – климат восстановить будет очень сложно.

– Если люди выживут – восстановим!!! – отмахнулся император. – Всем крейсерам немедленно приступить к прожарке атмосферы! Истребителям взять хотя бы по одной капсуле на борт – мы должны знать, с чем имеем дело! Но пусть будут предельно осторожны. На планете в зоне выброса капсул объявить жесткий карантин! Всем скоростным кораблям преследовать рейдер! Повторяю – брать только живыми!!! Их состояние при этом меня не волнует!!! Главное, чтобы говорить могли!!!

Соргин побелел – он и представить себе не мог обычно выдержанного Алесия II в такой ярости. Он лично, на месте членов команды рейдера, предпочел бы застрелиться, но не встречаться с императором.

Капитан Беккет довольно ухмылялся – росские варвары ничего не сумели противопоставить его атаке, пусть теперь дохнут. Авось им станет не до того, чтобы Торвен атаковать. Ишь, обнаглели – осмелились национализировать принадлежащее торвенцам имущество, а затем еще и уничтожить объединенный флот, пришедший с миротворческой миссией, чтобы восстановить демократию и должный порядок. Он сам потерял немало денег, поскольку вложил в акции росских оружейных концернов практически все свои сбережения. Зато теперь Беккет до конца жизни мог не работать – за эту миссию заплатили столько, что и внукам на безбедную жизнь хватит. В предвкушении отдыха на лучшем курорте Торвена он сладко прищурился – теперь лучшие девочки будут в его распоряжении, они падки на деньги, тем более, на большие деньги.

Он окинул взглядом остальных четверых из команды и осклабился – они еще не знают, что их гонорар повысился вдвое, поскольку второй рейдер уничтожен. Напоролся на один из этих кошмарных имперских крейсеров. А вот он не напорется! Из атмосферы уже вышли – приставшие, как блохи к собаки, истребители куда-то исчезли. Беккета ни в малейшей степени не интересовало куда – не мешают, и ладно. Оружия-то на борту почти нет, все сняли, чтобы побольше капсул загрузить.

– Джонни, – обратился он к первому пилоту, – вывози нас!

– О'кэй, кэп! – тот осклабился и свел пальцы в кольцо. – Только разогнаться надо, у нас скорость для входа в гипер маловата.

– Разгоняйся, давай, и побыстрее – к красивой жизни летишь.

Рейдер покинул пределы атмосферы и рванулся в открытый космос.

– Фак ю-ю-ю!!! – заставил капитана подпрыгнуть отчаянный вопль пилота.

В кают-компании ларатского корвета «Несущийся» собралась теплая, похмельная компания – еще два месяца назад встреча в таком составе была бы попросту невозможна. Ларатский экипаж принимал взвод синтарских десантников. Те принесли с собой свой знаменитый на все скопление виски «Генерал Ро-Кирх», ларатцы, понятно, в долгу не остались, достав из личных запасов, кто что мог. Приняли вчера на грудь от души, поэтому сейчас все выглядели несколько помятыми.

Однако спокойно выпить второй, по гвардейскому обычаю, тост за здоровье императора, им не дали. Взревели сигналы экстренной боевой тревоги, и из динамиков раздался наполненный бешеной яростью голос того, за чье здоровье они собрались пить.

– Брать живыми? – задумчиво произнес синтарский лейтенант ди Онгар. – А что вообще произошло? Что за капсулы, блин?

– Мы ближе всех!!! – невпопад ответил капитан корвета Орвич. – Всем по местам! Срочный старт! На форсаже!

– Значит, брать нам, – констатировал синтарец. – Десантные скафандры найдутся?

– Только обычные, – развел руками Орвич.

– Ничего, с карханской сволочью мы и в обычных справимся, плазмеры, благо, с собой, – осклабился лейтенант.

– Не забывайте, что они нужны императору живыми, – скептически посмотрел на него ларатец.

– Живыми будут, а остальное – как выйдет.

– О, Господи!!! – внезапно задохнулся офицер связи. – Эти твари засыпали Росс бактериологическими бомбами!!!

– Ч-чего?.. – голос синтарца сделался свистящим. – Что ж, говорить они смогут. Но не более того…

Он повернулся к своему взводу и скомандовал побледневшим от гнева бойцам:

– К бою, ребята! Проверьте снаряжение.

Синтарцы, словно призраки, молча выскользнули из кают-компании, а ларатцы поежились при виде выражения их лиц, хоть и сами пребывали в ярости. Очень повезло, что эти ребята были на борту, иначе идти на абордаж пришлось бы им, а они в этом не профессионалы, могли и напортачить. Скорее всего перестреляли бы карханцев по ходу боя. А эти действительно живыми возьмут, тут даже сомнений нет. Правда о том, в каком виде, не хотелось даже думать. Не хотел бы капитан оказаться на месте кого-то из экипажа рейдера.

– Чего орешь? – с недоумением повернулся к пилоту капитан.

– Сам на экран локатора погляди! – огрызнулся тот, лихорадочно выстукивая что-то на пульте. – Мы окружены со всех сторон, куда ни ткнись, а разогнаться не успеем – раньше перехватят.

Беккет покрылся холодным потом и уставился на тактическую сферу. А прав Джонни, некуда уходить. Хотя… Вон там просвет между двумя корветами, можно попробовать проскочить. Хоть бы полминуты на набор скорости – и ищи-свищи их в глубоком гипере. Оттуда даже фаргосцы не вытащат. Капитан передал пилоту координаты, тот обрадованно кивнул и бросил рейдер в просвет, набирая скорость.

Однако вскоре выяснилось, что это была ловушка. Не успел корабль разогнаться и наполовину для входа в гипер, как два корвета перекрыли ему путь, а еще один подошел сзади и сравнял скорости. А затем что-то грохнуло по поверхности корабля.

– О, май год!!! – взвизгнул пилот, на его лице выступили от ужаса крупные капли пота. – Абордаж!!!

– Не дрейфь, откупимся, – бросил скривившийся от необходимости расставаться с деньгами капитан. – Откупимся.

Поскольку на корвете не имелось абордажного оборудования, пришлось десантироваться прямо из грузового люка, который ларатский капитан подогнал на каких-то двадцать метров к поверхности карханского рейдера. Синтарцы про себя подивились мастерству пилота и поблагодарили его. А затем четко, как на учениях, выскользнули в открытый космос и при помощи импульсных пистолетов направились к рейдеру. Оказавшись на его поверхности, десантники переместились к одному из люков и активизировали пиропатроны, за две минуты выжегшие люк. Оказавшись внутри шлюза, они быстро запечатали рваное отверстие временной заплатой и, дождавшись, пока восстановится атмосфера, открыли внутренний люк и ворвались в него.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Никакого сопротивления, к досаде десантников, им не оказали. Команда встретила абордажников в рубке с поднятыми руками, сбившись в кучу у дальней от входа стены.

– Кто капитан? – пролаял на карханском ди Онгар.

– Я… – выступил вперед лысый коротышка. – Капитан Беккет…

Беккет с ужасом смотрел на ворвавшихся в рубку громил в скафандрах и молил про себя Бога, чтобы удалось договориться. Однако почему-то он начал в этом сомневаться, хотя сам себе не мог объяснить почему. Когда один из абордажников потребовал капитана, он выступил вперед и назвался. А затем елейным тоном сказал: