"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 504

Поведав Альне о своих подозрениях, Морис подключил питающий элемент, и на пульте загорелись бесчисленные огоньки. Как только операционная система загрузилась, на стенном экране появилась широко улыбающаяся физиономия Ленни.

— Здравствуй, дорогая! — радостно выдохнул он. — Я уверен, что ты здесь. Если не так, то я плохо тебя знаю…

— Хорошо!.. — сквозь зубы прошипела Альна. — Ну ты только попадись мне, только попадись…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я тоже тебя люблю, — продолжил принц. — К сожалению, свадебный подарок оказался весьма шустрым, бегает хорошо. Но я его все равно поймаю, вот! Позже. А сейчас… — С лица юноши сползла улыбка, оно стало предельно серьезным, таким его видел мало кто и когда. — Ребята, дело вот в чем. Вы, наверное, уже в курсе, что я вышел на хозяев карханцев, настоящих хозяев. Это они виноваты во всем. И их надо вывести на чистую воду. Они думали, я не пойму, что здесь ловушка. Я все прекрасно понимал, я в нее спецом сунулся. Зато вы сможете их теперь выследить.

Он хитро ухмыльнулся, почесал затылок и показал на стенной шкафчик:

— Там в половине буханки хлеба спрятан инфокристалл, на котором записаны определенного рода сигналы. Их надо будет отслеживать на указанной волне. Дело в том, что я отправляюсь на корабль хозяев не пустым, а с зараженными полиморфным саморазвивающимся вирусом микророботами, которые заразят любой компьютер, оказавшийся в зоне их досягаемости. Код блокировки вируса находится на том же кристалле. Этот вирус крайне интересен, я его уже несколько лет разрабатываю. Он практически разумен, обнаружить его не сумеет ни один искин, кроме искина БК, и то не уверен. Что делает этот вирус? Он внедряется во все доступные сети, оставаясь при этом незаметным, и перехватывает контроль. Однако внешне все работает, как прежде. Пока я не дам команду или пока не пройдет определенного времени. Например, микророботы активируются в случае, если в течение двадцати минут я не введу определенный код в свой пад. И тогда они заразят все, что способно передавать информацию. Ой, я ж самое важное не сказал! Вирус будет отовсюду, определив свои координаты, передавать их под видом помех с любого гиперпередатчика, до которого доберется. Программа дешифровки тоже на кристалле. Короче, отдайте кристалл Джипу, он сам разберется, чтобы мне не объяснять вам полдня! Ладно, пока всем! Любимая, целую тебя!

Он передал в пространство воздушный поцелуй, и экран погас.

— В своем репертуаре… — тяжело вздохнула Альна. — Ну что за неугомонный оболтус?..

Она покачала головой, подошла к указанному шкафчику, достала оттуда смерзшуюся половину буханки хлеба. С некоторым трудом разломила и вытащила оттуда матовый кристалл. Видимо, похитителям в головы не пришло искать что-либо в таком месте.

— Что с кораблем? — поинтересовался Морис. — Нам бы такой пригодился для группы, не пришлось бы на каждое задание что-то новое выпрашивать.

— Оставим маяк, на обратном пути подберем, сейчас не до него, — отмахнулась Альна. — Двинули. Надо разобраться с кристаллом и слушать эфир, может, будут сигналы от этого его вируса. Тогда хоть поймем куда дальше лететь…

— Я думаю, что стоит выдвигаться к Орисану, — заметил Владек. — Помнишь, что говорил координатор?

— Позже, — тяжело вздохнула капитан. — Возвращаемся. Надо передать кристалл, да и запись в контору.

Примерно через полчаса альфа-корвет развернулся, взяв курс на Гервайн, разогнался и скрылся в гиперпространстве.

Синтия носилась по скудно обставленной гостиной и проклинала все на свете, а в первую очередь — собственную глупость. Додумалась тоже, с кем связываться! Они среагировали на шантаж совсем не так, как она ожидала. Нет, убежище беглой владелице «заводов, газет, пароходов» предоставили. Но что это было за убежище! Четыре комнаты, в которых почти не было мебели, не говоря уже о привычных Синтии вещах, сильно облегчающих быт. Даже холодильника не было! Впрочем, класть в него, даже если бы и был, тоже нечего. Кормили два раза в сутки безвкусной белковой пастой. Спать приходилось на тонкой подстилке, брошенной на что-то напоминающее жесткий медицинский топчан. О каких-либо развлечениях даже речи не шло. По просьбе гостьи поставили терминал инфосети, но в их сети не было ничего, кроме технических справочников, которые ей были интересны столь же, сколь основы гуманизма. Поговорить было не с кем — Синтию держали взаперти какие-то подобия людей, похожих скорее на роботов — никаких эмоций они не проявляли, говорили что-либо только по делу и предельно лаконично. На ее крики и скандалы не обращали никакого внимания. Единственно, требовали ежедневно отправлять сигнал, не получив которого ее люди слили бы информацию о них имперской СБ. Протестовать после двух попыток бывшая миллиардерша не рисковала — испытывать на себе еще раз генератор болевых колебаний ей не хотелось, ощущения незабываемые.

Уже неделю Синтия находилась в этом унылом месте. И всю эту неделю не переставая проклинала себя — ведь с захваченными с Гервайна ценностями она могла с комфортом устроиться на любой впавшей в дикость планете Кархана, например на Ольгене. Даже там есть пластические хирурги, так что изменить внешность было бы нетрудно. Да, пришлось бы затаиться, но зато доживала бы жизнь в комфорте, а не вот так, изнемогая от скуки. Так ведь и с ума сойти недолго…

Внезапно дверь распахнулась. Синтия насторожилась — для ужина рановато. Внутрь камеры, а как еще назвать это помещение она не знала, вошли двое надзирателей, сопровождающие что-то визгливо требующего чернокожего человека. Очень знакомого человека, в котором Моак со злорадством и даже некоторой радостью узнала бывшего госсекретаря Торвена, мистера Джереми Колхайна. Он что-то пытался втолковать невозмутимым надзирателям, однако те не обращали на это никакого внимания.

— Вы просили убежища, — втолкнув Колхайна внутрь, заговорил один из надзирателей, его голос был пугающе монотонным. — Вам оно предоставлено. В этом помещении вы будете пребывать до окончания вашего жизненного цикла. На большее вы рассчитывать не можете, так как приносимая вами польза исчерпана.

Не говоря больше ничего, надзиратели вышли, дверь автоматически закрылась. Колхайн с воплем кинулся к ней и замолотил кулаками, но это ничего не дало, вскоре он устал и принялся кого-то звать.

— Не отзовутся, — едко сообщила Моак, выходя из свой комнаты, где на всякий случай скрылась, когда привела Колхайна.

— Вы здесь?! — ошалело выдохнул он.

— Как и вы… — проворчала она. — Надо же было так сглупить…

— Да уж, вляпались мы по полной программе… — Колхайну частично удалось взять себя в руки. — Вы давно тут?

— Около недели, — хмуро ответила Моак. — Я связалась с ними, сообщила, что если мне не предоставят убежище, то информация о них уйдет в СБ. Мне ответили, что я должна прибыть в точку с определенными координатами. Я прибыла. Там меня ждал корабль странных очертаний, я таких никогда еще не видела, какая-то абстрактная фигура. Как только я оказалась на борту, их корабль, невзирая на все мои протесты и слова, что мои средства остались на яхте, тут же стартовал. И вот я здесь. Мне сообщили то же самое, что и вам — в этом помещении мне пребывать до конца жизни.

— Со мной было примерно так же, за исключением несущественных деталей, — тяжело вздохнул бывший госсекретарь. — Разве что я не сразу отправился к ним, а вначале прогулялся до Бисланга. Лучше бы я там и остался!

— Принца хотели с хвоста стряхнуть? — насмешливо поинтересовалась Синтия.

— И это тоже, — не стал отнекиваться Колхайн. — Моя голова мне еще дорога. Но ладно, меня другое интересует. Вы не задумывались, с кем же мы связались? Люди ли они? У меня в этом большие сомнения…

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— У меня тоже, — дернула губами Моак. — Скорее на роботов похожи. Или на зомбированных людей. Но наши ученые не смогли добиться подобного уровня зомбирования, хотя работы мы вели. Да вы и сами знаете. Только ничего почему-то не получалось, все время какие-то случайности мешали.