"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 826

— Да-а… — неуверенно протянул я.

— Вот и порешали, — расплылась в улыбке девушка. — А теперь скажи, что принимаешь меня в свою Свиту и… — она отвела глазки, тихо добавив, — и поцелуй меня.

— Прости, что? — в конец опешил я, как раз когда зал заполнил очередной крик — мощным пинком Барьер запульнул Хельга в далекий полет.

— Поцелуй меня, идиот! — вспылила девушка, залепив мне по щеке ладошкой. — Иначе нас всех тут поубивают! А так я смогу его уделать!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я снова обратил все свое внимание на волшебницу. Она выглядела весьма комично — красная, как рак, губки надуты, ноздри раздуваются. Ситуация крайне смущала одну из лучших грабительниц в этой стране. Хотя, если учесть методы, которые она использует, скорей уж разбойницу… Но не об этом сейчас. Хм, я не прочь поцеловать Инси. К тому же чуйка убедительно требует от меня того же.

Улыбаясь и не отводя взгляда от ее смущенных алых глаз, я вкрадчиво произнес:

— Инси, я принимаю тебя в свою Свиту, — притянув девушку за талию, впился в ее губы.

Целовалась девушка робко и неуверенно. Хотя не первая девственница на моем счету — есть в этом свой шарм. Вот бы еще на периферии громадное, сотканное из света существо не разносило наших товарищей. Тогда вообще можно было б склонить юную пользовательницу праны к открытию парочки дополнительных чакр.

Закручивающийся вокруг нас вихрь коралловой энергии прервал мои размышления. В этот миг я почувствовал, как Инси поселилась в моей душе… Тьфу, какая-то ерунда ванильная. Но как еще объяснить ощущение того, что часть тебя перешла другому человеку, в обмен на часть ее? Мы будто стали сообщающимися сосудами… Нет, опять не то. Равенства в нас нет. Скорее малая толика моих сил передается ей, а я получаю взамен… что?

Пока я пытался осознать произошедшее, понял, что Инси увлекшись поцелуем, прикрыла глазки и подняла ножку. А между прочим тут рядом ее другу прилетело от ходячего Барьера. Бедняга Джек, даже спиной о стену приложился…

Ну уж хватит! Все это бесообразие пора заканчивать!

С трудом отцепился от волшебницы. Распахнув веки, она смотрела на меня с неким сожалением. Хех, понравилось?

К чести Инси она быстро взяла себя в руки, тряхнула головой и повернулась к Барьеру, обрушевшему карнавал ударов хлыста на трещащий воздушный щит Хельга. На плече нашего мага лежала ладонь его друга чародея, без устали накладывающего бафф усиления — только благодаря этой поддержке вся троица до сих пор умудрилась сохранить жизни. Черт, они так страдают, а мы…

Вскинув руки, волшебница подчинила бешеный вихрь праны, все еще круживший над нашими головами и с размаху ударила ладонью о пол. Как и в первый раз, энергия ушла в камень.

А вот дальше пошли отличия. Через пару секунд прана, разметав каменный пол помещения, вернулась сразу пятью толстыми, закручивающимися точно бур, стеблями. С разных сторон они врезались в тело Барьера. По залу разлетелись молнии, от столкновения двух враждующих энергий.

А еще через секунду противостоянию пришел конец — стебли пробили сотканную из света плоть ангела. Под звук битого стекла, растворялись в воздухе осколки защитной системы хранилища.

— Так что пока мы с чудищем бились, она с Ильей в уголочке целовалась! — потрясая кружкой эля, хохотнул Джек. — А мне, между прочим, эта громадная тварь три ребра сломала! Если б не Аурис, — махнул он на сидящего за соседним столом наемника-целителя, — не веселился б сейчас с вами!

— Брось, — хмыкнул Джон, потрепав брата по волосам. — Все знают, что даже если б тебе оторвали ноги и руки, ты все равно б не пропустил пирушку! Приполз бы, цепляясь подбородком за пол.

— Это верно, — с серьезным видом кивнул Джек под хохот людей и гулей. — Но все равно не честно, — сведя брови он уставился Инси, сидящую справа от меня, — кто-то сражается, а кто-то лобзается!

— Тебе завидно что ли?! — с вызовом бросила волшебница, саданув кружкой по столешнице. — Тоже хотел с Ильей поцеловаться? Знай, он не такой!

— А откуда ты-то знаешь? — хитро прищурился Джек.

Веселый гомон гулей тут же сменился напряженным воем. Старейшина поднялся на ноги и, когда остальные немного утихли, холодно произнес:

— Следите за словами, Уважаемый Джек. Мы все обязаны Господину Ильяризу сегодняшней победой.

— Да знаю-знаю, — стрелок поднял руки, признавая поражение, — без него мы б не отделались малой кровью.

— Без него мы бы не дожали барьер, — буркнула Инси и повернулась ко мне. Недовольство поведением друга мгновенно улетучилось, стоило нашим глазам встретиться. Она расплылась в улыбке, но через секунду ойкнула и в очередной раз «скрылась за кружкой эля». Хм, такими ударными темпами она упьется еще до десерта.

Мы пировали в столовой лагеря, всем скопом разместившись за двумя длинными параллельными столами. На улице давно стемнело. Яства и наши подпитые рожи освещали масляные фонари, развешанные по одному на каждой толстой дуге-лиане, что служили каркасом всему зеленому ангару. Между собой они соединялись лианами потоньше.

Попить пивка на свежем воздухе, заедая жаренным на костре мясом — что может быть лучше после двух тяжелых дней? Меньше чем за сорок восемь часов я насмерть бился с инквизиторами, отхватил по шапке от Старшего Паладина, отмотал срок в одиночке, был приговорен к смертной казни, чудом спасен ожившим мечом и… обзавелся первым членом своей Свиты. Что это значит, я уже мельком успел узнать — Инси приходилось оправдываться после распускаемых Джеком слухов. Делая это с нескрываемым удовольствием, волшебница рассказывала товарищем, что теперь наши с ней жизни связаны, что теперь она стала сильнее, так как кроме своей праны может использовать и часть моей. Даже если я буду в другом мире.

Ну а чем ближе Господин и Страж (как теперь гордо именует себя Инси) находятся друг к другу, тем больше господской энергии может использовать член Свиты.

По всей этой системе у меня накопился ряд вопросов, но задать их времени не было.

Зато я успел выведать у волшебницы наиболее важную информацию — как привести в чувства Юру. Оказалось, всего лишь нужно было его «покормить» своей энергией — сконцентрировать прану на ладони и сунуть под нос питомцу. Сперва у меня возникли с этим проблемы. Все-таки такой финт это не боевые действия — кровь демона тут не поможет. Поэтому пришлось потратить почти час, пыжась и тужась, чтобы в конечном итоге ладошка слабо засияла коралловым светом.

Зато стоило только маленькому носику грызуна учуять мою прану, он поднял голову и принялся лизать материализованную энергию. Накормив свое духовное тело, Юра потребовал мирской еды. А сейчас еще и на пирушке носится по столам, хватая все, что плохо лежит, да набивая брюхо.

— Господин Юра, — важно произнес расположивший в конце нашего многометрового стола Дрох, когда хомяк заглядывал в тарелку его жены, — отведай и мою жрачку, пожалуйста, — и протянул ему дольку помидора.

Глядя на эту картину народ улыбался, а кое-кто и вовсе заливисто хохотал. Например, Старейшина Горх — не в силах сдержать смех, стучит ладошкой по столу, как тюлень ластой. А ведь несколько часов назад чуть ли не ругался с Лисанной, утверждая, что незачем нам возвращаться в Листвундский лес:

— Город наш, Госпожа! — кричал гуль. — Зачем оставлять его?! Разве не для того вы повели нас в бой, чтоб гули могли жить как люди?! А теперь что? Опять в чащу бежать?! Прятаться?!

— Успокойтесь, Старейшина, — стальным голосом отвечала Лисанна. — Вы правы, я хочу, чтобы гули жили как люди. Чтобы гули и люди были равны, доверяли друг другу. Я хочу искоренить расовую неприязнь, — произнесла девушка, поднявшись на эшафот и окинув взглядом свое войско. Здесь, на площади перед ратушей, находился пленный мэр, прочие городские шишки и верхушка гарнизона. Одни глядели на Госпожу Милье с ненавистью, другие с интересом.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— И что же вы хотите сделать для этого, позвольте узнать? — подал голос полный широкоплечий мужчина с обветренным лицом — мэр Куинза Герль Фихтер.