Принц смерти (СИ) - Жильцова Наталья Сергеевна - Страница 37

— Ты ведь у нас Темный Феникс, верно? — на ходу уточнил он.

— Да, — подтвердила я.

— Вставай на диск, — прозвучал голос ректора.

Я поспешила подчиниться.

«Интересно, — мелькнуло в голове. — А как призрак будет активировать жертвенную чашу? Ведь для нее нужна кровь Черного дракона, а он, хоть и Арридор, но бестелесен. Да и вообще, где он?»

Впрочем, последний вопрос отпал вслед за моей челюстью, потому что я его увидела. Ректор входил в зал, живой и здоровый. Настоящий! Лишь по-прежнему окруженный темной дымкой, с черными как у всех Арридоров волосами, пробитыми одной седой прядью, хищными чертами лица и жутким черным взглядом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Так вы не призрак? — охнула я.

— Ну почему же? — он усмехнулся. — И призрак тоже. Я ведь Призрачный дракон.

— Но я думала, призрачной является только аватара…

Усмешка на лице ректора стала шире, но объяснять что-либо он не посчитал нужным. Подошел к лорду Райлину, который что-то делал у чаши, и уточнил:

— Ну?

— Блокировку снял, — ответил тот. — И целых три слепка заодно. Энтузиасты, и зачем они сюда лезут? Ведь знают же, что все равно ничего не добьются, и чаша на них не среагирует, но упорствуют. Может, все-таки поставить защитные чары от адептов на зал?

— Нерациональное расходование ресурсов, — отмахнулся ректор. — Пусть развлекаются. Ладно, иди, дальше мы тут сами разберемся. И следи за ущельем, там скоро появятся, хм, весьма недовольные гости.

— Угу. — лорд Райлин кивнул и вышел из зала.

Двери за ним плавно и неожиданно бесшумно закрылись.

А Призрачный дракон вопросительно посмотрел на меня и уточнил:

— Ты уверена, девочка?

— Да.

— В таком случае, удачи тебе, — произнес он и вспорол себе ладонь.

Тягучие алые капли одна за другой ударились о дно чаши, а пространство заполнил вибрирующий мужской голос. От певучих и одновременно грозных слов на незнакомом языке воздух в зале задрожал и сгустился. Их странная мелодия впитывалась в камень, заставляя пол дрожать, пробуждая силу где-то глубоко под землей. Биение этой силы, откликающееся на зов ректора, я чувствовала всем телом. Ощущала ее нарастающую мощь, одновременно с поднимающимся во мне жаром.

Черное пламя всколыхнулось внезапно, полностью поглотив и напитав меня сумасшедшим количеством силы. Резерв заполнился в считанные мгновения, а сила по-прежнему била и била одним непрерывным мощным потоком, словно пытаясь выжечь меня, растворить в себе. И всю эту мощь мне надо было подчинить своей воле. Но как⁈

Это совсем не походило на действие зелья! Невыносимые жар и боль заполняли каждую клеточку моего тела и устремлялись дальше, вне его, буквально прожигая дорогу! Я опять горела!

Горела!

Пылал даже воздух вокруг!

Жадное, обезумевшее пламя билось о каменные стены, на которых не осталось льда, облизывало их, пытаясь найти себе пищу. Но этот камень поддавался неохотно, лишь слегка оплавляясь. Он заставлял голодать и этим злил все мое естество все больше и больше, заставляя взять пламя под контроль. Заставляя вспыхнуть ультрамарином, озарив зал мертвенной синевой, а затем погружая во тьму. И всей темной мощью обрушиться на стены каменной клетки, выплавляя, уничтожая удерживающие ее защитные контуры один за другим…

«Ты контролируешь его. Пора возвращаться».

Бесцветный шепот призрака заставил пламя вздрогнуть, а меня осознать, что я творю. И главное, что я творю это действительно уже по собственной воле! Сама! Я укротила пламя Темного Феникса!

И пламя стало отступать. Огненные крылья свернулись, укутывая сознание в кокон из затухающей тьмы.

Тьма умиротворяла. Тьма была спокойной, обволакивающей и невыразимо уютной. Однако спокойствие внезапно прервало приближающееся жужжание, перерастающее в гул знакомых голосов… лорда Харта и Каэля?

— Да что ж ты упрямишься? — шипел один. — Я ведь хочу ей помочь! Я знаю Фениксов…

— Напомогался уже! — рычал второй. — В этот раз сам разберусь, без тебя! Отойди!

— А давайте вы оба отойдете и позволите для начала осмотреть девушку профессиональному целителю? — раздраженно прервал их третий голос.

Лорд Райлин?

Последующая волна приятного тепла придала бодрости, позволяя открыть глаза и убедиться в собственной правоте, увидев склонившееся надо мной лицо декана. А затем еле слышно выдохнуть:

— Спасибо.

— Да не за что, девочка. Не за что, — улыбнулся он. — Ты все сама сделала. И вернулась, с чем тебя и поздравляю.

Я вернулась.

Вернулась! Во второй раз!

Осознание этого нахлынуло резко, заставив судорожно втянуть носом воздух и ощутить, как от счастья бешено заколотилось сердце. Еще более счастливой я стала, когда поняла, что не чувствую на шее проклятого артефакта, а в голове наконец воцарились ясность и чистота. Никакой боли, никаких туманных пятен, ничего! Моя память вернулась тоже!

И воспоминания о последних декадах, столкнувшись с этой памятью, заставили меня судорожно вздохнуть еще раз, одновременно застонав.

Да что же я все это время творила⁈

— Лира! — лорд Райлин резко исчез, сменившись на встревоженного Каэля, а затем меня схватили на руки. — Что случилось? Что-то болит?

— Н-нет, — выдавила я, сгорая от стыда и боясь смотреть в глаза мужчине, которого любила и которого изводила столько времени. — Просто… устала.

— С девушкой все в порядке, Киллиан, — донесся голос ректора. — Это всего лишь инициация. Пусть и инициация Феникса. Уж поверь, я тоже разбираюсь в Фениксах. И, гхм, даже побольше, чем кто-либо еще. Немного спокойного отдыха, и она придет в себя.

— Понял. — Каэль благодарно кивнул и поднялся, продолжая удерживать меня на руках. — Отдых, значит отдых. Надеюсь, блокировку перемещений с академии сняли?

— Да, спокойно можете открывать портал из вестибюля, — ответил лорд Райлин.

— В таком случае, позвольте откланяться, — Каэль коротко кивнул и направился к выходу из зала, попутно так зыркнув на пытавшегося что-то сказать лорда Харта, что тот осекся и замолчал.

— Кстати, я могу и сама идти, — смущенно произнесла я, когда мы оказались в коридоре.

— Конечно, можешь, — согласился Каэль, но с рук меня не отпустил. Наоборот, прижал крепче и пошел дальше.

Так и донесли меня до вестибюля академии, а затем внесли в золотисто-лиловый портал.

Мы переместились и оказались в знакомом холле похоронного агентства, правда, почему-то опять обугленном. На миг даже показалось, будто я вернулась в прошлое. Но спросить, что тут произошло в мое отсутствие, не успела: новое перемещение, и мы уже в моей спальне.

— Отдыхай, — с нежностью произнес Каэль, укладывая меня на мягкое покрывало. — И ни о чем не волнуйся.

Мужчина мягко прикоснулся губами к моему виску и быстро отстранился. Развернулся, чтобы уйти, и тут я поняла, что не хочу этого. Не хочу, чтобы он уходил!

Шквал чувств и эмоций, которые, словно гигантская волна, обрушились на меня после исчезновения проклятых ментальных блоков, смели всю скромность. К тому же напомнила о себе и жгучая ревность, которую я испытывала при воспоминаниях об огненной саламандре.

Я просто не могла его сейчас отпустить!

— Каэль! Не уходи, — произнесла я, удержав мужчину за руку.

— Тебе больше нечего бояться, Лира, — Каэль прикоснулся губами к моей руке. — Я ведь рядом.

— Недостаточно рядом, — чуть охрипшим от волнения голосом прошептала я в ответ. И, решившись, тихо, но отчетливо добавила: — Я тебя люблю.

Несколько мгновений Каэль просто смотрел на меня, словно бы ища на моем лице подтверждение прозвучавшего мгновение назад признания. А затем с лица мужчины слетела маска, оставляя истинный облик, с полыхающими ртутью глазами, плетениями защитных рун и рвущейся силой призрачного дракона.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Но мне не было страшно. Ни капельки. Может, этот облик и пугал всех вокруг, но я видела перед собой лишь любимого мужчину. И, приподнявшись на кровати, сама потянулась к нему, касаясь губ своими губами.