Академия (СИ) - Федотов Алексей Александрович - Страница 20

Ну, это не бином ньютона. Посмотреть-проверить-прощупать наследника Демидовых, и чтобы пока о его существовании узнало, как можно меньше людей. Ведь убийство моего деда под прикрытием казни — это большая ошибка короны. Это значит свершилось такое вопиющее преступление, а государственные службы об этом ничего не знают. Аристократы могут начать задавать неприятные вопросы, что его величеству категорически не надо. А так шито-крыто. Сменился глава рода в связи с безвременно ушедшим предыдущим. Кого это волнует?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но я лишь покачал головой. Не знаю мол.

— Чтобы решить с тобой как ты будешь жить дальше. Сам понимаешь, раскрывать то что ты абсолют не нужно ни мне ни тебе. Согласен?

Я кивнул. Мое очередное «не высовываться» закончилось… да, в общем-то, как всегда.

— Но и оставить тебя без обучения я не могу и не хочу в память о безвременно ушедшем друге.

Я заинтересованно посмотрел на него.

— Как ты и хотел ты идешь в академию магии. Будет объявлено, что ты адепт двух стихий — огня и воздуха. По двум другим аспектам тебя будут обучать два моих человека. Я решу чуть позже кто. Далее… Я не хотел бы чтобы тебя связывали со мной. Если я буду проявлять интерес к обычному графу из маленького и мало известного рода это вызовет много вопросов. А много вопросов это назойливое внимание к твоей персоне со стороны многих людей. Очень многих. Согласен?

Я покивал головой. Естественно согласен! Учиться — моя мечта, внимание мне не нужно.

— Соответственно жить ты будешь в академии. После нашего завтрака Белоусов проводит тебя до ворот академических корпусов.

Я снова кивнул. Жить в академии это хорошо конечно, но я бы хотел иметь жилье и в городе, но этот вопрос решил оставить на потом. В конце-концов он же мне прямо не запретил? Ну а что не запрещено — разрешено.

— Естественно я бы хотел обезопасить тебя от всяких непредвиденных случаев. Поэтому вчерашним днем ты принят в спецотряд Наказующих. Будешь у Белоусова под присмотром.

Я недоуменно посмотрел на императора. Нет, конечно, наверное, очень лестно, что меня приписали к элитному отряду. Не спорю это круто… Наверное круто… Но…

— Ваше императорское величество, но совмещать обучение и службу… — начал я.

— Не обременительно! — закончил за меня Святослав. — До конца обучения твоя служба в гвардии — это пока формальность. Зато дает большое количество положительных моментов. Это и защита, и возможность увидится со мной в случае необходимости. А необходимость, я уверен, случиться не раз.

М-да… Старик запрягал без особой спешки, зато ехал так, что в ушах свистело. Царапнуло слова «пока». Ну, я в общем-то не сомневался, что он хочет прибрать меня к своим рукам. Весь разговор, все его поведение было четко направлены на это. Кто ж откажется иметь при себе обученного мага абсолюта? Да и не то чтобы я был против, просто за любые плюшки всегда надо расплачиваться. Иногда свободой, а иногда и кровью. А мне сладкой сдобы уже отвесили мама не горюй.

Внезапно у меня сильно закололо в затылке, а по телу поплыло тепло да так, что на мгновении стало невыносимо жарко. Лоб мгновенно взмок, и я обтер его платком.

Что это было, а?

Я посмотрел на Святослава. То, что он виновник моего состояния я понял по промелькнувшей в его маске радушного хозяина тени удивления, которое, впрочем, мгновенно исчезло.

Так-так-так. Похоже вот это и было проявление императорского кнута после императорских-то пряников. Знать бы еще что ЭТО было. Ментальная магия, которая почему-то на меня не оказала влияния? Может быть.

Я будто шагал по минному полю и от того, как я буду вести себя сейчас, думаю, зависит многое.

— Жарко тут у вас, — сказал я, снова вытерев лоб шелковым платком.

— Это у тебя от заморского напитка такая реакция. — Хохотнул император, показывая перстом на кофейник. — Я-то уже к кофе привык, за столько-то лет, а если пьешь его недавно, то…

Он развел руками.

Так… Значит, по-видимому, когда я ужинал в таверне перед встречей с Белоусовым, за мной уже следили. Интересно, а с какого момента? С момента пересечения внешней крепостной стены? Или еще раньше? Если раньше, то это совсем неприятно. Очень-очень.

Я кивнул с виноватой улыбкой.

Значит придется больше оглядываться по сторонам. Хотя слежки я до сих пор не замечал. Либо за мной шли спецы очень высокого класса, либо опять-таки магия. Вот, ничему не удивлюсь.

Внезапно мелькнула мысль — а не потому-ли так настойчиво Белоусов предлагал мне артефакты в Новоисте, которые потом на мне были всегда⁈ В любой ситуации!

Я мысленно вздохнул. Белоусов и ты Брутт! Хотя, чего я хотел? Конечно каждый художник своей жизни, но вот холст и краски как правило не свои. И хорошо если в жизнерадостной зеленой краске нет мышьяка!

Илья Аркадьевич человек подневольный. Нет у меня никаких претензий к нему. Приказали — сделал. Сам в прошлой жизни делал всякое, что приказывали и по большому счету логично было бы дать объекту маячок, чтобы всегда, в любое время дня и ночи, можно было знать где он и что с ним.

— Или нравиться кофий? — Святослав улыбаясь посмотрел на меня.

— Нравится ваше величество, — ответствовал я. — Попробовал вчера впервые в таверне и дюже понравилось. Бодрит. А что жарко с непривычки так это не страшно. Жар костей не ломит.

— Какие меткие слова, — хохотнул император. — Поди и баню любишь?

— Люблю! — Кивнул я. — Правда давненько в ней не был. В сиротском доме ее не было.

— Ничего, ничего. В академии есть. Там много чего есть. Можно сказать, территория академии государство в государстве. Даже я имею там ограниченное влияние. Там и бани есть, и таверны, и прочие… — он мечтательно хмыкнул. — увеселительные заведения.

Ага, ага. Как же не имеешь там влияния. Вот ни за что не поверю, что меня просто так возьмут и примут с распростертыми объятиями. И как в сказке поселят в хоромы барские. Хотя Святослав первый прямо об этом не говорил, но намекал достаточно. Да, и как будет проходить зачисление? Будет ли у меня тест на артефакте, определяющем стихию? Но думаю, если император не хочет, чтобы все узнали о моих реальных способностях, то определенные договоренности уже есть или будут в ближайшее время. Что мне и на руку.

По крайней мере сейчас вполне устроит признание меня двуаспектным магом. Двустихийником. А потом посмотрим.

Мне конечно очень хотелось знать о каких исследованиях договаривались они с дедом, но я задавил этот вопрос в себе. Впрочем, как и другие вопросы. Скорее всего он солжет, если вообще станет отвечать. Хотел бы — рассказал бы уже. Да и вопрос — нужно ли мне это знание? Многие знания многие печали.

Я думаю, что нужно будет — расскажут. А все прочее… Да и не хотел бы я оказаться в роли любопытной Варвары. Все выступающие части тела мне самому нужны. Особенно голова.

Так что я молча кивал на слова Святослава, не забывая при этом уничтожать снедь с императорского стола и запивая все уже третьей чашкой кофе. А что? Когда еще позавтракаешь в присутствии самодержца?

— Ну что ж. Я буду следить за твоими успехами Демидов. — сказал Святослав Первый поднимаясь из-за стола. — Не подвели меня!

— Не подведу, ваше императорское величество! — сказал я в ответ тоже поднимаясь и склоняясь в поклоне.

Император пристально посмотрел на меня, усмехнулся и исчез.

Ничего себе! Насколько я понимаю я впервые мог наблюдать портальную магию, мгновенно, без заклинаний и размахивания рук, выполненную архимагом. Эй! А что, так можно было⁈ Я тоже так хочу!

За моей спиной раздался металлический гул механизмов двери.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Я вытер губы и бросил салфетку на полупустой стол. Мы со Святславом за время разговора не плохо и деятельно поуничтожали вкуснейшее содержимое на нем. Повернулся и пошел к стоящему у двери Белоусову.

Ну, что? Пора наведаться в академию.

Глава 15

Святослав Первый был прав на сто процентов, говоря, что Академия есть государство в государстве. В нашем мире был приблизительный аналог — столица святого престола Ватикан в Италии. Почему говорю «приблизительный», потому что по площади Академия занимала много больше площади чем Ватикан в Риме. Много больше. Но также, как и Ватикан была отделена от остального города высокой, метров в десять, и прочной стеной. Я бы не назвал ее крепостной, а скорее монументальной, призванной подчеркнуть внушительность заведения.