Академия (СИ) - Федотов Алексей Александрович - Страница 34

Самое интересное этот нейро-имплант никак себя не проявлял. Не было и обещанной информации об истории. Я попытался вызвать какие-нибудь воспоминания, как это было с памятью Демидова — ноль. Хотя старик сказал же, что имплант поврежден и требуется время на его восстановление. Что ж… Подождем. Подождем. Время конечно невосполнимый ресурс, но что ж поделать.

И третий вопрос, какую практическую пользу для выживания принесет мне новое знание об этом мире? Пока выходило, что никакой! Надо придумать как можно снова переговорить с Наставником, а до этого какой смысл рассуждать о несбыточном? Верно — никакого. Надо подумать о насущных вопросах! Как быть и что делать!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 24

Я расплатился по счету, кстати куда большему чем при обеде с Ромой, и мы вышли из кабака под ручку с Леной.

Ну что ж. Мы сытые и довольные. Теперь можно прогуляться до центрального корпуса Академии. Само собой, ни я ни Лена не знали результаты вчерашних экзаменов. Я лежал трупом без памяти, а Лена носилась вокруг меня как наседка, обтирая влажным полотенцем потому что к ночи у меня начался жар, который прошел сам собой где-то часа через два. По словам Лены, я метался по кровати, но слава богу молчал. Неизвестно чтобы я в бреду наговорил. На мой вопрос почему не вызвала мага-жизни она сказала ей тоже не понравилось, как он себя повел у Царь-камня и чтобы не усугублять моего положения она не стала его звать. Позвала только командира отряда наказующих. Тот пришел, осмотрел меня, связался с кем-то по артефакту связи и сказал, что это дескать нормально… Так бывает после у определяющего артефакта. Посоветовал обтирать меня холодной водой и ушел. Лена раздела меня, принесла воду и нашла в шкафу полотенце…

Естественно у нее не было времени узнать что-то насчет экзаменов.

Это мне можно было не волноваться насчет поступления, а вот девушка испериживалась на эту тему. Хотя она показала вчера на церемонии то, что я и так знал — стихии огня и воздуха, первый ранг. Насколько я понимал переживала она напрасно и вообще у меня сложилось ощущение, что эти экзамены — фикция. Проформа.

Ну на самом деле… Ведь многие поступающие дети небогатых крестьян, а где крестьянин и где письменная речь или математика? Главное это наличие силы, а остальному научат. Или заставят выучить. Тем более стимул для простолюдинов был ого-го какой — стать полноценным и хорошо оплачиваемым магом.

Конечно некоторые из этих подростков покупали книги в лавках, но одно дело месяц-два чтения шпаргалки и другое дело, когда тебя учат всем научным премудростям едва ли не с самых пеленок. Я имею в виду дворянское сословие. Соответственно, думаю, и экзамены были строгими только на поверку. Уверен в этом. Если император заинтересован в притоке свежих магов, то все, кто сдавал вчера экзамены и прошли проверку на наличие силы, могут считать себя принятыми. Слова ректора насчет хочешь или не хочешь сдавать есть проверка на вшивость, и я думаю, что положительные очки в глазах Рудого я заработал. Да и думаю в глазах Святослава тоже — ректор вряд ли бы затеял такую проверку без его дозволения. Сказки о том, что Магическая Академия есть вольница — сказки про белого бычка.

Пока мы шли по улице Лена мне много чего рассказала про вчерашнюю церемонию, ведь я фактически с нее убыл в самом начале. Двухаспектников больше не было и нас таких было трое, что уже не мало и хоть не является рекордом поступления. Но ректор, как говорила Лена, говорит, сиял. Четверо отказались пройти тест сославших на плохое здоровье. Ну это я так понимаю это те, у кого магического ядра и источника вообще не было. Испугавшись присутствия императора и справедливо рассудив, что те, кому они платили вряд ли их будет как-то вытаскивать они предпочли удалится дабы еще раз попытаться в следующем году. Забавно, что пятый рискнул выйти к артефакту. Богато одетый парень из какого-то известного рода и судя по всему глупый как рыбка гуппи, вышел и возложил руку на камень.

Ну, итог был предсказуем — его увели под конвоем охраны. На что он рассчитывал — не знаю. Если он надеялся, что родные прикроют его перед императором, то он просчитался, потому как Святослав не захочет терять лицо перед императором Чины, который очень внимательно наблюдал за ходом процедуры.

Остальные успешно прошли церемонию и завершающей речи Рудой всех поздравил, сказал, что в этом году поступило двести тридцать пять человек и что это своеобразный рекорд последних лет. Рассказал и о том, что будет в дальнейшем.

После оглашения результатов экзаменов, можно было получить значок студента и считать себя зачисленным в Академию. Прибыть на учебу было необходимо первого августа, что было несколько неожиданно и рушило планы Романа на поездку к родным. С чего такое смещении сроков, ректор не сказал, единственно, когда будущие студенты стали роптать, добавил, что в этом году вновь прибывшим будет читаться новые предметы и будут дополнительные часы на военную подготовку. В общем странно и непонятно. А то, что непонятно вызывает вполне обоснованные подозрения.

После чего Рудой попрощался и вместе императорами ушел с помоста, а Лена побежала ко мне. Я спросил, что насчет Лизы и Ивана, но она не знала. Ей было не до них.

Странно если честно. Они были искренне рады, когда я предложил им помощь с жильем. Ну ладно меня унесли, но Лена-то осталась на церемонии и к ней могли бы подойти. Тем более, что на местная и могла бы помочь.

Я всегда, когда не выполняю свои слова по независимы от меня причинам испытываю чувство досады. Ладно, надо будет сегодня их найти и узнать, как они устроились.

Мы подошли к административным корпусам и поднялись по лестнице ко входу в центральный. На стене около дверей, висела самая обычная деревянная доска на которой был большой лист бумаги с написанными крупными буквами фамилиями. Около доски была небольшая толпа, которая отнюдь не поредела с обеда как я рассчитывал.

Мы подошли и без проблем нашли себя в списках. Да и сложно было не найти, потому что они в списке стояли самыми первыми. Сначала была Мэй Шунь, затем я, затем Лена. Я с удивлением узнал ее фамилию — Троекурова. Хоть буду знать фамилию моей девушки, а то до этого как-то не де того было. Значит Елена Александровна Троекурова? Звучит.

Поискал глазами фамилии Лизы и Ивана. Ага. Есть в списке. Но в толпящихся вокруг людях их не было.

— Ну-с. А теперь за значками студентов, — бодро сказал я и взяв под руку Лену и направляясь к двери в корпус. — У тебя какие планы? Жить дома или в гостевом доме при Академии?

— Конечно здесь, — ответила она мило покраснев. — Буду только на выходные домой ездить.

Я покивал ее словам. И правильно. Здесь с точки личной безопасности куда как лучше, да и я могу присмотреть. Правда, по быстро кинутому перед ответом взгляду, заподозрил, что она не просто хочет жить в академгородке а хочет со мной делить квартиру…

Ну уж нет. Я до мозга костей холостяк. Можно сказать, что прожжённый. Привык жить и бытовать один. По крайней мере пока на такие изменения в своей жизни я как-то не был готов. Да и комната маловата.

Не знаю…

Может быть попозже…

Пока шли по коридору и стояли в небольшой очереди подумал, что пора бы нанести визит вежливости к тем двум ублюдкам, заказавшим Лену. Моя внутренняя жаба в ответ на эти мысли оживилась, и потирая ручки, стала прикидывать и считать сколько военных трофеев можно с них взять.

Так. Жаба! Цыц! Не стоит делить шкуру неубитого медведи. Точнее двух.

Хотя я не планировал их оставлять в живых. Подонки, заказавшие ради наживы подростка, тем более девушку, в моей таблице ценностей были недостойны жизни. Но, посмотрим… Как пойдет.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Подошла очередь и мы, расписавшись в большой тетради, без проблем получили свои значки, которые сразу прикололи на одежду. Спросил насчет Лизы и Ивана. Мне отрицательно покачали головой — здесь их до сих пор не было. Я нахмурился. Вообще странно. Я думал они должны были едва ли не первыми прибежать и уже заселились в гостевые домики.