ЧВК "Пересвет". Книга третья (СИ) - Медоваров Алексей - Страница 34

Выстрел. На розовом нёбе крокодила вдруг расцветает кровавый цветок. Крупный калибр вырывает кусок плоти и черепа.

Второй выстрел. Голова Хосе Мигеля разрывается на куски прямо перед моим лицом. Его тело обмякает, становится ватным, безвольным, не сопротивляющимся. Я пытаюсь удержать его, но выходит скверно.

— Брось его, вашество! Брось! — раздаётся сверху. — Он уже труп!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мне не хочется этого делать, но разумом я понимаю, что удерживать его уже бессмысленно. И невероятно тяжело — хищники, вцепившиеся в пилота, так просто добычу не отпустят.

— Отпусти, вашество.

И я подчиняюсь. Сразу становится легче. Меня подтаскивают к пирсу, затем чьи-то сильные руки подхватывают меня подмышки и вытягивают из воды. Некоторое время я лежу, восстанавливаю дыхание.

Вскоре надо мной появляется Шеф. Он садится на корточки, разжимает пальцы, которыми я судорожно сжимаю блок электроники.

— Так было нужно, вашество. Эти твари сожрали бы вас обоих…

— Что?

— Так было нужно…

Я свободной рукой бью Шефу прямо в лицо, но тот уворачивается. Я вскакиваю на ноги, точнее пытаюсь это сделать, но тотчас меня схватывают, роняют обратно, на мокрые доски пирса, делают удушающий захват.

Голос Шефа звучит совсем рядом с моим ухом.

— Так было нужно вашество. Или вы оба, или только он. Выбор был очевиден, и я его сделал.

— Какого хрена? Кто тебе дал право? — прорычал я. — Шанс спасти нас обоих был…

Я скорее хотел верить собственным словам, чем по-настоящему так считал.

— Нет, не было шанса, вашество. И ты это знаешь! Подумай о Софии. Ты не имеешь права сдохнуть вот так.

Он прав. Этот сукин сын прав, и я это знаю.

— Шеф прав, — ещё одно подтверждение првоты, теперь уже голосом Дамьяна. — Ваша смерть будет означать конец этой вылазки. Мы здесь только из-за вас.

— Отпускаю? — спросил Шеф.

— Да. Отпускай, твою мать! — просипел я.

— Только без фокусов, ваша светлость.

Хватка на моей шее ослабла. Я приподнялся на локте, хватая воздух ртом, словно загнанный конь.

Шеф отошёл от меня на некоторое расстояние и плюхнулся на пирс, держась одной рукой за бок, в который получил ранение. Дамьян стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Только Маркус Вальего таращился на нас выпученными глазами.

— Знаешь, что, вашество? — Шеф посмотрел на меня изучающим взглядом. — Я знаю, что на моём месте ты сделал бы то же самое.

— Пристрелил молодого, ни в чём неповинного человека? — невесело усмехнулся я.

— Сделал бы правильный выбор. Тяжелый, но правильный.

В душном, тропическом воздухе повисло долгое молчание.

— Дамьян, ты сможешь установить это в нашу… В птичку Хосе Мигеля? — наконец сказал я, и кивнул на блок электроники, лежащий рядом.

— Конечно, ваша светлость.

— Тогда сделай это поскорей, — сказал я. — Не желаю оставаться здесь ни единой лишней минуты.

Двигатели самолёта взревели, раскручивая лопасти винтов. Дамьян некоторое время возился с приборной панелью, привыкая к испаноязычным обозначениям тумблеров и кнопок, но вскоре приноровился. Затем проверил работу элеронов, подкрылков и хвостового оперения. Всё работало в штатном режиме, включая замененный блок электроники в одном из двигателей.

— Можем взлетать, — сказал Дамьян.

— Тогда погнали, — распорядился я.

— Принято.

Самолёт начал неспешно набирать ход, рассекая поплавками водную поверхность. Разогнав машину до нужной скорости, Дамьян потянул штурвал на себя. Несколько секунд тряски и наша птичка сменила водную стихию на воздушную.

Мы втроём — я, Шеф и Маркус Вальего, невольно присоединившийся к нам, расположились в небольшой салоне.

Шеф откинулся на сиденье и вскоре задремал. Спасённый нами контрабандист устроился на сиденье у иллюминатора и смотрел на разворачивающийся под нами пейзаж. И только мне не было спокойно на душе — я прокручивал произошедшие события раз за разом и приходил к выводу, что Шеф был прав. Ещё немного, и меня бы сожрали вместе с раненым Хосе Мигелем. Однако от осознания этого легче на душе всё равно не становилось. Я выжил, а он, молодой, улыбчивый парень, отправился на корм крокодилам. Но что случилось, то случилось.

Ещё несколько часов пейзаж под фюзеляжем самолёта оставался неизменным — всё те же бесконечные то ли болота, то ли озёра, с редкими вкраплениями густо заросших островков.

Вскоре начались изменения. Озёра мельчали, уступая место густой тропической растительности, пока не исчезли вовсе. С борта самолёта отчётливо наблюдался подъём местности. Стали мелькать небольшие речушки и ручьи, питавшие южноамериканские заболоченные низменности — «сьенеги». Затем началась холмистая местность — то были предгорья Анд, разделявших Колумбию на две неравные части. А к вечеру на горизонте стали видны первые горные вершины.

— Нам нужна заправка, ваша светлость, — сказал Дамьян. — Не хотелось бы лететь в горы на четверти бака.

— Принято, — ответил я, потягиваясь. — Эй Шеф! Шеф!

— Да слышу я, слышу… — проснулся Шеф и громко зевнул. — Чего?

— Нам нужно заправиться. И желательно там, где не будут задавать лишних вопросов. Спроси у нашего испаноязычного друга.

Шеф окликнул Маркуса Вальего и начал расспрашивать его на испанском. Тот вслушивался, кивал, но отвечал на смеси испанского и португальского. Наконец они о чём-то договорились.

— Он говорит, что есть небольшая деревушка прямо у предгорий. Эль Моско. Там есть посадочная полоса, можно заправиться, купить припасы и даже оружие.

— Оружие? — удивился я.

— Это не самый гостеприимный край — пожал плечами Шеф. — Стволы здесь можно много где достать. Честно говоря, я бы задержался там на ночь.

Я согласился с ним. Мне самому хотелось как следует напиться и поспать в нормальной постели хотя бы несколько часов.

— Думаешь, можно ему доверять? — спросил я, бросив изучающий взгляд на контрабандиста.

— Ну выбора у нас не особо много, вашество. Мы или летим в Эль Моско и сохраняем в тайне наше присутствие, или садимся на один государственных аэропортов. Тогда о вашем присутствии узнают чуть быстрее, чем моментально. Шутка ли — княжич одного из самых влиятельных домов Российской Империи нелегально попал на территорию Колумбии. Как минимум, это будет дипломатический скандал.

— А как максимум?

— А как максимум, активизируется вся преступная братия и спец службы. Может начаться настоящая охота. Ваша жизнь — ценная штука. За неё можно запросить много каких ништяков, вашество.

Честно говоря, о подобных перспективах я не задумывался. Моя задача была проста — найти Софию. А дальше уже по обстоятельствам. А картина, обрисованная Шефом, меня совершенно не прельщала.

— Где эта деревушка?

— Час лёта на юг, — ответил Шеф.

Я перебрался на место второго пилота. Дамьян вопросительно посмотрел на меня.

— Меняем курс на юг, — сказал я. — Деревушка под названием Эль Моско. Там заправимся, переночуем, а утром будем штурмовать Анды на нашей птичке.

Серб нашёл в навигационной системе координаты деревушки. Оказалось, что там ни о какой взлетно-посадочной полосе информации не было.

— Она там есть, — заверил Шеф. — По крайней мере этот малый уверен в этом на сто процентов.

Мы взяли курс на юг. Тем временем стемнело — южная ночь быстро вступала в свои права, накрывая предгорья Анд густой тенью. Вскоре мы оказались между чернотой джунглей и густо усыпанным звездами небом.

— Мы совсем рядом, — Дамьян сверился с навигатором. — Судя по всему, деревня находится вон за той скалой.

Он сделал плавный вираж и через несколько минут нам открылся вид на ночную деревню. Она и впрямь оказалась небольшой — несколько скудно освещённых улочек, редко раскиданные дома.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— А вот и аэродром, — сказал я, указывая на две линии светящиеся линии. — Нужно запросить посадку. Шеф, дело за тобой.

Шеф взял микрофон радиопередатчика, немного прокашлялся, прочищая горло, и сказал: