Корона лжи (ЛП) - Вест Анника - Страница 32

— В чем дело? — потребовала я.

Его изумрудные глаза скользнули по мне. Медленно.

— Я люблю картошку. И сыр. В форме запеченных шариков.

Мой взгляд, похоже, заставил его подумать, что я хочу получить его крокет, потому что он съел его очень быстро, приняв оборонительную позу.

Я уточнила:

— Что с тобой? Я действительно не могу понять, кто ты такой. Ты ходишь вокруг, как высокомерный идиот, а потом говоришь голосом психопата, который заставляет меня задуматься, не состоишь ли ты в мафии! Какое из этих лиц — твое настоящее?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И то, и другое, — ответил он, подмигнув. — Я сложный человек.

Я вздохнула и откинулась на спинку, потерпев поражение.

— Из-за тебя действительно трудно кому-либо поверить.

— Да? А ты, значит, как открытая книга?

— Ну… да.

— Превосходно! Тогда расскажи мне о своей таинственной силе. Поделись своими методами работы. Как ты выглядишь, когда злишься… подожди, не надо. Это я уже знаю. Проклятье.

— Замечание принято, — согласилась я. — У каждого человека есть свои секреты. Я понимаю.

Может быть, мне следует просто принять его таким, каким он себя показывает. Не нужно слишком много думать об этом.

Разай сделал глоток моего пива, а затем передал его мне.

Я посмотрела на слабый след, оставленный его губами на ободке, и сделала глоток с противоположной стороны.

— Кто твои родители? Ты никогда не говорил.

— Я их не знаю.

У меня открылся рот.

— Это случается реже, чем…

— С одним процентом населения. Знаю

— Значит, у тебя нет никого, кто мог бы тебя контролировать? Совсем никого?

Он подвинулся, и его колено задело мою ногу, хотя он, похоже, этого не заметил.

— Врач сказал мне, что у меня может быть семья. Сила и скорость, похоже, мои особенности, и я всегда дрался лучше, чем кто-либо другой.

— Это отстой. То, что у тебя нет семьи, я имею в вид. — почему я хотела сблизиться с ним прямо сейчас?

— Но так ли это?

Я изучала его лицо. Действительно изучала его непринужденный вид. Его спокойный голос.

— Ты не расстроен из-за этого.

— Конечно, нет. Зачем злиться на то, что я не могу изменить? — он облизнул нижнюю губу, и у меня свело живот.

Я откашлялась и отодвинулась на дюйм.

— Архангелы очень гордятся своим родством и кровным родством. Наследие буквально управляет страной. Только не говори мне, что люди не смотрят на тебя свысока из-за этого.

Его усмешка приобрела более мрачный оттенок.

— Вот что мне в этом нравится. Когда люди смотрят на тебя свысока, Грэй, это говорит о многом.

— Как игра в карты? — спросила я, не понимая.

— Именно. Начинаешь обращать внимание на то, что человек использует… внешность или власть… чтобы считать тебя хуже себя. Потому что именно это они ценят больше всего. Например, — сказал он, снова потягиваясь, и его нога все ближе и ближе прижималась к моему бедру. — Клэйв оскорбляет меня за недостаток профессионализма. Это не значит, что я должен стать более профессиональным, чтобы угодить ему. Но теперь я точно знаю, как свести этого ублюдка с ума. Или манипулировать им, — добавил он небрежно. — Я отказываю ему в почестях, когда хочу вызвать у него раздражение. Или меняю свое поведение, когда мне нужно, чтобы он сотрудничал.

— Я понимаю эту точку зрения, — ответил я, ухмыляясь. — Когда ты так говоришь, это действительно имеет смысл. И когда архангелы смотрят на тебя свысока за то, что у тебя нет родства, как ты это интерпретируешь?

— Они занимаются этим для видимости. Социальный статус. Одобрения друг друга. Это неуверенность в собственном слабом влиянии в этом мире. Им нравится находить кого-то ниже себя. Все, что угодно, лишь бы их эго чувствовало себя в безопасности.

Прежде чем я успела ответить, он добавил:

— Но в любом случае, я не нахожу это привлекательным. Иметь возможность изменять буквально всю природу вокруг себя. Это не в моем вкусе, и я не слишком расстроен своей судьбой.

Я нахмурилась.

— Странно слышать это от ангела. Учитывая, что это твое буквальное право по рождению.

— Не для меня, нет. Но, возможно, я чувствовал бы себя по-другому, если бы родился с этим. Кто знает? Но хватит обо мне, загадочная ты женщина. Что за гены дали тебе твою силу?

— Скорее всего, оборотень, — предположила я. — Очевидно из-за способности находить вещи. Но у меня никогда не было никаких физических характеристик, которые могли бы подсказать мне о моем наследии, так что, должно быть оно очень слабое.

— Но ты ведь бессмертна, верно?

— Проверено и подтверждено. Впрочем, это не так важно. — быть бессмертной — не значит обладать невероятными способностями.

— Ты загадка.

Это заявление напомнило мне о том, что он сказал, когда мы были заперты в шкафу.

«Загадка. Ходячая головоломка. Пока ты пытаешься собрать мир воедино, я буду заинтересован в том, чтобы разбить тебя на части».

Я откашлялась и поднялся, направляясь на кухню.

— Никакой тайны здесь нет. Что видишь, то и получаешь. — стакан воды даст необходимое пространство.

— Обманщица.

Вода попала мне не в то горло, и я подавилась. Задыхаясь и колотя себя по груди, я сказала:

— Засранец.

Голова Разая покоилась на спинке дивана, его волосы разметались по краю. Он наблюдал за моей борьбой за жизнь с ласковой улыбкой. В таком положении была видна гладкая кожа его шеи и вмятины на ключицах.

Я перевела взгляд обратно на свой стакан. Он не пытался выглядеть сексуально. Он просто был таким. Мне придется привыкнуть к этому и взять себя в руки.

Но теперь воспоминания нахлынули на меня. Я вспомнила, как он прижимался к моему телу. Как провел рукой по моей спине. Как прикасался ко мне, словно действительно хотел меня…

— Грэй…

Звук моего имени вернул меня в настоящее.

— Да?

Выражение лица Разая было более чем удовлетворенным, словно он мог читать мои мысли.

Черт. Я покраснела?

— Давай посмотрим, как ты продвинулась с этими файлами, хорошо?

— Да. Точно. За дело. Поехали.

«Спокойно, Грэй. Спокойно».

Пока мы вместе просматривали файлы, Разай то и дело вставлял новые сведения. Например, Яриэль был тихим студентом, но сосредоточенным. Он стремился быть лучшим в каждом классе. А Сидни любила веселиться, но всегда выполняла задания.

Затем ректор Кастиль наконец-то добрался до моего электронного письма и прислал мне все расписания занятий студентов, начиная с первого курса и заканчивая самым последним.

Четыре часа спустя я была измотана больше, чем за долгое-долгое время. Мои волосы растрепались. Глаза были мутными и закрывались. Я официально была готова ко сну.

А Разай был гребаным хулиганом.

— Мне нужно поспать, — простонала я.

— Просмотри все еще раз. Еще раз, — приказал он.

— Я читала их файлы тысячу раз!

— Но ты получила их расписание занятий всего два часа назад, — напомнил он мне.

В данный момент листы с расписанием занятий лежали стопкой на журнальном столике.

У него зазвонил телефон, и он встал.

— Редфорд! Какое удовольствие!

У меня даже не было сил радоваться тому, что Редфорд перезвонил. Все, что мне было нужно, — это пара секунд сна. Всего несколько минут отдыха. И тогда у меня хватит сил выгнать Разая.

Моя голова коснулась диванной подушки. Я натянула одеяло на плечи и закрыла глаза, пока Разай болтал без умолку. Несколько минут… это все, что потребуется…

Мысли улетучились, утяжеленные моей усталостью. Последнее, что я помню, — это накинутое на плечи одеяло и звук закрывающейся раздвижной стеклянной двери.

Глава 24

Квинн сидела за стойкой регистрации, щелкая мышкой со скоростью света, ее указательный палец был практически пулеметом.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

По телевизору в приемной показывали новости. Блестящие вьющиеся волосы дикторши покачивались, когда она сообщала о нападении на границе Бронкса.

— Сообщение об этом нападении поступило сегодня поздно утром. Три