Вынужденный брак (СИ) - Февраль Алена - Страница 23

***

Наконец добежав до подъезда, я нажимаю на кнопку домофона и жду, когда няня откроет.

- Это я, Роза Николаевна. Сегодня опоздала, - кричу в домофон и дверь сразу открывается.

Лифт не жду – бегу по лестнице, а когда захожу в квартиру сразу понимаю – что-то не так. Обычно няня с сыном меня встречают на пороге, а сегодня их нет.

Стянув кроссовки, я прохожу в комнату.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Рита, Илюша заболел. Уже полтора часа держится температура, - сообщает Роза Николаевна и я забираю у нее вялого малыша.

Глазки блестят, губки красные, а прикоснувшись щекой к его лбу, я с тревогой смотрю в глаза няни.

- Горячий… Врача вызывали?

- Да. До шести должен приехать.

Дорогие читатели, от души поздравляю вас с предстоящими праздниками. Я рада, что еще один год мы прошли вместе. Будьте здоровы и счастливы. Ваша Лена

Глава 34

Глава 34

Артем

- Если сегодня мы не выиграем торги, то на следующий год мы останемся без двадцати процентов чистой прибыли. И это ещё приблизительные цифры, Артем Павлович. Надо снижать цену, иначе мы контракт не возьмём.

Первый заместитель отца уже полчаса рассказывает о предстоящих торгах, а я слушаю его и молчу. Врубиться не могу в суть вопроса. Филипп Борисович уже начал нервничать и злиться, но я продолжаю молчать. Бессонные ночи и поток навязчивых мыслей окончательно сбили внутренние настройки и теперь я выгляжу и думаю, как долбаёб. Какой я на хер руководитель, если любимое дело отца уже второй месяц пускаю на самотек. Отец сейчас в горбу ворочается, потому что видит, как его сын думает не о том.

- Так что будем делать? – цедит зам, - какую скидку делаем максимальной?

Я отрываюсь от экрана компьютера и всматриваюсь в недовольное лицо Филиппа.

Он тоже считает, что я не вывожу, но напрямую сказать мне об этом не решается. Знает, что порой я могу наломать дров. Увольнения зам не хочет, поэтому просто мысленно разрывает меня на части.

- Тридцать процентов, - выдыхаю я и бездумно обвожу в блокноте сегодняшнюю дату.

Пятнадцатое июля.

Больше месяца я не видел Риту.

Пиздец.

- Какие тридцать процентов? Я повторю – контракт заберут конкуренты. Зинченко и полтинник может предложить. Надо повышать скидку.

Я моргаю и снова смотрю на Филиппа. Про что он говорит? Не уловил.

- Артем, послушай меня - перейдя на «ты» говорит он. Отцовский зам знает меня с детства и до смерти отца он никогда мне не «выкал» и тем более не мог представить, что я стану главой компании и ему придется считаться с моим мнением.

- Я понимаю, что на тебя сейчас многое навалилось и семейная ситуация не…

Сжав зубы, я стреляю взглядом в зама и он резко замолкает.

Теперь и он решил пройтись по самой популярной в последний год теме «Жена Артема Колганова». Все, кто мог уже потоптались грязными ногами по излюбленной теме, а этот сдерживался. Что ж, видимо пришло и его время вмешаться.

- Максимум тридцать три процента, Филипп Борисович, - жестко цежу я, - в минус мы работать не будем. Не задерживаю вас, идите работать.

Заместитель не спорит – видит, что зашел на скользкую дорожку.

- Ясно, - шипит он и выходит из кабинета.

Сжав рукоятки кресла, я мысленно заношу Филиппа в длиннющий список людей, которые, я уверен, перемывают мне кости с утра до вечера. Редкий челевек открыто обсуждал мою семью, в основном шкерились по углам и мусолили горячие подробности, но находились люди, которые решались «вправить мне мозги» и рассказать с каким чудовищем я живу.

Вернее жил. Жил.., блять, и я это не забыл. Так же как и не забыл, что через два дня мы с Ритой официально разведемся. На бумаге подтвердим статус «разошлись». Точнее сказать, не разошлись, а я ее выгнал. Указал на дверь. И теперь мне ничего не остается, как подыхать от тоски и боли. Фактически выгнал, но душой и телом тянусь к ней. Сил нет.

Разве о таком забудешь? Тело и сердце не проведешь.

Зато я забыл о сне и еде. Жрать и спать совсем не могу. Думаю-думаю. Специально не узнаю, как она и с кем… Но думать-думаю. Умываюсь горячей водой и губы кусаю до мяса. Думаю!

Сын не отвлекает. Он скорее напоминает, что я пиздец какая сука. Оставил его без мамы. И пусть они встречаются - каждый день, кроме выходных, но… Но сын не живет с мамой, не просыпается с ней.., не радуется в любую минуту ее теплым рукам…

Я запретил Рите приходить в выходные дни. Чтобы не встречаться с ней, не видеть, как они с Ильёй расстаются… Боялся, что увижу их свидания и не вытерплю – сразу попрошу ее вернуться. Прощу ей всё, только бы не чувствовать дикой боли, тоски и эха совести. А прощать нельзя. Нельзя снова входить в реку притворства, лжи и алчности. Надо перекумарить, перетерпеть, заглушить любовь и начинать жить для сына. Надо учиться и работать, а не гореть в ежедневном аду, когда до тебя долетают новые слухи о твоей любимой женушке.

Звонок мобильного заставляет меня вернуться в настоящее.

- Слушаю, Роза Николаевна.

- Артем, у Ильи температура поднялась. Почти 38 градусов.

Внутри вспыхивает тревога, но я стараюсь говорить спокойно.

- Врача вызову сам и.., - смотрю на часы, - через два часа смогу вырваться с работы. Будет хуже – сразу звоните.

- Рита тоже скоро прибежит.., - начинает няня и я каменею.

Няня знает, что я не хочу встречаться с ней, поэтому напоминает.

- Да, - тихо отзываюсь я, - отключаюсь, врача надо вызвать.

Глава 35

Глава 35

Врач приехал около семи вечера. К этому времени температура у сына успевает подняться до 39 градусов и я уже начинаю паниковать. В итоге, врача я встречаю со слезами на глазах и с огромным списком вопросов. Я за себя так никогда не переживала, как беспокоюсь за Илью.

После осмотра становится лучше. Спокойствие и хороший прогноз молодого педиатра успокаивают меня и я постепенно выдыхаю. Соленые капли больше не жгут щеки, но сына я решаю оставить на руках.

- Ему лучше находиться у меня на руках, Роза Николаевна. Так я могу контролировать его температуру.

Няня не спорит, но кроватку все равно раскладывает.

- Как устанет – уложишь его в постельку. В аптеке мне ещё предложили купить специальные пластинки. Пластинки можно прикрепить на бортики и их аромат облегчит Илюше дыхание. Травы снимут отек в носике и улучшат сон…

Роза Николаевна тоже разволновалась. Обычно она так много не говорит, а сегодня ее не остановить. Возможно она видит мое состояние и разговорами пытается меня успокоить.

- …скоро Артем должен приехать. Можно малыша будет передать ему, чтобы дать отдых твоим рукам. Илья справный малыш и вес у него хороший. Вымотала руки?

- Нет, мне так спокойнее. Да и сын совсем не тяжёлый.

Няня кивает и снова начинает болтать. Она не умолкает даже тогда, когда из прихожей слышится шум.

- Артем пришел, - тихо говорит няня и я только сейчас осознаю, что не успеваю уйти до его прихода.

Взглянув на часы, понимаю, что это не я виновата. Просто сегодня бывший муж пришёл раньше обычного. До восьми вечера было моё время, а сейчас только семь пятьдесят. Я имею право ещё на десять минут с сыном и раньше я уходить не собираюсь.

Приготовившись к схватке, я инстинктивно вся сжимаюсь. От напряжения мышцы деревенеют и я сильнее прижимаю к себе ребенка. Лучше наверное сесть в кресло, чтобы от волнения не свалиться на пол.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

- Пойду ужин подогрею и чайник поставлю, - суетится Роза Николаевна и к сожалению проходит из комнаты в кухню.

Пипец. Теперь нам предстоит встретиться без свидетелей.

Сколько мы не виделись? Больше месяца… Сомневаюсь, что он стал терпимее ко мне. К тому же, через два дня мы станем с ним абсолютно чужими людьми. На прошлой неделе няня передала мне письмо, где черным по белому была прописана дата официального развода. Тогда я была удивлена скоротечностью событий. Я думала, что только к концу лета стану разведёнкой, а оказалось, что на эту процедуру не требуется много времени. Кстати говоря, на развод я не подавала. Артем сам дал ход делу.