Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи - Страница 455

Поворачивая из стороны в сторону, Кэрол продолжала идти по коридору. Она завернула за очередной угол – и вдруг настороженно замерла на месте. У стены в конце коридора стоял женский силуэт в белом одеянии. Кэрол посветила фонариком в сторону фигуры.

Голова женщины с длинными волосами склонилась на грудь. На ней было длинное белое неглиже – такое же надевала Леона.

– Леона?.. – позвала Кэрол и сделала несколько шагов вперед. Конечно же, это была она, ведь они вдвоем были здесь единственными девушками.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В свете фонарика она увидела, как фигура подняла голову, взметнув волосы.

Кэрол громко завопила. Лицо Леоны обезобразилось и сочилось кровью. Она приблизилась к Кэрол и резко вздернула руку, в которой что-то поблескивало…

Рация, лежавшая возле подушки Тофлера, запищала. Режиссер уже проваливался в сон, но вяло протянул руку к ней и нажал на кнопку передачи.

– Тофлер.

– Это Леона!.. – вырвался из маленького устройства крик. Тофлер не сообразил, чей это был голос. Территориально кричавший должен был находиться совсем близко. Однако из-за того, что они были заточены в каменных стенах, радиоволны доходили плохо. К тому же человек безумно кричал.

– Это кто?..

– Спасите! Она меня убьет! Леона меня убьет!

Последовал душераздирающий крик и странный металлический звук.

«Кэрол, что ли» – подумал Тофлер. Спросонья голова плохо работала. Так, голос женский… Из дам в съемочной группе только Леона и Кэрол. Тофлер даже не стал брать с собой помощницу, отвечавшую за соответствие снятого материала сценарию, а поручил ее обязанности Джойсу. Раз прозвучала фраза «Леона меня убьет!», значит, это кто-то кроме Леоны. То есть Кэрол.

– Кэрол? Рация у тебя? Что такое? – закричал Тофлер в ответ.

Рация внезапно замолчала. Однако, прижав ее к уху до боли, режиссер смог различить затихающий вопль.

Тофлеру стало не по себе. Этот звук больше походил на звериный рык, нежели на крик человека.

– Кэрол! Что случилось?! Не молчи!

Но ответа не было. В подтверждение тому, что рация не сломалась, из нее продолжали доноситься глухие стоны, которые, однако, становились все тише.

– Сейчас я буду! Открой засов на входной двери, Кэрол!

– Мистер Тофлер! – раздался чей-то голос. На освещенной луной лестнице стоял Джойс Изнер, проснувшийся от громкого крика своего начальника.

– Джойс, с Кэрол что-то странное. Быстро идем в Красный флигель. Буди всех остальных!

Джойс помчался вниз по лестнице, Тофлер тоже выскочил из кровати и обулся; джинсы и футболка на нем уже были. Накинув пиджак, висевший на спинке стула, он быстрым шагом направился к лестнице. Режим разговора отключать не стал: даже если аккумулятор сядет, у него есть запасной.

– Твою мать! – выругался он. – Мирандо, Ларри… Ну, уж Кэрол я им не дам!

Оказавшись на первом этаже, Тофлер вприпрыжку пересек комнату.

– Держись, Кэрол, еще немного! Открой засов! – продолжал он кричать в рацию, схватившись за дверную ручку.

– Эрвин! – приглушенно раздался из динамика хриплый женский голос. Он облегченно выдохнул. Слава богу, она жива! Тофлер прижал рацию к уху и заорал:

– Кэрол! Слышишь меня? Открой дверь в Красный флигель! Мы уже идем к тебе! Что у тебя происходит?

– Актеров нужно лучше выбирать…

– Что?.. Леона, это ты? Что происходит?!

– Они должны подходить под роли…

– Леона? Ты о чем?

– Я не Леона, – сказал все тот же скрипучий женский голос.

– А кто?..

– Эржебет Батори.

Тофлер нахмурился.

– Прекрати шутить, Леона! Сейчас же объясни, что происходит. И открой…

Клацнув, рация замолчала.

Тут распахнулась дверь, ударив Тофлера по руке. Показалось лицо Уокиншоу с покрасневшими глазами. За спиной у него виднелись лица Джойса, Ллойда и Пола Гейтвуда.

– Что произошло?

– С Кэрол что-то неладное. Она внезапно связалась со мной по рации и закричала. Затем голос оборвался. Так что идем ко входу в Красный флигель. Если понадобится, будем ломать дверь! Надо сообщить Оливеру, эта работа по его части! – кричал Тофлер, устремляясь в коридор.

– Оливер? – вызвал он его по рации. – Буди всех в Голубом флигеле. Сейчас же выходите наружу. С Кэрол что-то произошло, подробности при встрече.

Затем Оливер вызвал Берта в Зеленом флигеле и сообщил ему то же самое.

Уокиншоу шел впереди, освещая путь фонариком. Все были в пижамах, поверх которых накинули халат или пиджак.

– Кэрол что-то еще сказала?

– Она кричала имя Леоны, – сказал Тофлер после недолгого колебания.

– Леона? Что она сделала?

– Не знаю. Это все, что сказала Кэрол; дальше была тишина.

– Ты слышал крики боли?

Снова помолчав, Тофлер ответил:

– Да.

– Эрвин, говори прямо. Леона напала на Кэрол?

– Да ты что! Зачем Леоне нападать на нее?

– А затем что было? Рация умолкла?

– Заговорила Леона. Сказала что-то странное…

– Что?

– «Актеров нужно лучше выбирать».

– Ха! Так и знал!

– Что «так и знал», Ричард?

Они шли так быстро по коридору, что едва не бежали.

– На самом деле Леона презирала Кэрол. Она считала ее такой же бездарной актрисой, как Шэрон. Я видел это, стоя по ту сторону камеры.

– Ричард, ты всерьез это говоришь?

– Да я готов держать пари. Конечно, Леона талантлива, сейчас она на пике формы и старается изо всех сил. Временами играет так, что мы разеваем рты. Брюс Ли в женском обличье. Но она возгордилась собой. Самоуверенности у нее выше крыши.

– И поэтому она без повода нападает на Кэрол? Как медведица после зимней спячки?

– А ты забыл про два десятка писем с угрозами, которые она отправила Шэрон? – Тофлер замолчал. – Она страшная женщина. Нельзя ее недооценивать, Эрвин. Приехала с Востока в Лос-Анджелес и вознамерилась оккупировать Голливуд… Пытается в одиночку сделать то, что не смогла японская армия пятьдесят лет назад.

Они добрались до выхода. Джойс с Ллойдом сдвинули толстый засов и потянули на себя массивную дверь. Перед ними открылся вид на залитую луной мощеную дорожку длиной в сто футов, белый силуэт Парфенона справа от нее и окружающую их пустыню. Учитывая дневную жару, обдавший их ночной ветер казался невероятно холодным.

Однако было не время наслаждаться прохладой. Тофлер помчался к соседней двери и изо всех сил уперся в нее ладонями. Но, как и следовало ожидать, она не поддалась ни на сантиметр. Понимая, что по большому счету это бессмысленно, Тофлер забарабанил.

– Кэрол! Леона!

Реакции не последовало. Никаких звуков изнутри не доносилось.

Достав рацию, Тофлер вновь ввел код Красного флигеля. Ничего другого он сейчас сделать не мог. Он продолжал звать актрис по имени, однако маленькое устройство молчало.

– Там ведь и Винс внутри… Как это он не проснулся от криков Кэрол? – задумался Уокиншоу.

– Я не знаю, где она находилась в тот момент. Нам едва удалось поговорить. Может, она была не у себя… Я спросил: «Кэрол, это ты?» Но, похоже, у нее не было времени ответить. Если она находилась в коридоре, ближе к входной двери, то Винс мог ее и не услышать.

– Но зачем ей выходить из комнаты? Что она сказала первым делом?

– Вроде как «спасите!».

– Так и сказала?

– Да не помню я. Она внезапно разбудила меня, я не сразу сориентировался… Но я точно помню, что она не называлась.

– Эрвин, говори правду.

– В смысле?

– Разве она не кричала, что Леона сейчас ее убьет?

Тофлер растерялся.

– Если женщину вот-вот убьют и ей удается кому-то позвонить, она сначала будет умолять о помощи. А что она скажет дальше? Конечно же, имя преступника. Это же очевидно, не находишь? Не станет же она говорить что-то типа: «Это Кэрол Дарнелл, актриса, мне столько-то лет, живу в Беверли-Гленн, номер страховки такой-то…»

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Да понял я уже! – раздраженно взмахнул Тофлер рукой. – Но неужели ты думаешь, что Леона…

Уокиншоу изо всех сил стукнул кулаком по двери.