Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи - Страница 505

Я почувствовал, что Кайо, стоявшая у раковины, двинулась в мою сторону.

– Не смотри! – крикнул я.

Мне не хотелось, чтобы она, такая чувствительная, увидела такую ужасную сцену. К счастью, она отвела взгляд.

Я попытался опустить ноги мертвой девушки на пол возле лестницы. Однако хозяин, державший голову, показал мне подбородком, что нужно идти дальше, и я продолжил пятиться. Скоро я наткнулся задом на дверь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Эй, Фудзивара, открой дверь! – крикнул хозяин, и молодой человек, стоявший неподвижно в углу комнаты, поспешил ко мне и открыл дверь за спиной.

Там оказалась еще одна темная комната. Пока я пятился, Фудзивара вбежал в нее и потянул за шнур, чтобы включить висевшую в центре комнаты люминесцентную лампу.

Комната была площадью в шесть татами, на полу лежала постель. В углу, прислоненный к стене, стоял большой предмет под белой накидкой, вероятно, кото.

– Положим ее сюда, – сказал хозяин.

Он быстро проскользнул мимо меня и отодвинул ногой одеяло. Я медленно опустил труп на белую простыню. Затем хозяин медленно накинул одеяло.

– Фудзивара, у нас нет где-нибудь белой материи? – спросил он.

С этими словами он побежал вниз по лестнице. Я пока не слышал, чтобы Фудзивара что-нибудь сказал.

Я вслед за хозяином вернулся на лестничную площадку. После хотя бы минутного пребывания в комнате со свежим воздухом понимаешь, что в месте пожара стоит ужасный запах.

Стоя у входа в комнату, где начался пожар, я смотрел на камин. Дрова в нем светились красным, но, похоже, это были и не дрова вовсе, а металлическая имитация.

Пламя удалось успешно погасить; обгорела только часть пола и потолка комнаты. К счастью, пожар сам по себе не стал серьезным бедствием, вот только женщина погибла.

– Это окно обязательно надо открыть, – раздался голос из комнаты.

– Дым так и так не выходит, так что нет смысла, – сказал крупный мужчина средних лет.

– Все же лучше открыть, – ответил хозяин.

– Нет, стойте! – крикнул кто-то.

Я повернулся на голос и увидел, что кричал пожилой.

– Кто-нибудь руками прикасался? – спросил он.

– К чему?

– К створкам и замкам.

– Нет, пока нет.

– Думаю, лучше будет оставить все как есть. Пока не приедет полиция. Здесь все окна и двери были закрыты.

Когда пожилой это сказал, до меня дошло. Ведь это классическая запертая комната!

– Да, лучше оставить все как есть и ничего не трогать, насколько это возможно, – не мог не поддержать его я.

Все присутствующие разом посмотрели на меня и замолчали. Они не могли понять, кто я такой, и поэтому не знали, как ко мне относиться. Митараи не обратил бы на это никакого внимания, но меня удивили и смутили их взгляды.

Судя по внешнему виду трупа, женщина погибла из-за огнестрельного ранения в лоб. Единственная пуля, попав в лоб, оборвала ее жизнь. Таким образом, это убийство с применением огнестрельного оружия. Однако…

Я еще раз просунулся в комнату и осмотрелся внимательнее. Окна представляли собой многочисленные стеклянные секции. На вид все они закрыты. Никто из присутствующих сейчас не мог мгновенно их запереть. Когда мы только что выносили труп, я тоже своими глазами видел, что окна заперты. Точнее, не знаю, были они заперты или нет, но, по крайней мере, с того момента, как я вошел в комнату, все окна были плотно закрыты.

Несмотря на жару, я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ведь это настоящее убийство в запертой комнате! А что же еще?

– Вы прикасались к ключу? – невольно спросил я мужчину, который только что возражал насчет открытия окна.

– Нет, вовсе нет, – ответил он.

Тогда я, набрав побольше воздуху в легкие, вошел в комнату и, преодолевая жару и дым, обошел ее, чтобы убедиться, что окна заперты. Некоторые стеклянные секции были сделаны раздвижными, их можно было открывать и закрывать. Однако их замки был плотно замкнуты. Так было и слева, и справа.

Я вернулся на лестницу, глубоко вздохнул и задал вопрос Кайо:

– Кто-нибудь входил в комнату и запирал окна?

– Нет, никто. Все только заглядывали внутрь, плескали воду и тут же выбегали обратно.

Это и понятно. Внутри все еще было настолько задымленно, что я не выдержал и десяти секунд. Раньше было еще хуже. Никто не мог позволить себе такой роскоши, как трата времени на запирание замков. Да если бы кто-то это и сделал, это не могло не броситься в глаза.

– Эй, кто-нибудь звонил в полицию? – спросил хозяин.

– Я только что позвонил, – ответил Фудзивара.

– Хорошо, тогда давайте все спустимся вниз и подождем ее прибытия, – сказал хозяин.

Все молча кивнули.

5

В гостиной на первом этаже горел свет, мы сели на диваны, покрытые белыми чехлами, достали свои носовые платки и вытерли пот с лица. Там мы остались ждать, пока приедет полицейский. Часы с маятником на стене показывали час ночи. Я удивился, что еще так рано. Мне казалось, уже скоро рассвет.

Кайо села рядом со мной на диван, а хозяин особняка – в кресло. Худой пожилой человек, который так быстро действовал на пожаре, сел на другой диван, и мы наконец получили возможность познакомиться. Остальные двое – крупный мужчина средних лет и невысокий молодой человек по фамилии Фудзивара – по указанию хозяина пошли на кухню заваривать чай.

Судя по тону хозяина, это были повара, оставшиеся жить в бывшей гостинице.

– Боюсь, нехорошая история заварилась, – сказал хозяин, почесывая щеку, а затем торжественно зажег керосиновую печку, стоявшую перед раздвижной дверью. Действительно, было холодновато. В закопченном маленьком окне появилось оранжевое пламя, вскоре почувствовался и запах.

– Так, давайте я представлюсь первым, – сказал хозяин неохотно, – нельзя же сидеть и просто смотреть друг на друга. Меня зовут Кадзуо Инубо. Владелец этой бывшей гостиницы.

Он коротко кивнул. Казалось, он считал это ниже своего достоинства.

Возможно, под влиянием произошедшего, а может быть, просто из-за холодного света флуоресцентных ламп на потолке, лицо его выглядело ужасно. Волосы на макушке поредели, кожа на щеках и подбородке немного обвисла, из-за чего все лицо казалось слегка опухшим. Но если присмотреться, черты лица у него были вполне себе.

– Моя фамилия Исиока, я писатель.

– Хо, писатель, – прореагировал на мои слова Кадзуо Инубо.

Только и всего. К сожалению, когда я представляюсь кому-то немного старше себя, люди, как правило, не знают, кто я. Но, как ни странно, всем довольно хорошо известно имя Митараи. Это всегда кажется мне нелогичным.

И сейчас, если бы я упомянул про Митараи, Инубо, возможно, догадался бы, кто я такой. Однако царившая в комнате подавленная атмосфера не располагала к таким пустым разговорам, а Инубо по той же причине не спросил меня, что я пишу.

– Меня зовут Кайо Ниномия. Я из Токио, – сказала Кайо, сидящая рядом со мной.

– Вы из издательства или чего-то в этом роде? – быстро спросил Инубо.

Он с самого начала пытался понять, в каких мы отношениях. Даже отказывая нам в ночлеге, он интересовался ими. Было очевидно, что он считал необходимым не упустить этот момент и выяснить все сейчас.

– Вовсе нет.

– Жена господина писателя?

– Нет.

Инубо было очень интересно, и, казалось, он хотел спросить что-то еще, но сдержался и промолчал. Как бы это ни было любопытно, но все-таки только что погиб человек.

– Меня зовут Сакаидэ. У меня магазин промтоваров в Окаяме, но сейчас я оставил его на сына с женой и приехал сюда отдохнуть, – сказал бесстрашного вида пожилой человек.

– Но гостиница ведь закрыта? – несколько саркастически спросил я Инубо. Несмотря на то что в такой поздний час нам негде было остановиться, хозяин настойчиво пытался нам отказать. Инубо сделал кислое лицо и заговорил с неприязнью:

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Закрыта. Я здесь живу. Однако есть люди, которые помогали моему предшественнику, умершему в позапрошлом году, и были близки с ним, поэтому только им я разрешаю здесь останавливаться, – сказал он как бы оправдываясь, – к тому же, если бы вы приехали немного раньше, может быть, что-то и вышло бы.