Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи - Страница 554

Нет, подумал я про себя. Ведь передо мной был пример Митараи. Те, кто всегда находился с ним рядом, со временем не могли не понять его истинный облик.

– Значит, вы считаете, что кто-то чужой совершил серию преступлений под воздействием извращенной тяги к молодым женщинам?

– Ну, пока это выглядит так.

Танака не стал отрицать эту примитивную версию.

Повесив трубку, я нашел Сатоми и спросил ее о настольной лампе. Она ответила, что, скорее всего, лампа найдется, потому что раньше их было много, но сейчас неизвестно, где они лежат, и, может быть, придется подождать до завтра.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я переоделся в гэта у перехода и в одиночестве поднялся по каменным ступеням, чтобы собраться с мыслями и обдумать текст письма Митараи. Я постоял на краю двора в окружении легкого тумана и пошел по тропинке, как вдруг меня позвали по имени. Это снова был Мория. Он, видимо, вслед за мной поднялся по каменной лестнице.

– О, господин Мория, – сказал я.

– Что сказал господин Танака?

Поскольку я звонил по его просьбе, я передал Мории содержание только что состоявшегося разговора, пункт за пунктом.

– Я правда очень волнуюсь. Я знаю Фудзивару уже пять лет, но это первый раз, когда происходит что-то подобное. Никогда раньше он не уходил с работы, не сказав мне. Он тихий и очень честный человек.

– Я понимаю.

Когда он мне это сказал, я тоже стал беспокоиться. Тут наш разговор прервался. Мне нечего было сказать, ну а Мория от волнения, казалось, не мог придумать, как продолжить.

– Господин Исиока! – вдруг громко произнес Мория, как будто приняв решение.

Солнце уже совсем село, и я не мог видеть выражения его лица, поэтому занервничал. Мне показалось, что в его голосе звучал страх.

– Кажется, я уже говорил вам раньше, что, когда работала гостиница, в этом доме жил мастер кото по имени Тарумото.

– Да, – кивнул я.

– У него была мастерская в подвале «Рюбикана», где он делал свои кото. Я об этом тоже говорил.

Я кивнул. Но на этом он остановился. Я подождал, но продолжения не последовало, поэтому в поисках темы для разговора я решил без особо серьезной цели задать вопрос, который на самом деле уже отпал раньше.

– А не делал ли он тогда кото с каким-нибудь секретом? Ну, например, дергаешь за определенную струну, нажимается спусковой крючок установленного внутри пистолета и вылетает пуля дум-дум.

Мория тихо рассмеялся.

– Нет, ничего такого. Господин Тарумото ушел отсюда десять лет назад.

– Что, это было так давно?

– Ну, десять лет, может быть, слишком, но лет восемь прошло.

– А предыдущий хозяин умер в позапрошлом году?

– Два года назад.

– Понятно. Я думал, что мастер кото уволился, потому что скончался бывший хозяин.

– Нет, не так. Он уволился гораздо раньше и вернулся в дом своих родителей на горе Сэннин. Причина, по которой он ушел, не имела ничего общего с бывшим хозяином, просто у него было плохое здоровье. Кроме того, и жена его тоже болела. Так что он уволился, чтобы ухаживать за ней.

– А, вот как!

– Когда я пришел сюда, он как раз вскоре уволился, мы фактически с ним разошлись. Проработали мы здесь вместе с ним около года.

– Понятно. Хотелось бы точно знать, что за чем происходило. Вы ведь приехали сюда девять лет назад.

– Это верно.

– До этого в «Рюгатэе» был другой повар?

– И это верно.

– А господин Фудзивара…

– Фудзивара приехал гораздо позже, примерно четыре года спустя.

– Понятно. Господин Тарумото ушел через год после того, как вы сюда приехали, затем, примерно через три года, сюда пришел господин Фудзивара, а примерно через два года после этого скончался предыдущий хозяин…

– Правильно. Примерно два года спустя гостиница закрылась, а затем в этом году исчез Томэганэ. А сейчас исчез и Фудзивара.

– Так, я понял общую последовательность событий. Так что вы хотели мне сказать?

– Я говорил вам, что у господина Тарумото было рабочее место в подвале «Рюбикана»?

– Да.

– Кото обычно делают из павловнии. Долбление, строгание и полировка дерева – не такие уж шумные работы, но от первоначальной нарезки дерева довольно много шума.

– Понятно, – сказал я.

Некоторое время я не совсем понимал, что он имел в виду.

– Подойдите сюда на минутку, – сказал он, проходя мимо меня по тропинке.

Мне стало интересно, в чем дело, и я последовал за ним. Впереди была каменная лестница, ведущая в «Рюдзукан». Он подозвал меня и стал подниматься по ней. Я за ним. Подойдя к «Рюдзукану», мы взяли левее. Там было уже темно, и я, оказавшись там впервые, шел, толком не зная, что у меня под ногами.

– Пойдемте сюда. Там скала, так что будьте осторожны, не упадите, – и идите до самого здания. Здесь еще пруд есть.

Мория шел первым и манил меня рукой. Действительно, «Рюдзукан» стоял на высокой скале. Тропа шла по ее краю, забора не было, поэтому в темноте перемещаться здесь было довольно опасно.

Когда мы вышли на открытое пространство за зданием, я почувствовал слабый запах воды и отчетливую сырость. Присмотревшись, можно было заметить, что пруд имеет форму короба, а поверхность воды выше уровня земли. Падать туда совершенно не хотелось. Вокруг пахло водой и водными растениями, постоянно слышались капающие звуки. Впереди начинался густо поросший бамбуком склон горы, на которой стоял храм Хосэндзи. Перед склоном виднелся силуэт нажимного колодезного насоса.

Быстро пройдя налево, где стоял Мория, я увидел свет голой лампочки, висевшей под карнизом входа в «Рюдзу-но ю», тускло освещавший темное, влажное пространство между «Рюдзуканом» и бамбуковой рощей сзади.

Мория сделал два или три шага и остановился, продолжая указывать правой рукой в глубину темного пространства. «Рютэйкан» загораживал свет, поэтому в его тени едва можно было что-нибудь увидеть. Однако, присмотревшись, я смутно понял, что там вроде бы стоит хижина.

В темноте Мория заговорил тихим голосом, подходящим для этой обстановки:

– Не говорите, что я вам это сказал, но я просто больше не могу молчать, потому что теперь и с моим любимым учеником что-то случилось. Я говорил вам уже, что резка древесины павловнии циркулярной пилой очень шумная, вокруг разлетается много опилок, поэтому не хотели, чтобы это делалось в главном здании рядом с гостевыми комнатами. Вот и построили такую хижину, убрав циркулярную пилу подальше.

– Понятно, – кивнул я, – так там внутри циркулярная пила?

– Там не только циркулярная пила, есть и другие пилы, и склад древесины павловнии. Ну, был склад, древесины там больше нет.

– А циркулярная пила?

– Все еще там.

Мория посмотрел на меня многозначительным взглядом. Из-за темноты я не мог ясно разглядеть выражение его лица.

– Подойдите сюда на секунду.

Он, стараясь не шуметь, двинулся в сторону хижины. Там оказалась раздвижная дверь. Мория попытался отодвинуть ее в сторону. Дверь сдвинулась всего на два сантиметра, но тут же остановилась с металлическим звуком. Она закрывалась металлическим засовом с навесным замком.

– Она так не откроется, – сказал Мория.

Он подозвал меня и пошел дальше вдоль стены хижины. Там было маленькое застекленное окно с решеткой.

– Посмотрите сюда, внутрь.

Рослый Мория вглядывался в решетчатое окно. Окно находилось очень высоко. Мне пришлось встать на цыпочки, чтобы заглянуть внутрь. Такие же решетчатые окна были и по другим стенам хижины. Но человек нормального роста мог заглянуть только в то, через которое смотрел я.

Желтый свет просачивался со стороны «Рюдзукана» и падал в комнату через высокое решетчатое окно. В центре хижины едва можно было разглядеть верстак для резки дерева с закрепленной на нем циркулярной пилой. Светлые кончики зубьев пилы слабо блестели. От вида циркулярной пилы у меня по спине пробежали мурашки. В моем сознании эта жуткая картина представилась рабочим местом убийцы.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Эту пилу больше не используют?

– Уже много лет не пользовались. Но она работает нормально, стоит только повернуть выключатель. Подойдите теперь сюда.