"Фантастика 2025-37". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Харитонов Дмитрий - Страница 761

— Мой милый братец, ты хочешь пирожок? Или coller un pain? (фр. «налепить хлебца» — дать затрещину)

Я немного понаблюдала за этим издевательством, а затем сделала давно запланированный ход конем:

— И как ты считаешь, дочь, честно ли мы все поступаем с Сашей? Он один несет наказание за побег, а некто отделался разговорами… а еще справедливость для греков искал. Неужто не с себя начинать надобно?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лиза сразу побледнела и насупилась. Тема справедливости для нее оставалась болезненной. И не стала говорить ни про наказанную курицу, ни про то, что будь здесь ее молочный брат Степа — ничего бы не случилось.

— Все верно, маменька, — вздохнула она несколько секунд спустя. — Саш… прости. Будем поутру вместе бегать, я — в калмыцких шароварах. И французским… и задачи. Я попрошу, чтобы мне тридцать… пять выделили. Как старшей.

— И рукоделие, — с улыбкой напомнила я самое нелюбимое дочкино занятие. — Подтянуть не мешало бы. Лишний часик в день. Согласна?

— Согласна, — вздохнула дочь.

— Умница. Тогда и я с вами отдельно позанимаюсь. Специальной наукой, секретной.

— Какой, маменька⁈ — загорелись оба.

— Вот и узнаете в свое время. Сегодня же вечером.

И слово сдержала. Натаскивала я их к будущей придворной жизни не халтуря, но в форме игры — как не обмишуриться и самому поставить на место обидчика, ежели он мальчик и ежели девочка. Для каждого особая тактика нужна.

А еще попросила говорить об истории со спасением тезки как можно более скупо, если же царевич-внук ее не упомянет — тем более промолчать. Напомнила мудрость из, наверное, романа Вальтера Скотта «Квентин Дорвард», вышедшего в прошлом году: спасти монарху жизнь и рассказать об этом — уже достаточная награда за сделанное.

Между прочим, книжная мудрость уже подтвердилась на практике. На следующий день после наводнения в Новую Славянку прибыл курьер из дворца и передал мне личное послание Николая Палыча, полное благодарностей и завершенное… да-да, именно советом не рассказывать об инциденте, последовавшем за падением Жужульки. Да еще с намеком, что меры во дворце приняты и, если такой слух распространится в обществе, он может исходить только от меня или моих людей. Я заверила будущего императора, что буду молчать. Что же касается экипажа, то поговорила с каждым в отдельности; более половины даже не поняли, что спасали царевича, остальные просто пообещали держать язык за зубами. Судя по отсутствию слухов в городе, обещание было выполнено.

Сдержали его и мои дети. Визит состоялся недели через три. Пока я беседовала с супругой Николая Палыча о свойствах тканей, а с супругой Михаила Палыча — о благотворительности, царевич-внук и его небольшой придворный штат из ровесников развлекались в компании наших отпрысков. Впрочем, Лиза лишь была представлена ровесникам, она честно осталась в роли «прекрасной дамы», которой все мальчишки сказали по комплименту.

После чего общалась с Марией и ее ровесницами-подружками. Конечно, разница в возрасте ощущалась — Машеньке всего пять лет. Царевна показала, какие «штуки» умеет делать Жужулька, а Лизонька рассказала о Зефирке. После чего общение перешло в лекцию о собаках и животных вообще. В первую очередь о том, чем настоящие звери и птицы отличаются от героев басен Лафонтена и Крылова. Малышки слушали раскрыв рот, жаль только, дежурные бонны то и дело прерывали лекцию, с ужасом поглядывая на Лизоньку. Дочка еле сдерживала смех и даже раз сказала, что «в феврале в берлогу особый медвежий аист приносит медвежонка». Когда же одна из продвинутых девиц заявила, что аисты зимой улетают на юг, уточнила: «Дежурный тетерев».

Зато Сашенька блистал, тем более офицер-воспитатель сам с интересом прислушивался.

Тезка искренне расспрашивал гостя о паровых машинах, об отличии винтового парохода от колесного, об удивительных многозарядных барабанных пистолетах — значит, Бенкендорф уже успел инфицировать генералитет, так что дошло и до царевича-внука. Но кроме маленького Саши, были ребятишки из знатных семей, с предопределенным отношением к гостю: вдруг он здесь не просто так, вдруг одного из нас отставят, а его возьмут? Потому искусы сменялись подколками. Но Сашка отвечал на французские каламбуры, а также переходил на английский или итальянский, с пояснением, почему о данном предмете лучше говорить на этом языке.

Мальчишки стали хвастаться, что хорошо знают фрунт, Сашка тоже продемонстрировал несколько воинских эволюций, а заодно устроил дискуссию о том, где же впервые возник строевой шаг: в Египте, Элладе или Риме? Когда началась шуточная борьба, Сашка показал несколько простеньких и безопасных приемов, а еще — как нужно отжиматься, на запястьях, на кулачках, на одной руке. Никто из парней, хоть и чуть старше Сашки, не смог повторить отжимания в том же объеме. Когда же один из неудачников усомнился, зачем будущему генералу нужна физическая сила, мое солнышко ответило:

— Рыцарь Баярд командовал войском, но сам был так силен, что в одиночку удержал мост против испанцев. Кстати, знаете, сколько весил его меч?

И перешел от отжиманий к средневековому оружию — тут Миша постарался. Так что оппоненты отлетали от Сашки, как майские жуки от вентилятора.

Единственное, чем ровесники могли похвастать, — участием в охоте. Да, мой старшенький никогда не наблюдал скачки за лисами, зайками и волками. Но он и тут вывернулся, благодаря подарку. От модели железной дороги мы отказались — еще царевич обожжется паром, а самокат дарить не стали, пожалев напольные фарфоровые вазы. Подарили цветной географический атлас, треть которого составляли губернии России. Сашка спрашивал: где вы охотились? Раскрывал страницу и почти всегда тыкал указкой в уезд, где сам отроду не бывал. Мальчишки разевали рты.

В итоге визит продолжался полтора лишних часа. Юная свита облегченно вздохнула, когда поняла, что гость не остается. Царевич-внук пообещал выпросить у отца визит в Новую Славянку. Еще не без грусти сказал, что ему не позволяли носить Сашкину куртку, а она такая удобная.

Куртку мне вернули, а сын получил настоящий царский подарок: верхового коня с роскошным седлом и прочими аксессуарами. Конек был мелкий и вполне подходил для обучения.

— Похоже, — заметил Миша, — Сашок лучше всех из нас продвинулся в дружбе с царскими особами. Одна беда: править этой особе — через тридцать лет. Если мы не поднажмем и не своротим клячу-историю на какую-нибудь неведомую дорожку.

— А мы этим уже занялись, — ответила я.

Эпилог 2

Путь по льду оказался надежным и быстрым. Когда миновали Летний сад, я даже попросила Еремея сбавить скорость — явиться совсем-совсем раньше времени было бы неучтиво.

Я так и не привыкла к ночному Питеру, особенно в той части, где большинство часть зданий сохранилась и к концу XX века. Контуры набережных и улиц были узнаваемы, только вот город соблюдал светомаскировку, с отдельными блеклыми нарушениями. И лишь вдали световое пятно — празднично освещенный Зимний дворец.

А еще я выделила один из огоньков на набережной и улыбнулась. Там была «Ласточка», оставленная до навигации.

Из пяти пароходов она одна стала жертвой небрежения моей инструкцией — командир увлекся спасением, глубины не промерили, и, когда вода сошла, «Ласточка» оказалась посреди улицы за полверсты до Невы.

Обсудили разные варианты, от прокладки временной железной дороги — заодно показать городу локомотив — до того, чтобы извлечь машину и разобрать корпус. С чугункой решили не заморачиваться, «Ласточку» разбирать не хотелось, и решили доставить бурлачным трудом, на катках.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Расчет оказался неверен — кораблик за эти дни набрал немало снега, смоченного ледяным дождем, и оказался тяжелей, чем ожидалось, поэтому присланная бригада в своем составе справиться не могла. Бригадир уже собирался очистить «Ласточку» ото льда, а транспортировку начать на следующий день. Но тут из толпы зевак кто-то крикнул:

— Эй, братцы, айда княгине Орловой подсобим!