"Фантастика 2025-53". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 701

Сразу за Вознесенским слово взял нарком обороны Тимошенко.

— Обучение и подготовка войск идет согласно плану. Скрытая мобилизация проводится успешно. Мое мнение — перенос начала войны даже на несколько недель даст нам возможность подготовить еще несколько боеготовых соединений, каждое из которых нам необходимо, как воздух.

За Тимошенко слово взял Василевский

— Генеральный штаб хочет обратить внимание на тот факт, что нынешняя конфигурация границ отличается от той, что предоставлена нам руководством Разведупра. Я имею в виду прибалтийский фактор. Поэтому нет смысла полностью опираться на данные, которые генерал Виноградов называет «послезнание». Планы Генштаба и развертывание сил РККА осуществлялось с учетом проведения комплекса мероприятий, который получил название «Утро валькирий». Изменение этих планов считаю нецелесообразным, может принести больше вреда, чем пользы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шапошников так же немногословно поддержал Василевского, после чего высказался Берия, который сказал о том, что НКВД полностью готово к комплексу мероприятий, все дело в сигнале о начале их проведения. Кузнецов фактически поддержал попытку оттянуть войну, подчеркнув, что флот уже находится в состоянии боевой готовности, но недоработок много и все успеть все равно не удалось. Ему тоже несколько дней-недель-месяцев переноса войны пошли бы на пользу. Неожиданно лаконичным оказался Мехлис, который сказал так:

— Надо стараться войну оттянуть.

И замолчал. Сталин, привыкший к многословности Льва Захаровича был удивлен, казалось, хотел что-то спросить, уточняя, но тут слово взял Молотов:

— Товарищ Сталин, если можно, я выскажусь, приведя некоторые соображения, которые мы обязаны учитывать. В ситуации, когда моральное эмбарго, вызванное конфликтом с Финляндией, неформально преодолено и Советский Союз ведет торговые операции, закупая все необходимое для будущей войны, каждая неделя мира улучшает наш военно-экономический потенциал. Я вижу большую пользу от тех мероприятий, которые мы уже проводили по плану подготовки к войне, напоминаю, что мы имеем фактически два плана: план готовности на 22 июня 1941 года и перспективный план «Весна 1942». Как часто случается, реальность будет где-то между этими двумя перспективными планами. Считаю, что из-за высокой вероятности начала войны 22 июня есть смысл начать операции по плану «Утро валькирий».

— Ну что же, общее мнение нашего небольшого коллектива более-менее ясно. Что скажете вы, товарищ Виноградов, есть смысл отложить мероприятия по вашему плану или все-таки не будем метаться из стороны в сторону?

Ну что же, мне терять нечего:

— Товарищ Сталин, считаю, что поздно что-то менять. Все части плана увязаны друг с другом. Перенос, откладывание наших планов или их изменение сегодня уже нецелесообразно. К сожалению, гибель адмирала Канариса не оказалось тем фактором, которое смогло бы внести изменение в планы Вермахта. В силу объективных причин (давление со стороны США) и субъективных факторов (действие пятой колонны противника) весьма велика вероятность войны именно 22 июня. Я оцениваю вероятность переноса войны на 2–6 недель примерно в 75 %, на 2 месяца — в 15 % и 10 % — вероятность переноса на весну будущего года. Но даже первый вариант был бы для нас благоприятным.

— Ну что же, товарищи. Как я вижу, ваше мнение практически однозначно говорит в пользу начала плана операций «Утро валькирий». Будем считать этот план утвержденным в принципе. Завтра с 11–00 мы проведем ряд уточняющих совещаний, чтобы окончательно утвердить все детали нашего плана действий.

[1] 00 часов 43 минуты 9мая 1945 года был подписан акт о безоговорочной капитуляции Германии, для тех, кто забыл, напоминаю.

[2] Состояние здоровья маршала Шапошникова к середине сорокового года серьезно пошатнулось, он с большим трудом тянул работу Генштаба, не жаловался, не скулил, работал, но его замена уже назрела.

[3] Йосиф Броз Тито в советских документах долго значился как Брозович, потому что именно под такой фамилией был заключен брак между ним и Пелагеей Белоусовой 7 сентября 1920 г. в Боголюбовске, Омской области.

[4] Переворот Симовича стал причиной оккупации Югославии в апреле 1941 года.

Глава 11

Глава одиннадцатая

Шито белыми нитками

Берлин. 9 мая 1941 года.

В эту пятницу Николаус фон Белов был свободен. Личный адъютант Гитлера от ВВС получал выходные дни не так уж и часто. График шефа был напряженным, так что и адъютанты его работали в постоянном напряжении. Этот день Николаус планировал провести с женой, которая должна была приехать в Берлин ровно в полдень. А до этого у него было немного свободного времени. Накануне ему звонил Герман Беккер, с которым фон Белов познакомился в тридцать шестом году, когда прилетел на базу «Киль», и познакомился с ее комендантом, оказалось, что они оба имели отношение к Липецкой секретной летной школе. Вот только генерал-майор Беккер был заместителем начальника этой школы в далеком тридцать третьем, а адъютант Гитлера учился в Липецке с мая по сентябрь двадцать девятого года. До этого, в двадцать восьмом, молодой офицер прошел обучение в секретной летной школе в Шлейсхейме, что открыло ему двери в Липецкое училище. Обучающий персонал и инструктора, как и самолеты — это было все германским, руководил школой майор Вальтер Шар, известный своими пронацистскими взглядами, в итоге Шар сумел поцапаться с местными камрадами, из-за чего и германская, и советская сторона сменили кураторов школы. Николаус был из птенцов Шара, первого выпуска, готовившего летчиков-истребителей[1].

В выходной можно принарядиться в штатский костюм, тем более, что хороший костюм у потомка померанских фон Беловых был в наличии, и не один. Этот старинный аристократический род, чьи предки были славянами-бодричами, дал Германии не одно поколение военных, многие их которых занимали большие должности, что в армии Прусского короля, что Кайзера, что Третьего Рейха. Николас родился в коммуне Цитен, недалеко от старинного ганзейского городка Анклама, растерявшего свое ганзейское благополучие и величие, но зато в этом старинном городке прекрасно чувствовалось дыхание времени. Дыхание было суровым: несколько раз за свою историю город уничтожался захватчиками, которых в его истории было немало, относительное спокойствие пришло в город после включения его в королевство Пруссия. Когда разгорелась Мировая война, Николаус мечтал сражаться с врагами Германии, по молодости не довелось, а потом позорный Версальский мир, который, казалось, поставил крест на устремлениях юноши, мечтавшем о военной карьере и никакого другого пути в жизни не предполагавшем. Потомственный военный нашел лазейку в рейхсвер, пусть и шел он через далекую Россию и странный городок Липецк. Интересно, что числился фон Белов в 12-м пехотном полку, и только в тридцать третьем официально перешел служить в Люфтваффе, начиная свой путь в 132-й истребительной эскадре «Рихтгофен», а потом был переведен в 26-ю истребительную эскадру «Шлагетер», и уже в 1937-м году стал личным адъютантом Гитлера.

Встреча была в двух кварталах от его квартиры, небольшом уютном кафе, в котором всегда был натуральный кофе, а не какой-то эрзац, причем весьма приличного качества и за весьма приличную цену. Николаус появился в кафе ровно в десять, как и договаривался, Герман Беккер тоже был в штатском, он даже не успел заказать кофе, потому что пришел всего за несколько минут до Николауса. Они сделали заказ, пару минут перебрасываясь ничего не значащими фразами, пока генерал первым не перешел к сути разговора.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Николаус. У меня к тебе большая просьба. Выслушать одного господина. Он приехал неделю назад из Швейцарии. Думаю, его информация тебя заинтересует. Поверь мне.

— Генерал, я надеюсь, вы понимаете, что я должен буду сообщить и об этом разговоре, и о его содержании, и о том, кто его организовал.

— Поверьте мне, Николаус, насколько я знаю этого человека, этот разговор принесет Германии и вам исключительно пользу. Гельмут! Прошу вас.